Чтение онлайн

– Подойдут для моей коллекции.

– Какой еще коллекции? – немного не понимаю его шутки, а может он и не шутил?

– Тех, кто охотно готов лечь под меня. Ты ведь так сказала? – он цитирует мои слова, которые я произнесла в порыве гнева, не справившись с истерикой и наговорила ему столько отвратительных вещей. Но жалеть об этом уже поздно, что сделано то сделано. Я постараюсь извиниться перед ним, но позже…

Снимаю с себя чулки и остаюсь в одной белоснежной футболке, которая слишком большая мне и доходит почти до колен. Мои руки и ноги ледяные. Я стараюсь отжать с волос хоть немного лишней влаги, но когда с них начинает лить целый ручей, заливая футболку влагой, я бросаю это дело. Сейчас этот кусок ткани моя единственная одежда и портить ее не лучший вариант.

Мэйсон добавляет градусов на приборной панели. Я стараюсь расслабиться, чтобы хоть немного согреться, но как я могу это сделать, когда он сидит передо мной с этим видом вседозволенности.

– Доволен? – развожу руками в сторону, как бы показывая что я выполнила все его просьбы.

– Нет, – рявкает, не сводя с меня глаз. – Я буду доволен, только когда ты откроешь свой милый рот, и начнешь рассказывать что произошло и почему ты решила кинуть меня как дворовую псину.

– Мне нечего тебе рассказывать, я все тебе сказала.

– Мы можем сидеть здесь хоть до ночи, я никуда не спешу. Но дома тебя ждут родные, Стефания.

– Никто меня там не ждёт… единственный человек которому я до сих пор важна и нужна это Алекс и он сейчас у вас. Мать скорее всего наглоталась успокоительных и спит. Второй день она как призрак. Она не принимает и не признает, что он умер…

– Я соболезную тебе, Стефания. Каким бы Джон не был человеком, но он твой отец.

– Он не мой отец, – признаюсь я.

– Что? – брови Мэйсона взлетают вверх от удивления.

– Джон мой не родной отец. Он рассказал мне об этом перед смертью, – ледяным тоном отзываюсь я, снова прокручивая в голове ту ночь.

Я рассказываю все Мэйсону. В каких бы отношениях мы не были, он все еще останется тем единственным, кому я могу беспрекословно доверять и знать что он не предаст меня. Я снова плачу не сдержавшись, а Мэйсон прижимает меня к себе в теплых объятиях, утешая поглаживает по спине.

– Малышка, мне жаль. Но ты сильная, ты справишься… я рядом, – от его слов мне хочется разрыдаться еще сильнее. За последние дни я стала законченной истеричкой, которая плачет от каждого слова. Кажется пора обратиться к специалисту, как и предлагал когда-то Мэйс, потому что я просто уже не в силах справится в одиночку.

Его фраза «я рядом» так важна и нужна мне сейчас. Он рядом, он со мной… я чувствую его прикосновения на своей коже и в эту секунду жуткое осознание действительности обрушивается на меня как ведро ледяной воды. Я была готова отказаться от него, от любимого человека… Боже, что я натворила.

– Мэйсон, прости меня, пожалуйста, – отрываясь от его груди, поднимаю голову, чтобы посмотреть в глаза. – Я хотела сбежать, хотела начать свою жизнь заново, я знала, что отец никогда не даст дышать мне спокойно, не позволит нам быть вместе. Я струсила, зная что у нас нет совместного будущего. Я не хотела втягивать тебя в эту грязь…

– Сбежать? – спрашивает не понимающее, повышая голос.

– Для меня это был единственный шанс начать нормальную жизнь, без…

– Почему ты сразу не сказала мне?

– Я боялась, – признаюсь и мне хочется рыдать и выть в голос, у меня внутри все разгорается пылающим огнем, окутывая пламенем каждую клеточку. – Знаю, что ты не сможешь понять меня. Я не хотела отношений, не позволяла себе обращать внимание на парней, потому что не тешила себя глупыми надеждами. Мне не разрешали ничего… вплоть до того, что читать книги и смотреть телевизор. А тут вдруг у меня появляется парень и он закроет на это глаза? Знаю как ужасно это звучит из уст девятнадцатилетний девушки, которая должна сама решать как ей поступать, но у меня никогда не было такой возможности, – меня потряхивает от эмоций, от того что я решила признаться ему. – Я ничтожество, потому сейчас плачу не из-за того что мой отец, хоть и не родной, умер… я не горюю и не скорблю. Я чувствую, черт возьми, облегчение и свободу, которой у меня никогда не было и если ты станешь меня осуждать, я пойму.

