Чтение онлайн

Женя «спряталась» под уличным фонарем – в самом заметном и светлом месте ночной улицы. Свежий воздух вдохнул в нее жизнь. Здесь было тихо, только далекие звуки музыки чуть доносились от школы, но это, скорее всего, звенело эхо в ушах у девушки.

Достав из сумочки зеркальце, она быстро привела себя в порядок. Хорошо, что несильно накрасилась – тушь не успела потечь. Женя убрала потеки платком, потом послюнявила кончик платка и оттерла темные пятна, хотя при свете фонаря их почти не было видно. Из груди вырвался надрывный, со всхлипом, вздох. Попудрив опухшую от слез кожу, она убрала зеркало и посмотрела по сторонам.

В зеленой изгороди у дороги стрекотал сверчок. Женя подумала, что это тот же сверчок, что сидел в траве у пожарной лестницы, и сердце ее сжалось от боли. Он пришел к ней. Он один ее любит. Маленький добрый сверчок... Она решила поискать сверчка. Если принести его домой и поместить в банку, будет он там сверчать? Нет, дома его съест Джеммин крысюк. Пусть живет здесь, в своем родном домике. Женя только посмотрит на него.

Она зашла в траву и прислушалась. Сверчок, казалось, сверчал сразу с двух сторон. Может, он не один? С женой? Они преданы друг другу и поэтому поют так громко песни. Сердце у нее опять сжалось, а к глазам подступили слезы.

Вдруг она услышала топот. Кто-то бежал по дороге в ее сторону.

– Ева!

Девушка притворилась, что не слышит. Но тот, кто бежал, видел ее, не мог не видеть: хоть она и сидела в траве, но была вся на виду, в центре светового круга. Глупо притворяться! Женя повернулась и увидела Диму. Он притормозил в нескольких шагах, тяжело дыша.

– Ева, прости меня.

Женя молчала. Но сердце опять затрепетало, как у куропатки.

– Я вел себя, как последняя скотина.

Ну ладно. Пусть говорит. Она почти уже успокоилась. Сейчас соберется с силами и даст ему отпор.

– Но и ты хороша. Лариска пригласила меня, ну и что теперь? Потанцевали с ней, и все. Зачем ты убежала?

– А зачем ты прижимал ее к себе?

– Да не прижимал я! Выдумываешь!

– А зачем поцеловал ей руку?

– Я не целовал! Это все твоя фантазия. Ну, хватит, Ева. Хорошая моя. Не сердись. Иди ко мне. Я обниму тебя.

Женя не могла сопротивляться. Она слишком сильно его любила.

– Дима, – сказала она тихо, – прошу тебя, никогда больше не делай так.

– Как?

– Не поступай со мной так.

– Ева, девочка моя, какая же ты ревнивая. Ну, иди ко мне.

Женя шагнула к нему. Вдруг ее каблук попал в какой-то капкан на дороге. Наверное, это была водосточная решетка. Девушка вскрикнула и чуть не упала. Дима подхватил ее, крепко прижал к себе и стал целовать мокрые глаза, щеки, губы.

– Глупышка моя. Соленая!

Когда Дима ее целовал, она забывала все на свете, у нее вырастали крылья, и она улетала куда-то в далекую высь. Но теперь к крыльям добавились еще и острые хищные когти. Женя вцепилась ими в свою любовь. Утопиться? Ну уж нет! Только вместе!

– Ну, пойдем теперь обратно. Я буду танцевать только с тобой. До самого утра.

– Нет. Я туда не вернусь. Извини. Иди один. Я не вернусь. Ты с ума сошел! Этот мостик я сожгла дотла.

Он насторожился.

– Евочка, глупости какие. Успокойся, и пойдем. Что за ерунда! Это же выпускной бал! Раз в жизни такое случается!

– Вот и иди. А мне нисколечко не жалко, – ответила Женя и вдруг, неожиданно для себя самой, предложила: – Дим, а пойдем вдвоем на мост встречать рассвет?

– Да какой рассвет! До рассвета еще знаешь сколько?

– Ну и что. А мы будем его ждать...

Каблук прочно засел в решетке. Женя попыталась повернуть ногу, не вынимая туфлю из щели, но каблук был прибит крепко. Хороший сапожник его прибивал. Как назло! Обычно они отваливаются при малейшем давлении...

– Ну все, Ева. Успокоилась? Пойдем.

Откуда взялись у нее силы? Женя так повернула ногу, что чуть не вскрикнула от боли в ступне. Каблук издал жалобный хруст.

– Да, успокоилась, – ответила она чуть-чуть злорадно. – Пойдем. Потанцуем. Ой!

– Что такое?

– