На грани развода. Любовь против истинной пары
Шрифт:
Но в то же время он даже не пытается спросить, как прошёл день у меня.
Поначалу я так жалела, что опять вру Алистеру! Я столько скрываю от него в последнее время! Умом понимаю, что это точно не на пользу отношениям. Потом я решила сказать полуправду - такую, как сказала Фрею, и не важно, что Алистер подумает, узнав, что я рассматриваю “нити судьбы”.
Но дело в том, что кто-то из ребят Поля уже сказал ему, что у меня новые уроки тёмной магии. И муж ни разу не спросил после, что конкретно я там делаю.
За последние месяцы я обнаружила ужасную правду. Врать Алистеру - очень и очень легко.
И я продолжаю задавать вопросы, которые ему явно нравятся. Тут он, словно прочитав мои мысли, отрывает взгляд от еды.
– Кстати, что с твоими делами?
В горле пересыхает. Я всё же была неправа?
– Что именно тебе рассказать?
– Сколько ещё будут длиться эти уроки? Я хочу, чтобы ты завершила сделки с Эндером и Моретом в этом месяце, они нужны поместью. Ты же сможешь?
В груди что-то дёргается и обжигает. Рука невольно сжимает бокал, и я делаю большой глоток воды.
– Да, смогу.
– Хорошо.
Ужин не приносит ничего нового в мою жизнь. После мы едем домой как обычно, и запахи липы и сладкой арции из окна кареты - единственное, что пытается поднять мне настроение.
Выбравшись наружу, Алистер разминает плечи.
– Сегодня отличный день.
– Спасибо за ужин.
Он становится рядом со мной. Его взгляд проходится по волосам, которые я уложила на плечо во время поездки. В глазах горит знакомое пламя.
И я вдруг понимаю, что он сейчас предложит мне пойти в спальню. Между нами уже долго ничего не было - сначала мешали мои женские дни, потом было слишком много волнений вокруг.
Но почему-то эта мысль не воодушевляет меня как обычно. Наоборот! Снова мелькают мысли в голове, я снова смотрю на нить в его груди. Внутри всё сжимается, стоит представить, что он сейчас, прямо с этой нитью начнёт раздевать меня.
– Алистер. Скажи, Алёна участвует в новых экспериментах?
Его лицо меняется.
– Почему ты спросила?
– Потому что это очевидно. И ты знал, что я хочу знать, но всё равно промолчал. Скажи, ты что-то чувствуешь к ней?
Я произношу всё это даже подчёркнуто резко. Выплёскивая то, что пыталась сдержать уже пару часов - или дней.
На несколько секунд лицо Алистера застывает. На его глаза наползает туча, грудь начинает вздыматься чаще, зубы обнажаются.
– Свет, - бросает он раздражённо.
– Да, она участвует. И что? Грейс, не пора бы тебе уже привыкнуть к тому, что Алёна здесь и никуда так просто не денется? Не пора бы уже перестать, тхар побери, изводить нас всех ревностью?
Я моргаю. “Никуда не денется”? Это новая риторика.
??????????????????????????
Часть меня почти сожалеет. Хочет отмотать время назад, расслабиться хоть на полчаса после многих дней сомнений и переживаний. Но другой части становится легче– действительно легче!
– пусть и ненадолго.
– Мама! Папа!
– Голос Николаса прерывает все мысли.
Он выбегает к нам от порога - видимо, потому что увидел нас в окно и решил, что так долго стоять в саду и не идти к нему со стороны родителей просто возмутительно.
Я не удерживаюсь. Переключаю внимание на него, подхватываю сына на руки и даже смеюсь, прижимая свой нос к его маленькому носу.
Ник. Мой свет, мой яркий луч, который единственный до сих пор не даёт сбиться с пути.
Я должна сделать всё, чтобы он был счастлив.
– Привет, Николас, - бросает Алистер.
– Грейс, я пойду наверх.
И с этими словами он заходит в дом.
Сын почти не показывает расстройства, но слегка надувает губы.
А я понимаю, что опять зла на Алистера, который зол на меня.
Мы всё делаем неправильно. Кажется, оба. Или только я одна?
Ведь Алистер вовсе не выглядит несчастным в эти последние пару месяцев!
И я вдруг понимаю: да не могу я больше так! Ходить кругами. Заглядывать мужу в рот. Пытаться что-то выяснить по крохам информации и эфемерным нитям. Я ведь могу узнать правду об их отношениях с девчонкой - или хотя бы об отношении девчонки к Алистеру! Фрей может поговорить с ней откровенно. А может и проследить…
И я должна это сделать. В первую очередь ради себя и ради Ника! Сколько можно жить в темноте и действовать вслепую? Если эта нить что-то значит, если между ними правда что-то есть - я должна уже выяснить.
А потом… что будет потом, я подумаю после.
***
В этот раз мы с Фреем встречаемся не в ресторане. Я приглашаю его “случайно столкнуться” в парке академии, раз уж в прошлый раз в библиотеке никому не было до нас дела.
– Слушай, я не то чтобы хотел вчера наговорить тебе гадостей, - начинает он мрачно.
– На самом деле, я тоже. Но у нас нет времени на обиды.
И я рассказываю про нить. Про то, что увидела вокруг Алистера. Брови Фрея взлетают вверх.
– А остальных людей ты видишь?
– Пока нет, - качаю головой.
– Придётся концентрироваться на каждом человеке отдельно, по паре дней. По крайней мере, пока я не освоилась с этой магией.
И хоть мне было бы интересно взглянуть на нити иномирянки, например, не думаю, что это та определённость, которую я сейчас ищу.
Прищуриваюсь и добавляю немного обвинительно:
– Прошёл уже месяц, а в соблазнении ты успехов не добился. Помоги мне узнать, что происходит между Алистером и девчонкой на самом деле.
– Как?
– Надо придумать. Подслушать их, подсмотреть за ними. Или вызвать её на откровенность - нам нужно что-то весомое.
Я жду, что парень начнёт отказываться. Это будет совершенно справедливо: наш уговор был о другом, о соблазнении им девчонки, а не о шпионских выходках, где, возможно, придётся пробираться в чужие дома! Я гадаю, что ещё придётся предложить ему взамен.
Но Фрей Лотер смотрит на меня пристально, а потом говорит:
– Хорошо.
– И ты не попросишь новой платы?
– Я и с прошлой-то услугой не придумал, что делать.
– По его лицу скользит тень.
– Давай просто разберёмся, а вымогательством я займусь в следующий раз.
***
На следующий день мы находим пустой кабинет в корпусе тёмной магии, от которого у меня (снова чисто “случайно”) есть ключ. Там долгое время стоим друг напротив друга, но рядом, обсуждая детали.