Чтение онлайн

Проблема только в одном — Мышка тоже была лишней. Еще более лишней. Нивен хоть понимал, на что идет, оставаясь рядом, Мышка — даже не догадывалась. А еще лишним было ее “если хочешь остаться”. Йен-то, может, и остался бы. Тот Йен, который был глупым и слабым, который не помнил себя, который не знал, куда идет и зачем. Нынешний — знает.

И злиться, наверное, нужно на себя. За то, что он не может остаться.

Он рванул зогра за узду, потащил за собой. Остальные двинулись следом.

Йен не слишком разбирался в зограх и потому полдня таскал их за собой по очереди, пока ему не указали на вожака стада. Если повести этого — остальные двинут следом. Теперь все стало гораздо проще. Обидно было только, что сразу не сказали. Небось, сначала насмеялись за его спиной — уже потом сжалились.

Люди, что поделаешь…

“Не злись на них, — сказал себе Йен. Себе, нынешнему. — Будь собран, не разменивайся по мелочам. Ты идешь в Даар”.

Выспаться ночью — и выдвигаться. Очевидно, тут он не сможет ни составить план, ни разобраться в своих новых умениях. Тут слишком много работы у всех, совершенно нет свободного времени, к тому же — ты постоянно на виду.

Он наконец вышел из стойла, захлопнул тяжелую дверь, закрыл на ржавый замок.

Побрел к человеческим жилищам. В первую очередь — чтобы подальше от вони.

Ужин был тоже общий. Огромный стол во дворе, который только что сделали, снеся в кучу столы поменьше из домов. Костры вокруг, котлы на них. Запах… Ну, терпимый. Особенно после стойла. Мышка — уже за столом. Говорит с соседями, смеется, сверкает глазами.

Увидела его, кивнула на место рядом с собой. И доверительно спросила, когда он подошел:

— Устал?

Йену показалось, что люди рядом старательно сдерживают смех.

“Я же вас всех перебью, — с легкой, брезгливой жалостью подумал он, — стоит мне только снова разозлиться на людей…”

Осторожно поднял миску, бросил:

— Поем у себя, — и направился к дому.

Разношенное подобие сапог то и дело норовило свалиться. Ноги приходилось волочить. Ну и идти медленно, осторожно, чтобы не расплескать еду. Кто-то фыркнул за спиной, кто-то засмеялся. Над ним или нет — лучше не проверять, не оборачиваться. Он и без того слишком зол, опасно зол. Мышка смотрела вслед — он не видел, чувствовал.

Добрался до комнаты, сел на кровать и осторожно попробовал варево. Гадость, так он и думал. С другой стороны, ему сейчас деликатесов и не нужно. Ему нужно набраться сил и выспаться.

Хорошо, что по правилам у них не до ночи нужно работать.

Ирхан еще только готовился отправиться отдыхать после трудного дня, а ведь здесь, на Севере, Ирхан уставал быстро, спасть ложился рано. Наверное, на Севере ему было неуютно, холодно… В любом случае, это значит, что у Йена впереди длинный вечер и целая ночь. Да, времени разобраться в себе не хватило, зато хватит времени отдохнуть. А это уже много.

Закончив с пищей, Йен завалился на ложе. Вспомнил, что все еще в обуви, что не оставил ее, как положено, у дверей. Сбросил и зачем-то старательно запихнул под кровать. Чтоб от Мышки не прилетело, если вдруг увидит. Он, конечно, древний полубог, который скоро пойдет воевать с Дааром…

Но Мышке под руку лучше не попадаться.

***

Нивен остановился за несколько шагов до места, над которым вились птицы. Подходить слишком близко не стал — чтоб не наступить на кого-нибудь из насекомых, чтоб не затоптать место, где они ищут. Привычно сел на землю и приготовился ждать, но ждать почти не пришлось. Одна пташка вдруг метнулась вниз, скрылась на мгновение в траве, взлетела снова и бросилась к нему. Он протянул к ней руку ладонью вверх, она естественно пролетела мимо и уже на обратном пути раскрыла клюв. На ладонь упал осколок. Почти прозрачный, белесый, очень-очень маленький.

Ирхан уже опускался, и хоть было все еще светло, его лучи стали не такими яркими, не такими горячими, как раньше — блеклыми, непрозрачными, как осколок. Они стелились по земле, будто хотели окутать ее, обнять напоследок перед сном.

— Надеюсь, вы видите в темноте, — пробормотал Нивен, покосившись на птиц.

Еще две нырнули в траву и вынырнули с осколками в клювах.

К тому мгновению, когда Ирхан окончательно ушел спать, в его ладони было полно осколков. Много мелких, пара — крупных. Все так и норовили выпасть. Пришлось отвязать от пояса кошель, перебросить остатки денег в сумку — чтобы ссыпать в него то, что осталось от ожерелья.

Осталось надеяться, что Кхаоли не разозлится еще больше, когда Нивен принесет ей всю эту труху. Она ж, небось, бусы ждет.

“С другой стороны, — подумал Нивен, подставляя ладонь очередной пташке, — если так хочет бусы — почему было просто не попросить? Пришел к тебе твой потомок, а ты ему — в следующий раз принесите мне бусы!”

Нет, что-то тут не так. Богам, конечно, бывает трудно о чем-либо просить, но не в случае, когда всё от этих бус зависит. Конечно, может ей так плохо, что она не в состоянии попросить… Но кто тогда помешал вернуться ушедшим в ее мир Иным?

Что-то здесь не так.

“Нужно отобрать мои мечи и кинжалы, — подумал Нивен, ссыпая очередную горстку полупрозрачной стеклянной пыли в кошель. — Прежде, чем идти к ней, нужно взять оружие”.

Жаль, рыжий Весло унес. С Веслом как-то спокойнее идти к древней богине в гости. С другой стороны, вместе с Веслом надо брать и рыжего. Потому что нужен кто-то, кто сможет его удержать.

Но опять же — а рыжего кто удержит?

Нивен видел, как нынешний Йен орудует Веслом. Он им так махать научился, что если не проследить, он и Запретный лес на щепки порубит, не глядя, случайно, потому что задумался. Лесу нынче и без него нехорошо. А Нивен с Кхаоли, так и быть, своими мечами справится.

Тем более, у него еще и бусы есть.

В лесу царила бы тьма, если б не вездесущие огоньки: кружились в кронах, плавно спускались вниз, падали, осмелев, едва ли не в руки. Нивен бы даже ладонь подставил, попробовал бы поймать, но в одной руке держал кошель с остатками бус, а другой — едва касался придорожных кустов, теплых древесных стволов, мягких, словно тянущихся к нему веток. Ему не нужно было слушать лес, он и без того всё слышал, но так лес как будто становился ближе.