На грани искры 2
Шрифт:
— Если бы у неё было такое зелье, она бы сразу о нём сказала, — заявил Санни.
— К тому же мы не уверены, что это рецепт ведуний, — добавил я. — Больше похоже на работу зельеваров.
Сказал и тут же прикусил язык. Вообще-то без магии и я бы такое приготовить не смог. Следователь нахмурился, перелистал бумаги и — Зараза! — выудил запись, что в школу «Плато Мечты» я попал после того, как впервые приготовил зелье.
Пришлось выкручиваться.
Впрочем, формально я не соврал. Рассказал о магии в листьях растений и что её можно использовать, складывая прожилки особым образом.
Моё объяснение следователю неожиданно понравилось. Настолько, что он потребовал записать рецепт и нарисовать плетение. На мои слабые возражения, что это вообще-то секрет, он посмотрел так недобро, и спорить сразу расхотелось. Вздохнув, я просто выполнил его требование.
С этим сыскарём мы просидели почти полдня. Был ли от этого хоть какое-то толк, я так и не понял.
Зато больше никто к нам с вопросами не приставал. Похоже, родня Айрика и прислуга начали нас избегать. Буквально несколько дней назад слуги с любовью в глазах спешили выполнить любое распоряжение, а теперь словно испарились.
Из-за долгого допроса мы пропустили обед, и я не смог его получить. Точнее, не нашёл никого, кого можно было бы за ним послать.
Парень я не гордый, да и Санни скромностью никогда не страдал. Поэтому мы просто отправились на кухню. Нашли её не сразу — раньше нам не приходилось добывать себе еду в особняке Лирванов. Санни, когда голодный, демонстрирует совсем другой характер. Друг буквально взорвался и наорал на работников кухни:
— У нас годовой контракт с родом! Здесь мне обязаны платить деньги и обеспечивать едой. Мне пойти к главе рода и уточнить, почему я давно ничего не ел и не могу найти ни одного слугу?
Пока Санни отстаивал свои права, я тихо и без лишнего шума загружал поднос всякими вкусностями. Кстати, сделал неожиданное открытие: оказывается, кормят здесь куда лучше, чем я думал. И не какими-нибудь желеобразными изысками и цветными супами, а вполне нормальной человеческой едой.
Вытащив из духовки хороший пропечённый кусок мяса, я добавил к нему пирогов, солений (их я здесь почему-то ни разу не видел), острый соус и жаркое из осьминога. По поводу солений даже сделал кухонным слугам внушение: мол, я это дело люблю и если завтра за обедом их не увижу, то снова лично наведаюсь на кухню, а там уже и до жалобы главе рода недалеко.
Перекус у нас получился чем-то средним между обедом и ужином. Тем не менее настоящий ужин мне всё равно принесли. Внезапно слуги снова объявились и стали необычайно предупредительными. Наверное, здесь сказалось и то, что Санни хоть и поел тем, что мы раздобыли на кухне, но окончательно не остыл. К тому же он вспомнил пункты нашего договора с родом Лирван.
Он достал копию документов и потащил меня к портному. Потряс бумагами перед лицом мужчины, для убедительности попинал манекены воздушной магией и заявил, что прямо сейчас отправится к главе рода с претензией.
Портной оказался человеком непробиваемым. Шить нам костюмы он отказался.
— Ах так! — побагровел от возмущения Санни и вылетел в коридор.
Судя по его решительному виду, он действительно собрался к главе рода. Мне оставалось только идти следом и следить, чтобы друг в порыве праведного гнева не устроил что-нибудь совсем уж лишнее.
Глава рода как раз прогуливался по двору в чёрных халатах и наблюдал, как идут работы по восстановлению территории после атаки тварей. Судя по выражению лица, результат лорда не радовал.
И тут к нему подскочил Санни.
Начал он с того, что едва мы вышли за ворота, как на нас напали. Выжили чудом, пострадали, следователь приходил, допросы устраивал. И всё почему? Потому что семейный портной отказывается шить нам одежду!
Настроение у главы рода и без того было испорчено, а тут ещё Санни со своими новостями. Ух как он потом гонял домочадцев и того портного! Мне даже показалось, что от бедняги перья летят. Или это его редкие волосёнки по коридору разметало?
Зато и портной, и вся прислуга разом уяснили, что у Санни слова с делом не расходятся. Хороший из него лорд получится. Есть чему поучиться. Боюсь, я свою домашнюю прислугу разбалую. Тут нужна крепкая рука. Или женская. Но тоже крепкая.
Женская… Мысли сами собой снова вернулись к прекрасной незнакомке из дворца. Айрик пообещал, что, когда всё немного наладится, попросит дядю узнать её имя и кто она такая. Жду не дождусь.
А ещё Айрик рассказал, что, оказывается, дамам можно писать романтические письма. И где-то в библиотеке даже есть книга с образцами. Никогда бы не подумал, что и про такое книги пишут. Чего только люди не придумают! Но вещь полезная. Откуда мне знать, как правильно сочинять письма дамам? Ни фантазии, ни опыта.
Санни, выслушав мои размышления, решил и сам потренироваться. Вдруг тоже внезапно влюбится, а писать письма не умеет. Любовь — дело серьёзное, её лучше встречать во всеоружии.
Откладывать изучение образцов мы не стали и уже на следующий день явились в библиотеку с вполне конкретной просьбой. Хранитель к моему интересу отнёсся с пониманием. Выдал бумагу для записей, похвалил мой почерк и заверил, что это уже половина успеха.
— Ежели письмо аккуратно и красиво написано, то дамы могут и в саму суть особо не вникать, а сразу отдать симпатии тому, кто послание направил, — просветил дедок.
В очередной раз я порадовался, что мы у Лирванов служим. Столько нового узнаём, столько полезного! Айрик отвлекать не стал и оставил нас в библиотеке. Глава рода решил его задействовать в качестве целителя. Не то чтобы лорд сильно поверил в способности молодого мага, скорее всего решил на будущее заиметь в роду собственного целителя. Пока неопытного и не слишком умелого.
Правда, ему и не давали никого из господ лечить. Среди прислуги хватало тех, кому требовалась помощь. Те же кухонные работники каждый день спрашивали зелья: от ожогов, от порезов.
На днях один из помощников уронил себе на ногу ящик с овощами. Да так неудачно, что сломал кость. Раньше бы его стали лечить зельями и целителя точно бы не позвали. Это дорого для простолюдина. Зато для целительской практики Айрика лучше и не пожелаешь.
Айрик потом жаловался, что мужчина громко вопил, не хотел лечиться и умолял дать ему зелье. Однако приказ главы рода никто не осмелился нарушить, и молодой лорд продолжил практиковаться. В результате кость срастил без проблем, и чего тот слуга боялся?