Чтение онлайн

— А мне придется каждый день?

— Как члену Большого государева совета — да, скорее всего, — Огата-младший остановился и жестом показал на лифт, у которого несли охрану… видимо, знакомые морлоки Дика, потому что тот улыбнулся им и махнул рукой. Морлоки были вышколены хорошо и даже не шевельнулись в ответ.

Ринальдо Огата в лифт не вошел. Видимо, и его не пригласили на Государев совет.

Констанс осторожно склонилась к уху Дика.

— От нас никто не потребует полного коленопреклонения, но глубокий поклон — вопрос обычной вежливости.

— Миледи, — отозвался Дик. — Я многое растерял из того, чему меня учили в Синдэне, но пока еще помню, что в учтивости синдэн-сэнси не должен отказывать даже смертельному врагу.

— Ты относишься к Керету как к врагу?

— Скажем так, миледи: пока сложно понять, кто он мне.

— Он глава враждебного государства, с которым нам необходимо заключить мир.

— Значит, все-таки враг.

— Нет. Всего лишь глава враждебного государства.

Еще один переход и солидные двери в конце, еще несколько пар юных морлоков на страже. Двери открылись. Констанс вошла в уже знакомый зал.

Государь Керет еще ни разу не удостоил ее личной аудиенции. Теперь, выпрямившись после поклона, она увидела худощавого пепельноволосного юношу, одетого в белые одежды, отделанные черной каймой и лишенные каких-либо украшений. Он в трауре по Шнайдеру, догадалась Констанс.

— Сядьте рядом со мной, — шепнул им с Диком Максим Ройе. Констанс последовала за ним к столу, вырезанному из сплошного черного камня, овальному и совершенно пустому — ни терминалов, ни сантор-панелей, ни орехов и минеральной воды. За столом уже сидели несколько человек, пришедших ранее.

Констанс села, Дик оказался по левую руку от нее.

— Не могу сказать, что рад видеть вас здесь, — глуховатым голосом начал юный Государь. — Ибо ваше присутствие здесь — следствие того, что случился государственный переворот и многие люди погибли. И хотя переворот совершился, как говорят, в мою пользу, мне нисколько не радостно. Если я спрошу, были ли необходимы все эти смерти, вы, несомненно, найдете множество оснований для того, чтобы вы жили и были приближены к трону, а ваши противники умерли. Поэтому я сразу начну с раздачи желанных вам назначений.

Керет вынул из рукава сверток плотной бумаги. В нем находились небольшие предметы, похожие на мнемопатроны нестандартного дизайна.

— Северин Огата, владетель Сога, я назначаю вас Первым министром. Получите сэтто.

Огата поднялся, подошел к Государю, встал на колени и обеими руками взял то, что выглядело как стило из черного материала с зеленым отливом. Прижал предмет ко лбу, склонился к полу, встал и отошел к стене.

— Неро Мардукас, я назначаю вас военным министром. Получите сэтто.

Церемония повторилась.

— Максим Ройе, я назначаю вас министром судебных дел и исполнения наказаний.

Почему это при всей церемонности выглядит как швыряние подачек? Они не подают вида но они явно понимают, что Государь пытается их унизить.

— Тамарис Канн, я назначаю вас министром промышленности и внутренней торговли. Получите сэтто.

— Александр Кордо, я назначаю вас министром внешней торговли и межзвездных сообщений. Получите сэтто.

Это продолжалось, пока за столом не остались только Рэй, Дик и Констанс.

— Владетельница Ван-Вальден и Мак-Интайр, вы остаетесь моей пленницей. Но ни в каком законе не сказано, что пленник не может принимать участия в делах государственного управления. Я назначаю вас временным министром по делам гемов. У нас не было прежде такой должности, и сэтто для вас не успели изготовить. Получите письменное назначение.

Констанс не спешила встать и взять из его рук свиток.

— Я пленница — но это не значит, что я не могу отказаться.

— Вы хорошо говорили в защиту гемов, — усмехнулся Керет. — Но не спешите что-либо для них сделать.

— Чтобы сделать для них что-либо, мне нужна власть. Каллиграфически написанного свитка мало.

Керет снова усмехнулся.

— Порше Раэмон, — сказал он. — Я назначаю вас начальником над всей мобильной пехотой Картаго, состоящей из боевых морлоков и присваиваю вам звание генерала. Примите сэтто.

Рэй поднялся во весь рост, затем склонился перед Керетом настолько, насколько позволяли не до конца залеченные ноги.

Переданный ему сэтто раньше принадлежал кому-то из людей — вряд ли его успели бы изготовить за одну ночь. Рэй приложил его ко лбу и присоединился к стоящим у стены.

— А теперь? — спросил Керет у Констанс.

— Это сила, но не власть.

— Что же такое власть?

— Сеть людей, которые должны подчиняться мне, и которые сами держат в руках рычаги, подсоединенные к реальным механизмам управления. Все эти господа, — Констанс поднялась и обозначила поклон в сторону тех, кто уже получил сэтто, — и до получения назначений так или иначе имели доступ к этим механизмам.

— Вы не готовы создать механизм с нуля? — проговорил женский голос за спиной. — Повторить то, что сделали на Мауи?

Констанс повернулась и посмотрела в глаза Аэше Ли. Ей не понравилось злорадство, которое на миг шевельнулось в душе при виде синяков на лице синоби. Это было недостойное чувство — но кто все-таки решился поднять руку на самое госпожу Смерть?

— Тогда я опиралась на ресурсы двух доминионов, — пояснила Констанс.

— Сейчас вы тоже сможете на них опереться. Суна Ричард, поднимитесь.

Дик встал, глядя на императора с нехорошим прищуром.

— Суна Ричард, я назначаю вас эмиссаром к лорду Якобу Ван-Вальдену. Примите сэтто.

Дик сглотнул.

— Что это за сэтто?

— Это Красная карта, — ответила вместо Государя Аэша Ли.

— Та самая?

— Она существует в единственном экземпляре.

Дик не двигался с места, и Государь, резко встав, пустил сэтто по столу, как пускают стакан. Дик прижал его ладонью, но не взял.

— Бери и засунь куда хочешь, — сказал Керет. — А хочешь — выброси. Я не стану тебя уговаривать.

Развернулся и вышел.

— Если я сейчас с этой штукой приду в тюрьму и потребую освободить майора Шэна, мне его выдадут?