На каждую загадку найдется ответ
Шрифт:
Чарли, Коди и Томми уже уходили на урок, как Итан бросил последнее слово:
– Слышь, Монтана, я найду тебя, и твоя кровь украсит мой кулак!
– Очень рад за то, что хоть что-то украсит тебя, помимо вагины твоей девушки на твоем члене! – бросил напоследок Чарли, и от этих слов у Коди аж перекосило лицо, потому что он точно знал: его другу сегодня не поздоровится.
– Ублюдок! – крикнула Кэрол.
Чарли обернулся на нее и показал ей два средних пальца одновременно, а затем, их фигуры скрылись за проходом (точнее, дырой в стене).
По пути в школу Чарли достал банку колы из рюкзака и начал пить, как вдруг, не заметил мчащегося мимо него Гарри Бринстона, старшего брата Джона Бринстона, который тусовался в компании Кэрол. Гарри так бежал, что задел плечом Чарли, и содержимое банки вылилось ему на комбинезон.
– Вот черт! Поаккуратнее! – вскрикнул Чарли.
– Под ноги смотри! – крикнул в ответ Гарри.
– Вот же козел!
– А мне он нравится. Он когда-то помог мне с эссе по истории. – сказал Том.
Коди улыбнулся его словам; Томми всегда видел в людях только хорошее, даже если бы это был тип вроде Итана, и это забавляло его.
– Вечно ты всем ищешь оправдание…
– Чарли, нельзя злиться на него только потому, что он любит всех.
– Ты, похоже, тоже всех любишь. Ни слова Итану не сказал!
– Знал бы ты, как мне хотелось приложиться ногой к его промежности. – Коди нервно посмеялся. – Но я умею держать себя в руках, и тебе советую научиться.
Ребята зашли в школу и уже направлялись к кабинету.
– У нас биология. – сказал Томми и улыбнулся. – Общий урок.
– Да-а-а… – не очень радостно подтвердил Чарли. – А что мне делать с комбинезоном?
– Может, это был намек на то, что тебе пора сменить детские тряпки на нормальную одежду? – спросил Коди, за что друг толкнул его в плечо.
– Знаешь, Чарли, у меня в шкафчике лежит запасная толстовка на такие случаи. У нас один размер, могу тебе дать. – предложил Том.
– Ты ангел, Томми. Спасибо. – Чарли чмокнул его в лоб, и Томми снова покраснел.
Тома Уоткинса любили не только ученики, но и учителя. Он не был отличником, но учился хорошо, и преуспевал абсолютно везде. Его родители всегда возлагали на него большие надежды, но остальным казалось, что они были слишком требовательны. В любом случае, его, похоже, ничего не напрягало.
После последнего урока Коди забирали родители, а Томми шел в другую сторону. Чарли побаивался Итана, но отнесся к тому, что его возможно, изобьют, как к должному. "Ну врежут и врежут, с кем не бывает" – в конце концов подумал Чарли.
Врезали. Итан поймал его прямо у ворот школы вместе с Генри Файтоном, капитаном футбольной команды; вроде, он был намного менее вспыльчивым, чем Итан, но он так же был и его другом, так что должен был помочь. Генри схватил его за подмышки и затащил за угол, а Итан, тем временем, начал говорить пафосную речь:
– Понимаешь, разноцветный, если я говорю, что найду кого-то, то я его найду. И если говорю что его кровь будет украшать мой кулак, то и в этом случае я не вру. Уяснил? – он начал закатывать рукава.
Чарли поглядел на его выпирающие из-под бомбера школьной футбольной команды банки, а потом ответил:
– Долго монолог в голове придумывал? Прям как в дешевых гангстерских боевиках-пародиях на фильмы Гая Ричи.
– Сейчас тебе будет не до шуток, Монтана.
– Ну так бей, или только языком молоть можешь?
– Это ты зря, чувак… – начал уже сочувствовать ему Генри, все еще держащий его за подмышки. Чарли почти что лежал на земле.
Итан ударил его. Он попал точно по скуле, на ней медленно начал багроветь синяк. Чарли застонал, отвернув голову.
– Больно тебе, сукин сын? Вот так же было и мне, когда ты оскорбил мою девушку!
– Только не избивай его до полусмерти, Итан. Я не хочу в полицию.
Итан снова ударил Чарли, два раза. Все оба – по носу. Из него начала течь кровь.
– Я не собираюсь его убивать. Просто преподам урок. – сказал Итан, и ударил его в последний раз – между ног. Чарли скрючился от боли и простонал. Итан и Генри удалились, а когда боль в промежности утихла, – Чарли поднялся с травы и тоже направился в сторону дома, еле волоча ноги.
Чарли жил со своей старшей сестрой Фиби в трейлерном парке, что располагался у подножья холма. Жили они неплохо, Фиби работала редактором в книжном издательстве, а Чарли иногда на выходных подрабатывал в продуктовом магазине.
Подойдя к парку, Чарли заметил неподалеку от своего дома до невозможности знакомую клетчатую рубашку, и почему-то подбежал поздороваться:
– Привет, Джули. И давно ты здесь живешь?
– Твою ж мать, Чарли, он тебя все-таки избил! – воскликнула Джули, обернувшись, и увидев синяки на его лице.
– Ничего страшного. Ты не ответила на мой вопрос. – Чарли заискивающе посмотрел на нее.
– Я вчера въехала, решила уйти от предков. Не знала, что ты здесь живешь. Слушай, тебе нужно срочно продезинфицировать раны.
– Я знаю, но у меня нет этих штук для дезинфекции.
– У меня есть, пойдем.
Она пригласила его войти, достала из коробки с лекарствами антисептическое средство, пшикнула им пару раз на ватный диск и протерла его лицо. Кровь ушла, но раны никуда не делись, синяк на щеке все так же разростался, и теперь выглядел не так уж и безобидно, он выглядел ужасно. Джули убрала антисептик, и спросила:
– А с кем ты здесь живешь?
– С сестрой.
– Со старшей?
– Да.
– А родители где?
– У нас нет родителей. Мы из детдома.
– Ох, сожалею… Интересно, почему ты мне раньше не говорил.
– Потому что мы перестали общаться. Не нужно сожалеть. Фиби сказала, что наши родители были самыми конченными мудаками на свете. Они продали нас за ящик пива, а потом нас нашли какие-то люди и позвонили в органы опеки. Так что, это даже хорошо, что мы выросли в детдоме. Я бы не вынес жизни с такими людьми.
У Джулии сжалось сердце от этого рассказа. Ей даже стало немного стыдно, за то, что она сдала их с Коди на уроке испанского.