Чтение онлайн

Три алмазных меча синхронно обрушились на бишопа.

Лишь один бур, оскользнувшись, ушел в грунт.

Два других пробили кирасу бишопа и, казалось, почти не испытывая сопротивления, прошли инопланетянина насквозь.

Тварь издохла где лежала – без единого звука, не шелохнувшись.

Позднее, когда я узнал о ягну больше, я понял, что причиной смерти того бишопа стало не столько поражение жизненно важных органов, сколько отравление кислородосодержащей атмосферой, которое проистекло от сверхбыстрой разгерметизации панциря...

Но какая разница?! Тварь сдохла – и ура!

Я завопил от восторга и едва успел остановить свой "Орлан" перед бульдозером.

Встал и строительный комбайн "Ботур".

Из него выскочил и подбежал к Цапко... мой атлантический друг Данкан! Ну дает! Ну могуч! В нужное время в нужном месте! И ведь уже в который раз!

– Сергей! Ты... находишься... здоров?

– Да не кашляю вроде, – проворчал Цапко (я, конечно, слышал это по рации).

– Тогда поздравляю! Конгретьюлейшнз! Мы взяли сверху! – Кричал Данкан.

Он был на боевом взводе – глаза его сияли, румяное лицо светилось счастьем. Вот оно – упоение в бою!

– Ты молодец! Жизнь мне спас, – Цапко сердечно обнял Данкана. Я вдруг заметил, что Серега выше Данкана на две головы. – Я теперь твой должник... Но после войны, я уверен, должок тебе верну. Еще и с походом.

– Я на русское гражданство документы подал, – зарделся Данкан. – Мне нужны поручители... Будешь мой поручитель, пожалуйста?

– Почему нет? Пиши меня, без колебаний! Я тебя и по русской истории натаскать могу перед экзаменом, если нужно.

– И это нужно, – Данкан смущенно вперился в пол. Что называется, "так кушать хочется, что даже ночевать негде".

– В общем, сейчас нам лететь пора... Пока командир, – Цапко показал в сторону моей кабины, – мне выговор с занесением не закатал. – Но вообще будем на связи... Как говорят у тебя на родине, "Окей"!

Это только Цапко мог перепутать "Гуд бай" и "Окей"...

Серега занял место в стыковочном шлюзе моего "Орлана" и мы взлетели.

Одновременно со мной поднялся в воздух и "Громобой" Дофинова.

Я вздохнул с облегчением – все наши смогли оторваться от земли! Там, внизу, остался только "Орлан" бортномер 202 – но это еще ладно, это допустимые потери.

Теперь долгом моей эскадрильи было позаботиться о гражданском населении, безответственно брошенным концерном "Френдшип Интерстеллар Девелопмент" на произвол судьбы.

После нашего взлета на стройплощадке и ее окрестностях воцарилась непроглядная тьма – это ягну профессионально перестреляли все источники света.

Но на борту наших "Орланов" хватало аппаратуры для ночной работы по наземным целям. Комплекс БРЭО "Параллакс" качественно синтезировал наземную обстановку. Я отчетливо видел на тактическом экране и бегущие фигурки беззащитных американцев, и зловещие морские звезды инопланетян...

– Эскадрилья, внимание! Бьем по бишопам! – Приказал я. – "Орланы" работают по центру стройплощадки и ее южной части. "Громобои" – по северной.

Два раза никого просить не надо было – все натерпелись жути и теперь буквально тряслись от избытка гормонов действия.

На врагов обрушились очереди твердотельных пушек, всепроницающие спицы лазерных "Рапир" и "Стилетов".

Проклятые латники были очень крепкими!

Даже близкий разрыв 23-мм снаряда отнюдь не всегда отправлял бишопа в миры, где физическое тело больше не мешает духу парить среди себе подобных.

С гарантией превращало бишопа в фарш только хрестоматийное прямое попадание.

Проблем добавляло и то, что изобретательные инопланетяне сразу перешли к бою в трех измерениях. Они выстреливали свои нанонити в экскаваторы, подъемные краны и просто в воздух.

Вслед за чем принимались сновать вверх-вниз по этим направляющим, не забывая поливать нас из своих лазерных винтовок. Пир духа, друзья!

Хорошо, что своим главным врагом они почему-то считали "Громобои". А у тех как раз имелись генераторы защитного поля – настоящее благословение в условиях любого боя.

Увы, ощущение абсолютной неуязвимости сыграло с Млечиным скверную шутку.

Стремясь всадить очереди своих 37-мм "Ирисов" как можно точнее, он снизился до бреющего. И, работая всеми тангажными дюзами, сбросил скорость до каких-то десяти метров в секунду.

Когда под брюхом его флуггера распустились огненные бутоны "Ирисов", а очереди срезали стрелу башенного крана вместе с беснующимся на ней бишопом, другой инопланетянин выбросил разом четыре штурмовые нити.

Три из них достигли цели, обвившись вокруг хвоста флуггера.

"Громобой" Млечина, качнувшись, сперва встал вертикально, а потом нелепо завалился на спину и рухнул наземь...

Я не сразу осознал, что Млечин, молчаливый новичок, похожий одновременно на все иконы тяжелой атлетики вплоть до "Товарища Директория", погиб.

Я ведь тоже был под своего рода гипнозом. Я тоже был среди тех, кому "Громобой" казался неуязвимым...

Мой взгляд лихорадочно метался, ища парашют катапультировавшегося пилота. Тем же была занята и бортовая аппаратура.

Но пилот не спасся.

Не успел.

– Вот суки... Суки! – Бессильно выдохнул я.

Во мне бушевала неутолимая ярость.

Я был уверен: ближайшие два часа мы будем выжигать на земле всё, что шевелится. А всё, что не шевелится, хитростью вынуждать к шевелению – и тоже выжигать.

Однако к бишопам спешило подкрепление. Княжин, который, в отличие от меня, не забывал посматривать на экран воздушной обстановки, доложил, что с севера идут паладины.

Не ясно было, идут ли они по наши души, или просто прогуливаются перед рассветом, как это принято в их краях, но просто не заметить их я не имел права.

Да, нашей целью была Лиловая Башня, а не истребление инопланетного спецназа. Мы могли, врубив скорость 3М, исчезнуть с поля боя.

Но я не собирался бросать американцев на произвол судьбы. У меня быстро созрела схема действий и я уже готов был отдать приказ – разделиться.

Одна группа во главе с уцелевшим "Громобоем" приняла бы бой с паладинами, другая – осталась бы утюжить бишопов. И, подозреваю, всё это закончилось бы для нас плохо.

Но тут – аллилуйя и тысячу раз аллилуйя! – подоспела нежданая и оттого вдвойне благословенная подмога.