Чтение онлайн

– На вас правда ставили?
– Я невольно осматриваю его кончик носа и ухо.

– Два дня подряд. Дарс отговаривал меня, а остальные ждали представления.
– Фрей делает долгую паузу.
– Я не знаю, в какой момент всё пошло не так. Дуэль была обычной. Просто Брайт оказался сильнее моих прошлых соперников. Он бил жёстко, я жёстко отвечал. А потом я прошил его сердце световой иглой - раньше чем понял.

Я закусываю губу.

– Извини, но несмотря на некоторую предвзятость рассказчика, я всё-таки рада, что победил ты, а не он.

– Да, я тоже был рад тогда, что жив.

Я немного думаю обо всём этом, и что-то пока не сходится.

– Но дуэли разрешены. На повод часто закрывают глаза. Ты говоришь, что вызвал Брайта прилюдно? Как это превратилось в то, что о тебе рассказывают, что ты заколол его в спину во Тьме?! Его родня набросилась на тебя и вывернула всё в его пользу?

– Не совсем. Просто пока я глупо стоял над его телом, пока мы все пытались понять, что делать, открылся портал.

Я приоткрываю рот.

– Я убил своего командира перед тем, как… генералы сказали - “перед тем, как на нас напал настоящий враг”. Брайт был мерзавцем. Но он знал, что делать в бою, и без него мы остались как без головы, одна большая задница. Нет, мы пытались собраться. Дарс взял управление нашим маленьким взводом, но этого… не хватило.

Я пытаюсь вспомнить этого парня. Что-то знакомое… И меня вдруг колет болезненное осознание.

– Мы старались, - продолжает Фрей.
– Но не доверяли друг другу. Орали друг на друга, обвиняли. В том бою Дарс стал первой жертвой - Тьма очаровала его. И вот его я заколол собственными руками.

– Свет побери, - выдыхаю я.

– Ты же знаешь, как это. Любой очарованный Тьмой человек становится сильнее. Очарованный маг? Мы чуть не полегли там все - часть тех, кого я считал товарищами, потом не вернулась на службу. Вот такой я человек, Грейс. Подлец? Не знаю. Но точно идиот, который не сделал в жизни ничего особо хорошего.

Теперь Фрей замолкает, делает долгий глоток прямо из бутылки. Его красивые пальцы теребят оплётку, губы изгибаются в подобии холодной усмешки:

– Ну а потом родня Брайта вывернула оставшееся в его пользу. Они вообще-то требовали казни. Но в итоге меня лишь отправили в Балфорт, где я потерял полтора года. Сидел бы там и дольше, но у отца не выдержало сердце - он был давно болен, но как понимаешь, вполне похоже, что и в его крышку гроба я забил последний гвоздь. А король почему-то решил, что негоже оставлять наш род без наследника и помиловал меня, лишь запечатав часть магии.

Я прикусываю губу. Некоторое время мы опять сидим в тишине. Хотя на самом деле, внутри появляется странный зуд, который требует что-то уже сделать. То ли ткнуть Фрея в плечо, то ли сказать нечто дурацкое и ободряющее!

Только что, тхар побери?

– Кстати, о запечатанной магии, - тяну я бесцельно.
– Это какие-то светлые и боевые заклинания?

– Те, что входят в дуэльный список, да.

– Выходит, ты больше не можешь драться против людей?

– Ну почему же. Могу, просто выиграю вряд ли.

Многого я не знала, если подумать!

Мотаю головой. Но зуд внутри растёт и копится, требует выхода. Я вот одного не понимаю: ну ладно я думала о нём плохо поначалу - но как он сам может оценивать свои действия только с негативной стороны? И всё это за маской самоуверенности, которой, похоже, не так уж много!

