Чтение онлайн

— Смутно помню. Всё как в тумане. Как ты? Ваня?

— Хорошо. Он заходил вчера, ты был без сознания. Мы справились, Лидия больше не управляет этим городом.

— Отличная новость, — он попытался улыбнуться, но мешала разорванная губа. — Такое чувство, что с меня содрали кожу. Жжёт. И кости все… выкручивает.

У меня на глазах выступили слёзы, и он нахмурился:

— Дай зеркало.

Я помотала головой.

— Всё ужасно, да? Я должен увидеть.

— Было намного хуже. Когда тебя нашли. Тебя спас Сандер. Поделился своей кровью, — я закусила губу, представляя, что за этим последует, но рано или поздно он всё равно бы узнал.

— Эта падаль так или иначе лезет в нашу семью! — Тёма со злостью ударил по матрасу и тут же скорчился от боли. Я бросилась к нему, схватила за руку. Он попытался меня оттолкнуть:

— Давай, беги к нему! Зачем тебе калека?

— Ты поправишься! — возразила я сквозь слёзы, не отпуская его руку.

— Уходи, я не хочу тебя видеть.

Я покачала головой и зарыдала, уронив голову на постель.

Конечно, я осталась. Никакая сила не смогла бы заставить меня выйти из палаты. Тёма со мной не разговаривал. Заходил Сандер, муж, сжав зубы, процедил благодарности, но от нового переливания отказался. И снова уставился перед собой невидящим взглядом, к которому я уже начала привыкать за последние дни. Я ухаживала за ним и за другими пациентами в палате — рабочих рук не хватало, пострадавших оказалось слишком много.

В одном из отсеков бункера нашли двух девушек-фей, почти полностью обескровленных. Одну спасти не удалось. Вторая в тяжёлом состоянии, впадала в истерику каждый раз, когда кто-то заходил в палату. Ей нужен хороший психолог после всего пережитого. Сомневаюсь, что здесь он есть. Дарья сказала, можно наложить чары забвения, чтобы она обо всём забыла. Может, так действительно лучше. Я и сама бы не отказалась. Но некоторые события не стоит забывать, иначе они могут повториться.

Тёма начал потихоньку вставать, пока передвигался на костылях. Если бы сделали второе переливание, он бы уже полностью выздоровел. Заходил Михайло, упорно называл меня госпожой. Я ругалась, Тёма незаметно посмеивался.

— Какая я госпожа?

— Вы спасли город, теперь он ваш. А ты — наша госпожа, — добродушно хлопал глазами Миха, пока я метала в него молнии. Образно, конечно.

— Мы все сражались, я внесла лишь малую долю.

— Это не первая попытка свергнуть Лидию, были и другие. Но лишь сейчас мы победили. После вашего приезда, — возразил оборотень. — И кто-то должен управлять городом. Жители растеряны. Не знают, как жить дальше. Они ждут тебя.

Я вздохнула и с мольбой посмотрела на Тёму, но он пытался сделать серьёзное лицо и поддакивал Михе.

— Вообще, он прав. Нужно судить виновных и налаживать жизнь в городе, — заявил Тёма после ухода Михайло.

— Какой из меня правитель? Просто смешно!

— Думаю, единственные правила, которые тебя устроят — те, что установишь ты сама, — усмехнулся муж. Пожалуй, он прав. Но брать на себя ответственность за весь город я была не готова.

Вечером пришли Ваня и Дарья. Сын, смеясь, рассказывал, что по дороге все встречные ему кланялись.

— Похоже, нас тут святыми считают. Тебя уже короновали, — улыбнулся он мне. — А папа вроде как с того света вернулся.

— Ещё не совсем вернулся, но мы быстро это исправим, — подхватила Дарья, раскладывая на тумбочке всевозможные склянки с мутной жидкостью. Тёма недовольно косился — опять глотать непонятную дрянь, но с ведьмой не поспоришь. Я смотрела на них, и сердце сжималось от всепоглощающей любви и страха. Это моя семья. И я никому не позволю отнять их у меня.

Народ требовал суда, почти все жители ждали казни и предлагали сжечь вампиров на центральной площади. Тёма сказал, что мы не должны тоже превращаться в монстров, несмотря на всё пережитое. Многие поддерживали Лидию из страха, а не по убеждениям, и заслуживают прощения.

Мы сидели во дворцовом зале, где раньше проводила собрания Лидия. Ваня, как всегда, уткнулся в планшет, шевелил беззвучно губами, погрузившись в виртуальный мир. Тёма стучал костылями по деревянному полу, перемещаясь туда-сюда — не сиделось ему на месте.

— Нельзя их просто держать в тюремных боксах, кормить ещё, — ворчал Миха. — Это опасно. Лидия заслуживает смерти. Желательно мучительной.

— Пусть решит Советник, — вдруг поднял от экрана голову Ваня. — Можно запустить симуляцию.

— Советник? — я округлила глаза. — Откуда он здесь?

— Я загрузил программу. Перед тем, как мы сбежали. Обновлю базы данными Вандербурга, протестируем каждого заключённого… Он круче детектора лжи. Детектор можно обмануть, Советника — нет.

Я нахмурилась, Тёма поддержал сына. Михайло с Дарьей вообще не поняли о чём речь, но Ваня уже потопал в серверную. Он сидел там до позднего вечера, когда я заглядывала, только отмахивался. И мы уехали домой без него. Вернулись утром, снова собрались все в зале. На этот раз к нам присоединились Карл и Сандер.

— Голограмму ещё не настроил, — деловито сообщил Ваня, затаскивая на стол тяжёлый системный блок. — Мы прогнали несколько симуляций, но Советнику нужно побеседовать с каждым из заключённых для более достоверного результата.

— Один ты туда не пойдёшь, — предупредила я.

— Это безопасно, — возразил Карл, — если не открывать боксы.

— Открывать не нужно, — согласился Ваня.

— Если они не захотят с ним говорить? — спросила Дарья.

— Им же хуже. Советник всё равно оценит риски, просканировав их мимику, движения, взгляд, он практически мысли умеет читать!

Ещё сутки ушли на тестирование и новые симуляции. Приговор Советника — смертная казнь для всех бывших верховных правителей Вандербурга. В 99 симуляциях из 100 Лидия снова захватывала город и устраивала кровавую бойню. Большая часть населения погибала. Лишь в одном варианте она покинула город после тюремного заключения.

— Пусть это всего лишь один шанс, но он есть, — упрямился Тёма. — Если вы так жаждите их крови, то мы не победили. Мы стали такими же, как они.

— Иногда добро должно быть с кулаками, — огрызнулся Миха.

— Надо проголосовать. Пусть весь город скажет своё слово, — встряла Дарья, — мы выживали так несколько лет, а вы здесь без году неделя. Пусть большинство решает их участь.

— Хорошо. Проведём голосование. В эту субботу, — согласилась я.

Совсем забыла про Ванин день рождения, вспомнила, когда мы уже собирались ехать во дворец.

— Да я и не думал отмечать, — невозмутимо ответил сын, — не до этого сейчас. И вообще… скоро полнолуние. И точную дату мы всё равно не знаем.

Я с тревогой перевела взгляд на Дарью. Мы пришли сюда из-за Вани! А у меня самое главное вылетело из головы.