Чтение онлайн

— Я проведу ритуал, — успокоила нас девушка.

— Когда? До полнолуния осталось чуть больше недели!

— Вот именно тогда. В другое время не сработает. У нас только один шанс.

По спине пробежали мурашки. Захотелось забиться в тёмный угол и никого не видеть. Плевать на голосование, на толпу ожидающих, на этот город! Я могу потерять сына, и тогда всё зря.

— Опаздываем, — дёрнул меня за руку Ваня. Он не нервничал, разве что казался серьёзнее, чем обычно.

Жители почти единогласно проголосовали за смертную казнь. Они жаждали мести. Жаждали крови за все свои страдания. И, наверно, они заслужили свой приз. Последнее слово за мной. Я ещё не согласилась управлять городом, но меня уже короновали и ждут решения.

Я стояла в бывшем кабинете Лидии у окна и смотрела вниз на толпу, заполняющую задний дворцовый двор. Лидия и её приспешники будут сожжены. Приговор в исполнение приведут роботы, хотя многие из местных с удовольствием бы согласились бросить зажжённую спичку. Но никто из них не заслуживал жить с осознанием, что стал убийцей. Пусть все мы таковы косвенно — все, кто проголосовал «за». И самый главный палач здесь я — за мной последнее слово. Имела ли я на это право? Забрать чью-то жизнь? Пусть даже монстра, не ведающего жалости?

— Ты приняла правильное решение, — тихо произнесла Дарья за моей спиной.

— Убить убийцу во имя прекращения убийств — цинично, тебе не кажется?

— Иногда другого выхода нет. — Она положила руку мне на плечо: — Зло нужно остановить.

— А кто я такая, чтобы решать где добро, где зло? По сути, мы пришли из другого бункера и спровоцировали бунт!

— Бунт назревал давно.

— Но именно мы захватили отстроенный вампирами город, а их хотим сжечь на костре. Для них зло — мы!

— Лидия ничего не строила, у неё были рабы, которые вкалывали без выходных, питаясь объедками. Многие умерли, так и не увидев результаты своих трудов. Эти твари не заслуживают твоей жалости.

— Я не жалею, я боюсь, что во имя добра мы заключаем сделку со злом. И где уверенность, что правда на нашей стороне, а не на их?

— Да, всё в мире относительно, — спокойно согласилась ведьма, — но в природе у жертвы всегда есть шанс — дать отпор или убежать. У нас этот шанс отняли. Вампиры нарушили равновесие…Ты должна выйти к людям. Они ждут.

— Не могу.

— Можешь. Иначе они почувствуют твою слабость. Правитель не имеет права быть слабым.

— Значит, я не гожусь в правители.

— Ты сильнее, чем думаешь, — Дарья смотрела мне в глаза, не мигая. — И я спасу твоего сына, как обещала. Но сейчас ты должна быть там, с нами.

Мы спустились по лестнице, во двор я вышла с высоко поднятой головой, толпа приветствовала. Я подошла к трибуне, с которой ещё недавно Лидия объявляла вампирский ужин. Мы оставим традицию, только теперь каждую субботу будем праздновать освобождение.

Вампиров и четырёх ведьм привязали серебряными цепями к столбам в самом центре. Близко никого не подпускали: роботы ровными рядами охраняли приговорённых. Но периодически из толпы летели камни, и некоторые из них достигали цели. Карл зачитал приговор, изредка бросая на меня взгляд. Я стояла, не шелохнувшись, сжав губы и глядя прямо перед собой. Казалось, если сделаю хоть одно движение, тут же грохнусь в обморок. Подошёл Тёма, опираясь на костыли, и обнял меня одной рукой. «Я рядом», — беззвучно шевельнул губами.

— Поджигай! — Удивительно, но голос прозвучал уверенно и сильно, я сжала Тёмину руку и оглянулась на Ваню с Дарьей. Они тоже стояли, обнявшись. Роботы синхронно поднесли горящие факелы к приговорённым. Я отвела взгляд в сторону, стоило огромных усилий не рвануть с места подальше от корчащихся в огне тел и душераздирающих криков. Я должна была остаться. Я поклонилась Тьме, чтобы освободить Свет. У меня достаточно сил, чтобы справиться с этим.

Тёма отпустил мою руку и, склонив голову, скрылся за дворцовыми дверями. Его примеру последовали ещё несколько человек и почти все оставшиеся вампиры. Я простояла до конца, пока в центре двора не остался лишь пепел. Толпа поредела, народ потихоньку расходился, а я превратилась в статую — боялась шелохнуться, вперив невидящий взгляд куда-то поверх сваленных у забора куч грязного снега.

— Всё кончено. Идём, — Ваня обнял меня за плечи и помог подняться по ступенькам на крыльцо. Прежде чем войти во дворец, оглянулась — роботы убирали мусор, сгребая его большими пластиковыми совками.

— Вам нужно переехать во дворец, — обратился ко мне Карл, как только мы вошли в главный зал.

— Это необязательно. — Больше всего мне сейчас хотелось остаться одной, а не решать вопросы жилья.

— Негоже королеве жить на краю города. Твоё место во дворце. Сделаем ремонт, чтобы ничего не напоминало, — настаивал Карл.

— Так положено, — поддакнул Михайло. — Тебе здесь понравится, сделаем всё по-твоему вкусу. Я ребят подгоню.

— Хорошо. Мы переедем. Позже. Ремонтом пусть Тёма занимается. — Я бросила на него умоляющий взгляд, муж понял без слов.

— Все деловые вопросы решим на следующей неделе, — твёрдо заявил Тёма, беря меня под руку, — а сейчас королеве надо отдохнуть.

Мы вышли на свежий воздух и почти бегом, насколько позволяли костыли, помчались к ближайшей свободной карете. Уже внутри расхохотались, запыхавшись, кашляя от нехватки воздуха, будто нашкодившие дети, улизнувшие с места преступления.

— Ко-ро-ле-ва-а-а, — протянул важным тоном Тёма и снова зашёлся в хохоте.

— Прекрати! — молила я. — Уже живот болит.

Смех стих, мы молча смотрели в окно и улыбались.

— У тебя получится, — вдруг серьёзно заявил Тёма. — Может, это то, чего тебе всегда не хватало. Устанавливать свои правила, а не подчиняться чужим.

— Боюсь, что мои правила тоже не всем понравятся.

— Ну, не без этого. Советник поможет, — усмехнулся Тёма.

— О нет, ни за что!

За ремонт во дворце взялись сразу же: Миха привёл, наверно, всю свою стаю оборотней, Тёма чертил планы и показывал мне идеи интерьеров. Незаметно я заразилась их воодушевлением и с удовольствием разглядывала нарисованные мужем картинки. Потихоньку перевозила вещи на новое место жительства, Ваня помогал разобраться с делами и постоянно подсовывал мне расчёты Советника. От количества свалившихся на меня проблем кружилась голова. В городе мало врачей, почти нет учителей — вампиры не заботились о населении.