Чтение онлайн

Киприан выждал, пока Марта, шарахнув дверью, ретируется за порог, проводил взглядом двух мохнатых свидетелей и только после этого вновь сосредоточился на Юлиане. В его глазах вспыхивали плутоватые сердоликовые искры.

— Так какая степень близости тебя интересует? — подавшись вперед, лукаво уточнил он. — На молекулярном уровне или на уровне элементарных частиц?

По гостиной разлилось трепетное молчание, которое — секунда за секундой — нарезал на ломти мерный стук маятника. Внести ясность Юлиана не соизволила. Ей бы для начала переварить его слова, убедиться, что происходящее не очередной бредовый сон. А заодно укротить бушующий в груди тайфун. Не ровен час, сдует укрепления, сметёт плотины и затопит берега приливом кипучих чувств.

— У нас и правда всё не как у людей. Но это не отменяет возможности единения душ, — сказал Киприан с улыбкой. Укутаться бы в нее, как в тёплый лоскутный шарф. А то что-то вдруг зябко стало. И кожу на затылке покалывает.

Разум со своими ничтожными доводами был отправлен скромно топтаться в сторонке. Юлианой правили желания.

— Знаешь, — сказала она. — Теперь я тебя еще больше люблю.

Предвкушая волнительные моменты близости "на уровне элементарных частиц", она забросила руки ему на шею — и тут же вскрикнула. Готовилась к наслаждению, а получила новую порцию боли. Ох уж эта злополучная метка! Ни йод, ни компрессы ее не берут.

— Вы бы отдохнули, хозяин. Что с этих людишек взять? — лебезил дворецкий, преданно шаркая за Грандиозом по особняку. — Им лишь бы свой слух потешить. Искусства они не ценят.

— Он прав, отец, — сказала Селена. — Не забывай, у тебя давление. Не хочешь же ты, чтобы завтра на передовицах появилось известие о том, что после провального выступления Великий угодил в госпиталь?

«Отец» оставался глух к уговорам, красен, как рак, и раскалён, как кокс в горне. Мраморные плиты под его ботинками содрогались от страха. Дрожало пламя оплывающих в канделябрах свечей, тряслись поджилки у лакеев и горничных. Только ночь ехидно таращилась в стрельчатые окна, готовя очередной удар.

— Лично позабочусь, чтобы ты подох в тюремной крепости, гнида паршивая! — сквозь зубы проскрипел Грандиоз. Специалист по арниям уверял, что трёх птиц для концерта будет вполне достаточно. Ну и где он теперь со своими уверениями? Правильно, в бегах. Подложил свинью — и смылся. И незаслуженное вознаграждение, конечно же, умыкнул.

Воздать проходимцу по заслугам — дело времени. Эта ошибка, наверняка преднамеренная, будет стоить ему жизни. Но даже если подвергнуть его сколь угодно жестоким пыткам, признания зрителей снова не завоюешь.

— Далось тебе это признание! Задери налоги и живи спокойно, — внесла рациональное предложение Селена.

Грандиоз выкатил глаза из орбит и обнаружил, что бороздит просторы зала, рассуждая вслух. До чего довели, аспиды! Теперь он не только разражается нецензурной бранью по малейшему поводу, но и говорит сам с собой. Трясучка — его верный спутник. Нападает, стоит лишь оступиться. Сердечные капли всегда в кармане, паника следит из-за угла. Бешенство обрушивается внезапно, как плохо закрепленная в потолке люстра. Что дальше? Горячка? Припадки эпилепсии? А нет. Следующая по списку — болезненная мнительность. Звезды повернулись к нему спиной. Счастье изменило ему. Богиня справедливости прибыла из отпуска и основательно взялась за его досье.

Когда дверь в залу скрипнула, пропуская известителя в безразмерном прорезиненном плаще, Селена закусила губу. Она нарочно не сообщала отцу о том, что случилось в театре (а точнее, с театром) после его ухода. Щадила нервы. Теперь, видимо, придётся ему обо всём узнать от жандарма.

— Разрешите доложить! — прогудел жандарм, становясь по стойке смирно. — Часть зрителей поймать не удалось. Им помогала высшая сила. Половицы выворочены, полы придётся перекладывать. У горожан на устах некий Звездный Пилигрим. Якобы в его книге вся правда о вас написана. И, кхм. — Докладчик хрипло кашлянул в кулак. — Есть еще кое-что. Мерда.

— Что? Она тоже строчит обо мне опусы? — Грандиоз стоял, сплетя пальцы, морщил лоб и ухмылялся, как сумасшедший. Словно ему на события сегодняшнего вечера плевать с высокой колокольни. Словно он и вовсе здесь не при чем.

Жандарм пробубнил извинение, лязгнул шпорами и вытянулся, как если бы его за макушку к стропилам подвесили.

— Никак нет! Опусов не строчит. Она…

Сообщить, что именно вытворяет в городе Мерда, у слуги закона не поворачивался язык. А когда, наконец, повернулся, дворецкий, Грандиоз, Селена и взвод взвинченных лакеев были повержены в шок. Поедательница умов человеческих переключилась на мясную диету.

Этажом выше квакал заграничный тромбон, который Гедеон приобрел на замену расколоченной скрипке и над которым теперь издевался, терзая слух обитателей особняка.

Очнулись от потрясения, когда из угла донёсся дурацкий кудахтающий смех. До Грандиоза добралась его давняя приятельница — истерика. Придерживая свой необъятный живот, он завалился на софу и был, как никогда, близок к тому, чтобы слететь с катушек.

Страж порядка сделал верный выбор, когда предпочёл беззвучно исчезнуть в ночи. Вдогонку ему запустили увесистым подсвечником.

— Не в себе, — заключила Селена, исподлобья глядя на отца. Отослала слуг, велела дворецкому состряпать успокоительный отвар и прибегла к самому мощному оружию против психически неуравновешенных индивидов.

Грандиоз всё еще похрюкивал и трясся от хохота, когда в непосредственной близости от его уха в мягкую изумрудную вставку софы воткнулась стрела. Минуя этап ступора, из состояния невменяемости Великий без отлагательств перешел в состояние бешенства. Его физиономию исказила дикая гримаса.

— Девчонка, да что ты себе позволяешь?! Я король!

Селена даже не дрогнула.

— Вот именно. Король. Поэтому должен не сердечные капли принимать, а меры. Меры! — рявкнула она.

— Какие меры? К чему ты клонишь?

— К тому, что, прежде чем свергать старого правителя, следовало подумать, годишься ли ты для этой роли. Или предлагаешь мне взять бразды правления в свои руки?

Бешенство сменилось прозрением, как если бы раскаленный металл резко остудили ключевой водой. Грандиоз впервые видел дочь настолько грубой, властной, непримиримой. Она повзрослела. Она вполне может стать достойной преемницей и заменить его на троне, когда придёт время. Но сейчас пока рано. Ему еще предстоит свести кое с кем счеты.

Во-первых, управляющий, которого вчера доставили в подземелье скованным по рукам и ногам. Во-вторых, специалист по птицам, которого скоро поймают. В третьих, патологический врун Яровед, который не выполняет обещаний. Ах, да! Вдобавок требуется приструнить Пелагею из леса, Рину, Звездного Пилигрима и тех, кто учинил бардак в театре.

Развелось же у него злопыхателей! Все или еще кого упустил? Упустил. Пора, наконец, избавить город от Мерды.

Грандиоз почесал лысину под париком. Куда ни кинь, везде либо враги, либо дураки, либо вредители из потустороннего мира. И на каждого попробуй найди управу. Забот непочатый край!