– Я не осуждаю тебя, Стефания и никогда не стану. Зная, что ты пережила и как он с тобой обращался, твоя реакция абсолютно нормальна. Тем более ты простила его…

Я смотрю на него через пелену слез и не понимаю, откуда он знает?

– Я был рядом, когда ты разговаривала с ним на кладбище. Прости что подслушивал, но я не мог оставить тебя там одну в таком состояние, – он говорит вещи которые касаются моего сердца, но его стальной тон не перестает холодить.

Я тянусь к его руке, но он не делает никаких действий в мою сторону. Сидит и смотрит на меня с разочарованием.

– Знаю, ты злишься…

– Злюсь? – голос Мэйсона грубый, немного пугающий, что я даже отдаляюсь от него ближе к окну. – Да я готов придушить тебя, Стефания! Ты бросаешь меня, говоря полный бред, убегаешь, не объяснив ни слова и все это происходит после нашей первой ночи. Что мне было думать? Выглядела ты будто, лишилась рассудка и сама не понимаешь что творишь. До сих пор помню твои бешеные глаза, которые говорили совсем о другом, я знал что ты точно, что-то чувствуешь ко мне, пока ты твердила, что не любишь меня. Я знаю, что ты не обязана в меня влюбляться, ведь любить меня еще то дело, мой паршивый характер, собственничество и необузданная ревность не радовали тебя, но я старался изо всех сил быть аккуратным и сдерживаться, – слушая то как он перечисляет свои не самые лучшие качества, я не могла оторваться от его глаз… моих любимых голубых, в омут которых я ушла давно с головой и без раздумий. Слова Мэйсона заглушает гул в ушах и мне просто необходимо прикоснуться к нему сейчас. Услышав как он сказал «любить меня еще то дело» я внутренне усмехнулась, ведь любить его было так же легко как дышать.

Недолго раздумывая я приближаюсь к нему. Целую его в губы, с напором втаскиваясь языком в рот. Мэйсон не сразу отвечает на мои действия, потому что явно не ожидал, что я накинусь на него. Он несмело начинает отвечать на мои поцелуи, беря мое лицо в свои руки… но помедлив отстраняется.

– Стефания, что ты…

– Я люблю тебя, Мэйсон, – признаюсь в том, что так давно хотела сказать ему.

– Не нужно, Стефания. Я не для этого все это тебе говорил, – прищурив веки, он разглядывает меня недоверчивым взглядом.

– А я все равно люблю тебя, Ривера. Я с самого начала чувствовала к тебе то притяжение, которое с трудом пыталась оттолкнуть. Но оно оказалось сильнее меня. Когда ты сказал что любишь меня, после того как увидел мои шрамы, я хотела признаться во взаимности, но струсила… Я струсила, Мэйс, потому считала что не достойна такого парня как ты… и я до сих пор тебя недостойна. Даже если ты никогда не простишь меня, я пойму тебя и ты будешь прав. Но я все равно хочу чтобы ты знал… я люблю тебя.

– Стефания, – мое имя звучит из его уст всегда по-особенному.

– Прошу не перебивай, иначе я никогда не соберусь с мыслями, чтобы сказать это снова, – Мэйсон еле видно кивает, сильно сжимая челюсти. – Ты для меня очень ценен и важен, ты единственный человек, которому я доверяю. Ты так незаметно ворвался в мою никчемную жизнь и стал незаменимым, – я говорила тихо смотря прямо в его глаза. Дико нервничая, теребя пальцами края футболки. Глубоко вздыхала после каждого слова. Я никогда и никому не говорила таких слов. Но сейчас… в эту минуту, я точно знаю, что если не постараюсь вернуть его, буду жалеть всю оставшуюся жизнь. – Если ты простишь меня, дашь мне хотя бы самый маленький шанс… я смогу все исправить, Мэйсон.