Чтение онлайн

— Я тем временем наберу Барстоу — сообщу, что видео подтверждает её реконструкцию.

— Передайте ей и Словаку, что Тейт той ночью, вышел от Пила в 22:19. Это может оказаться ключевым — сказал Гурни.

— Сделаю.

Морган позвонил, передал новости Барстоу и попросил уведомить Словака.

Пока Гурни ставил подпись, в открытую дверь мягко постучали. На пороге — тот самый патрульный, что провожал его утром:

— Вас хочет видеть директор похоронного бюро из соседнего здания. Похоже, он очень зол.

— Дэн Пил?

— Господин Дэнфорд Пил — так он представился. И да, он - сердитый.

— Он сказал, в чем дело?

— Нет, сэр.

У Моргана нервный тик вновь ожил:

— Пригласите.

Пил вошел в конференц-зал как раз в момент, когда патрульный отступил. Его бодрые желтые бермуды резали глаз — особенно вкупе с яростью во взгляде. Он захлопнул дверь и стремительно подошел к столу.

— Фэллоу — чертов идиот!

Морган отшатнулся.

— Ошибочные суждения этого сукина сына вот-вот разрушат труд трёх поколений! Я хочу, чтобы его арестовали и привлекли за преступную халатность!

— Я не уверен, что…

Пил перебил:

— Видео. Компания-поставщик ПО объяснила мне, как получить доступ. Тейт, в конце концов, не был мёртв. Говорю вам: я хочу, чтобы Фэллоу привлекли к ответственности! Хочу видеть этого ублюдка в тюрьме!

— За то, что по ошибке объявил Тейта мёртвым?

— За то, что сделал это по пьяни, по недосмотру, халатности.

— Вы утверждаете, что он был пьян?

— Черт подери, он был пьян!

— Это серьёзное обвинение.

— Вы понимаете, что он со мной сделал? Что скажут люди, когда узнают, что Дэнфорд Пил положил живого человека в закрытый гроб? Моя профессиональная жизнь — под откос. И всё — прямое следствие вопиющей некомпетентности Фэллоу!

Ярость Пила на секунду лишила Моргана слов.

Гурни мягко спросил:

— Осмотр тела оставил вам хоть какой-то повод сомневаться, что Тейт мёртв?

— Абсолютно никакого. Но я и не обязан проводить тщательный осмотр. Директор похоронного бюро не переубеждает судмедэксперта.

— Откуда вам известно, что доктор был пьян во время осмотра?

— От него разило алкоголем. Предполагаю, он его пил, а не поливал им одежду.

— Кто-нибудь ещё это почувствовал?

— Откуда мне знать? Я что, проводил опрос?

— Вы в тот день сообщали кому-то об этом?

Пил покачал головой:

— Не хотел создавать ему проблемы — с его тощим резюме. И в голову не пришло, что он может создать мне такие проблемы. — Он повернулся к Моргану: — Что вы намерены делать с этим бардаком?

Морган скрестил руки — почти карикатурная защитная поза:

— Делается всё, что необходимо. Я понимаю ваше возмущение. Разделяю его. Масштаб ущерба… потенциального ущерба… пока неясен. Поверьте, это я понимаю. Наша первоочередная задача — взять ситуацию под контроль.

Пил кивнул — скорее нетерпеливо, чем соглашаясь.

У Моргана зазвонил телефон. Он взглянул на дисплей, потом на Пила:

— Простите, должен ответить.

Пил махнул рукой, как бы признавая разговор исчерпанным, развернулся на каблуках и вышел.

Из обрывков телефонного диалога Гурни понял: звонила репортер по имени Карли. Её интересовали последние новости по делу Рассела; Морган попытался отвлечь её, пообещав «важные сведения» позже в тот же день.

Как только он положил трубку, телефон зазвонил снова. На этот раз из обрывков ответов Моргана Гурни уловил лишь одно: новости хорошие.

Закончив разговор, Морган, заметно оживлённее сказал:

— Похоже, установили личность женщины из дренажной траншеи. И еще: местная жительница сказала одному из людей Брэда, что видела кого-то на Приозёрном шоссе, у поворота на Харроу-Хилл, около двух часов ночи в ту же ночь, когда убили Ангуса. Прокатимся?

Стоило им выехать на «Тахо», как Гурни вернулся к надрывной речи Пила:

— Его реплика о «сомнительном состоянии» Фэллоу — ты понимаешь, к чему он клонит?

— Три года назад Фэллоу едва не лишился медицинской лицензии — после обвинительного приговора за вождение в нетрезвом виде.

— С тех пор проблемы были?

— Насколько знаю — нет.

— Между ним и Пилом конфликты случались?

— Почему спрашиваешь?

— Гнев Пила выглядел… чрезмерным.

— Допускаю, что у них давняя взаимная неприязнь, но публично об этом никто не говорил.

Они умолкли. Вскоре «Тахо» катил по Приозёрному шоссе, мимо ухоженных владений — один особняк сменял другой. Сквозь редкие просветы в пышной зелени мелькало лазурное зеркало озера. Прямо впереди показались две патрульные машины на обочине — черный «Додж Чарджер» и «Форд Краун Виктория». Брэд Словак и полицейский в форме стояли на газоне, когда Морган подрулил к их автомобилю. Гурни отметил: остановились — у единственного заросшего участка на берегу.

Когда они выбрались из «Тахо», к ним подошел Словак.

— Женщину зовут Руби-Джун Хупер. Помните её?

Морган растерянно вскинул брови:

— А должен?

— Она регулярно попадала в новости — каждые пару лет, когда ей предлагали очередной миллион за её четыре акра. Ответ один: «Родилась здесь и здесь умру». Ни мне, ни Дуэйну она не сказала, кого именно видела прошлой ночью. Хочет поговорить с вами.

— Где она?

— В доме. За теми деревьями. — Словак кивнул на тропу, уходившую в чащу.

Морган жестом пригласила Гурни следовать за ним. Тропинка вывела их на узкую лужайку между домом и стеной леса. На лужайке — одуванчики и сварливые куры, клюющие друг друга на ходу.

Небольшой дом в колониальном стиле, обшитый вагонкой, белая краска шелушилась — нигде, кроме как на Приозёрном шоссе, он не бросился бы в глаза. Здесь же его лёгкая обветшалость резала взгляд. Недостаточно ухоженный участок, в другом месте, смотрелся бы очень неплохо, но на фоне безукоризненных соседних газонов казался демонстративно враждебным.

Женщина в дверях была в бесформенном платье. Прямые седые волосы закрывали уши и лоб. Тёмные глаза сначала задержались на Гурни, потом на Морган.

— Это вы отвезли Такера в больницу. Разговаривать буду с вами. — Она указала на Гурни, не глядя ему в глаза. — А это кто?

— Лучший детектив из всех, кого я знаю, — сказала Морган с неловкой улыбкой.

— Кто из вас главный?

— Он, — ответил Гурни.

— Тогда порядок. Он отвёз Такера в больницу. Добро я не забываю.

— Такер…? — спросила Морган.