– Слушай, ты вообще серьёзно всё это рассказал?
– спрашиваю я сурово.
– Кто внушил тебе, что ты один виноват во всём? Тебя поставили в отряд к придурку, и это была его ответственность! Следить за дисциплиной. Не допускать дуэлей и уж точно не дать себя убить перед открытием портала! Куда смотрело командование, давая ему власть? Наверняка слово боялись сказать поперёк его родни! А твой друг и товарищи? Не хотели тоже выступить против Брайта, чтобы дело не дошло до дуэли? И вообще, заступиться за служанку действительно было ошибкой по-твоему, тебя и сейчас не волнует её судьба?!

Бровь Фрея дёргается. Он смотрит на меня странно.

– Ты злишься.

– Потому что тебя закапывают из-за этой чуши. Нет, ты сам себя закапываешь! Что у тебя с самомнением на самом деле, зачем ты ведёшь себя так, будто заслужил все эти слухи?
– Тут до меня вдруг доходит ещё одна вещь: - Погоди. Ты сказал, что сам ушёл со службы. Тебя могли восстановить, но ты отказался?

– Вроде того. По правде, его величество весьма злился на меня из-за этого.

– Зачем ты тогда вообще согласился на моё предложение охмурить иномирянку?!

– Ну, ты хорошо убеждала, даже не попав в одну из деталей. И всё дело показалось… слишком уж интересным.

Я прикладываю руку ко лбу. Фрей склоняет голову набок:

– И ты, значит, хочешь меня оправдать?

– Свет, конечно! Ты точно не подлец, Фрей Лотер, ты прекрасный человек.

Он поражённо усмехается. Смотрит на меня почти с восторгом - будто я сказала какую-то глупость. Восхитительную настолько же, насколько странную.

– Можно, я уточню, почему?
– спрашивает вкрадчиво.
– Что из событий со времён нашего знакомства навело тебя на подобную мысль? То, что я обманом соблазнял ничего не подозревающую девушку? Примерял на себя власть и титулы, которые мне не полагались? Подсматривал за голой парой с балкона?

– Ты думаешь о чувствах других!
– выдаю я совсем уже раздражённо.
– О моих рядом со мной. О чувствах иномирянки рядом с ней, как бы меня это ни злило! О людях, способных пострадать от Тьмы - ты же пошёл закрывать тот портал, хотя был не обязан.

– Ну, может, вся эта дрянь научила меня немного больше думать в целом, - тянет Фрей.
– Хотя и не всегда.

А потом он садится ровнее, упирается рукой в пол. Отставляет пустую бутылку и, не спеша, разворачивается ко мне всем корпусом. Некоторое время мы смотрим друг на друга: он на меня, я - на него. Я невольно прочищаю горло. Когда Фрей говорит снова, в его бархатный голос пробираются хриплые нотки:

– Грейс Торн. Скажи, что ты будешь делать со своим браком?

Переход неожиданный. Так мне кажется.

– Я… - Пальцы сжимаются, потому что ответ у меня есть - но вовсе не столь хороший, как мне хотелось бы!
– Я должна подготовить почву. Для разрыва.

– Ты уйдёшь от Торна?
– Мне кажется, глаза Фрея вспыхивают.

– Да. Наверное. Мне нужно время!

– Грейс.
– Парень в который раз за полчаса повторяет моё имя, и от того, как он это делает сейчас, у меня по шее бегут мурашки.
– Ты не должна его терпеть. А даже если вдруг решишь потерпеть, ты не обязана быть хорошей женой.

– В каком смысле, прости?

– Он изменил тебе. Отомсти ему, сделай больно в ответ. Сделай всё, что захочешь.

Он пьян не меньше моего - ничем другим я этот поворот разговора объяснить не могу.

И я хочу об этом сказать. Но снова смотрю его в глаза и запинаюсь. Они яркие, дикие, и мне кажется, в них полыхают неведомые другие миры. Губы упрямо сжаты.

А потом его пальцы касаются моего лица, я успеваю почувствовать жар и силу его руки. Свежий запах одеколона и пряный - вина. И то, как его губы раскрываются, чтобы накрыть мои.