Чтение онлайн

Упоминание погибших друзей больно ударило по Коди, хоть он и попытался это скрыть.

— Обещай не пороть горячку, - настойчиво потребовал он.
– Ты не в том состоянии сейчас.

— Обещаю, - согласно кивнула Ведьма.
– Не первый год замужем, не бойся. Сломя голову ни во что кидаться не собираюсь.

— Мэм, - позвал ее кто-то из "Эхо". Кора обернулась и посмотрела на незнакомого ей человека. Тот стушевался под взглядами трех старших офицеров и особенно тяжелым взглядом самой Ведьмы, но его командир, видимо, и так все понял.

— Если это правда, - сказал Мур.
– Если их специально слили, и вам понадобится помощь... дайте нам знать.

Кора кивнула, потом чуть помолчала и добавила:

— Я признательна вам всем за Джейса. Если что, обращайтесь. Для вас мои двери открыты всегда.

— Что вы, мэм. Мы бы иначе не смогли....

— Вижу, - улыбнулась одними губами Кора.

Остаток пути проделали в молчании. Коди отвез Кору к ее машине. Видя своего друга набычившимся и недовольным, она смягчилась, подошла к нему и обняла.

— Спасибо, Коди, - ласково сказала она, целуя его в щеку.
– До сегодняшнего дня я была... будто у меня из-под ног земля ушла и я никак не могла ее нащупать. Теперь я снова стою на ногах. Спасибо, что напомнил мне, что я не одна.

— Если б это были все мысли, на которые я тебя навел, - с горечью вздохнул Бурбуль.

— Я пока еще ничего не предприняла.

— Ключевое слово - "пока"?

Кора только улыбнулась.

— С любовью и гнездом у меня не складывается, Коди. Буду делать то, что умею лучше всего. Бывай, Бурбуль. Заходи, когда будет время, я буду рада.

Коди смотрел на нее и видел, что всего за несколько часов она действительно преобразилась. Вот только не нравилось ему, что опору она нашла в мыслях исключительно темных. Когда-то горе совсем молодой Ведьмы было ярким, но бессильным. Тем более, что тогда ее убивало отношение ее же братьев-"зулусов". Теперь же дело обстояло совсем иначе. Выросла Ведьма, заматерела. Коди это не нравилось, но он точно так же знал, что в какое бы пекло не повело теперь Кору, он больше ее не бросит. И сделает все, чтобы не дать ей пропасть.

Корабль был довольно старым и потрепанным, но владельцы не спешили менять его на более новое судно. Во-первых, старая грузовая посудина не так привлекала внимание пиратов, а во-вторых, за скромной внешностью скрывались довольно продвинутые системы обороны и маскировки, а также прочие обновления, необходимые для спокойной транспортировки грузов. И все же хозяева посудины очень избирательно подходили к тому, что они хотели обновить, а потому в медицинском отсеке было уныло, сумрачно и бедно.

Белая краска на стенах давно пожелтела и кое-где покрылась странными пятнами неясного происхождения. Лампы, хоть и присутствующие в нужном количестве, были закрыты рассеивающими панелями, которые за многие годы эксплуатации успели потемнеть и покрыться несмываемым слоем пыли. Арсенал здешнего эскулапа был крайне ограниченным и примитивным, что свидетельствовало о невысокой степени вовлеченности хозяев корабля в вопросы здоровья тех, кто находился на борту.

Тем не менее у задней стены можно было видеть две поставленные стоймя пустые криокамеры и одну медкапсулу сильно устаревшего образца. В отличие от более новых моделей, эта заполнялась жидкостью и требовала наличия специального респиратора для пациента. Сейчас в темно-синем растворе можно было разглядеть тело молодого мужчины, накрепко зафиксированного ремнями. Следы полученных им повреждений еще темнели и отсвечивали фиолетовым сквозь призму синей жидкости, особенно выделялись такие пятна на руках и в области шеи, однако процесс явно шел к полному заживлению.

В отсеке находились два человека - судовой врач, по виду едва ли не студент, и пожилой мужчина в сером комбинезоне и с ошейником на шее. Молодой человек долго что-то набивал в компьютере, стуча по клавиатуре длинными худыми пальцами, потом пропустил пятерню через свои вечно взъерошенные соломенные волосы и устало потер глаза. Он уже довольно долго перебивал чип того, кто сейчас спал богатырским сном в капсуле, однако до конца все подтереть не удавалось. Впрочем, для того места, куда они везли товар, должно было сойти.

— Принеси мне кофе, - бросил он не глядя своему помощнику и подошел к капсуле.

Показатели на мониторе изменились, сигнализируя о повышении деятельности мозга. Действие седативов подходило к концу, и пациент начинал пробуждаться. Док решил, что рановато подопечный активизировался, нажал что-то на приборной панели и с удовлетворением проследил, как показатели ползут вниз, знаменуя возвращение в летаргию для бессознательного пациента.

За спиной прошуршала дверь, и доктор подумал, что это старый помощник принес кофе, поэтому не обернулся. Но вместо шаркающих шагов старика послышался бодрый голос одного из хозяев суденышка.

— Ну что, Эрон, как идут дела?

Эрон обернулся и, поджав губы, недовольно констатировал:

— Чип я ему перебил, насколько это было можно. Где вы его взяли? Там защита была на порядок выше стандарта.

— Не важно, где взяли, главное, удалось ли все подправить?
– отмахнулся Эдвард Вирон.

Из двоих компаньонов, владевших транспортником, Вирон был более коммуникабельным. Это он договаривался с покупателями и чиновниками, продумывал новые бизнес-схемы и вообще брал на себя всю часть торговли, требовавшую харизмы, быстрого, хитрого ума и хорошо подвешенного языка. Одевался он тоже соответствующим образом. Если его партнер предпочитал практичную одежду и по судну передвигался в летном комбинезоне, то Вирон одевался дорого. Вкуса ему не хватало, как и модельной внешности, что он старался компенсировать наличием известных брендов. Образ в результате получался несколько эклектичным для мужчины сорока семи лет, но Вирон умел обращать это в свою пользу.

— У него последним кодом стоит госзакупка. Не знаю, правда, куда конкретно он был приписан, но такое бесследно не стереть, по крайней мере, не на этой технике, - честно ответил Эрон.
– Подправить удалось, но любая толковая проверка выявит вмешательство.

— Какие толковые проверки на Ладатисе?
– усмехнулся Вирон и погладил аккуратно и модно стриженную бородку.

Он знал, о чем говорил. На этой планете, превратившейся в сплошной черный рынок, можно было купить любой предмет роскоши. Просто потом это не стоило пытаться вывезти за пределы Ладатиса, чтобы не сталкиваться с лишними вопросами полиции о перебитых номерах и соответствии заявкам об украденной собственности.

Вирон подошел к медкапсуле и всмотрелся в товар. Зачем-то постучал по толстому стеклу костяшками волосатых пальцев. Золотая печатка неприятно громко звякнула по холодной поверхности капсулы. Естественно, реакции с другой стороны не последовало.

— Сколько он тут еще будет пускать пузыри?
– недовольно поинтересовался Вирон.

— Если бы вы закупали новый раствор, как я советовал, ему оставались бы считанные часы, - закатил глаза Эрон.
– Но в этом сто раз отфильтрованном супе ему придется плавать еще где-то сутки.