Чтение онлайн

– Значит, так, Батяня, – шепнул Ростислав. – Так и быть, Анджелина твоя, а этой красоткой займусь я. А ты, Прошкин, не вмешивайся и помни о Снежане. Офицер должен хранить верность не только Родине, но и своей невесте.

– Цыц, – одернул прапорщика Лавров. – Распоясался!

– Доброе утро! – поприветствовал и пожал руку российским десантникам Джефферсон. – Познакомьтесь, это моя сестра Джессика.

– Здравствуйте, я… мм… Хесус Рамон Фрасиско-Мануэль Бенавидес, – пожирая глазами девушку, выдохнул Сазонов. – Житель солнечной Севильи.

– Альгердас Синкявичус, – четко выговорил капитан Прошкин, – литовец.

– Хольгер Тойванен… – буркнул Батяня. – Из Эстонии.

Раскрывать настоящие имена у российских десантников указаний не имелось.

– Международная команда храбрецов, – весело сказала Джессика и подала мужчинам свою хрупкую ручку.

Те по очереди ее легко пожали, вернее, несколько секунд подержали в своих лапищах.

– Ну если такая молодая, красивая особа может пилотировать планер, то и я смогу, – самоуверенно заявил Сазонов.

– Правильно, – полушутя поддержал его Прошкин. – Зачем подвергать такую девушку опасности. Этот человек и без вас куда надо и куда не надо долетит.

– Нет, ни в коем случае! – нахмурив бровки, запротестовала Джессика. – Вы не знаете, как по приборам разности температур предугадывать поток воздуха. Скажите, вы по форме облаков понимаете, куда и как надо лететь? Вы сможете поймать термик?

– Термик? – почесал затылок Ростислав. – Для вас мы поймаем хоть черта лысого. Вы только скажите, что такое «термик».

Джессика засмеялась приятным голоском, а затем объяснила:

– Термик – это термический ток воздуха, который возникает при неравномерном нагревании земной или водной поверхности.

– А-аа, ну-у… – протянули Прошкин и Сазонов.

– Хорош переливать пустое в порожнее, – вмешался Батяня, – понятно, что летать на планерах – целая наука, которую никто из нас не проходил.

– Значит, так, – перешел к делу Джефферсон. – У нас только два планера. А вас трое. Поэтому со мной полетит… – Он обвел взглядом каждого из россиян, прикинул, что самый тяжелый из бравой троицы Батяня. – Со мной полетите вы, Хольгер. А вот вам придется втроем лететь на одном планере. Это сложно, и надо все как следует отработать.

– Понятно, – сказал за всех Батяня.

– Сейчас я и вы, – Джефферсон снова показал на майора Лаврова, – отправимся в небо, вы совершите прыжок. Схема полета такая: взлетаем, я разворачиваюсь, вы прыгаете, приземляетесь на летном поле. Вам нужно попасть – вон видите на вертолетной площадке квадрат с крестом. Надеюсь, вам одной попытки хватит. Если что пойдет не так, попытку повторим.

– Я думаю, все будет в полном порядке, – согласился Батяня.

– Главное – аккуратно покидать планер. Это легкий аппарат, и нужно быть предельно внимательным, не совершать резких движений.

Джефферсон занял место за штурвалом, Батяня запрыгнул на пассажирское сиденье в отдельной кабинке за пилотом.

Джессика показала, как надо спускать катапульту. Технологически это приспособление было устроено по типу огромной рогатки – разгоняют планеры растянутым эластичным тросом.

– И р-раз! – крикнул капитан Прошкин.

Планер взлетел над обрывом в небо, словно им выстрелили из гигантского арбалета. Затем этот летательный аппарат, похожий на головастика с крыльями, начал плавно набирать высоту. Над океаном по широкой окружности планер развернулся, набрал еще больше высоты – стал похож на парящего под голубым куполом комара. И вдруг от него отсоединилась черная точка. Она начала стремительно увеличиваться, превращаться в черный овал. Затем у овала появились отростки.

– Огуречик, ручки, ножки – вот и виден человечек, – как мог, по-английски перефразировал детскую песенку Сазонов.

– О да, кьюкумбэ… Огуречик, – залилась смехом Джессика.

Девушка, прапорщик Сазонов и капитан Прошкин напряженно всматривались вверх. Из «огуречика» выстрелила белесое облачко, в мгновении ока превратилось в серое крыло.

– Ну все. Теперь ему остается кайфовать от жизни, – прокомментировал увиденное капитан Прошкин.

– А вы любите прыгать с парашютом? – поинтересовался у Джессики Ростислав.

– Конечно, – очаровательно улыбнулась девушка.

– Обещайте, что после того, как мы закончим наши дела, мы с вами прыгнем вместе. Обещаете?

– Обещаю, – согласилась Джесика. – В затяжном полете.

– Да, конечно.

– А меня возьмете? Втроем же интереснее, – шутливо произнес Прошкин.

– Возьмем, – засмеялась девушка. – И вашего командира возьмем с собой. Тогда в воздухе мы сделаем паука.

– Паука? Какого паука? – не понял Ростислав.

– В свободном полете нас будет четверо, правильно? – начала объяснять Джессика.

– Ну да, – одновременно кивнули Прошкин и Сазонов.

– Там, на небе, мы возьмемся за руки, расставим ноги. И будем так лететь.

– И что? – не догонял Илья.

– Что, не врубился? – поддел своего товарища Ростислав. – Нас будет четверо, у каждого из нас – две ноги. А у паука сколько ног?

– Ну, восемь, – нахмурился Илья.

– Четыре на два сколько будет? – улыбнулась Джессика.

– А-а! – протянул капитан.

– Я думаю, паук у нас не получится, – вдруг серьезным тоном проговорил Ростислав.

– Это почему же? – удивилась девушка.

– Мы «коммандос» и по двое, по трое летать не можем, – сказал прапорщик Сазонов. – Не положено. Если мы полетим кучно, то будем хорошо поражаемой с земли целью. В общем, мы не привыкшие к этому. Такие прыжки нам надо отрабатывать отдельно.

– Так мы отработаем. Я вас научу, – воскликнула девушка. – Я буду прыгать с каждым из вас по очереди.

– Вот это дело! – воскликнул Прошкин.

– И начнем с меня, – перебил его Ростислав.

– Хорошо. С вас так с вас, – согласилась Джессика.

– Только вначале выполним задание, – подвел итог этому разговору Илья.

Тем временем Батяня уже парил над летным полем. Он умело управлял крылом-парашютом.

– Браво! – крикнула Джессика, когда берцы майора Лаврова коснулись середины креста, нарисованного на вертолетной площадке.

– Ну как самолетик? – спросил Прошкин.

– Нормалево. Только борт скользкий. Можно с него съехать раньше времени, – поделился своими ощущениями Батяня.

На аэродром приземлился планер. Джефферсон вылез из кабины.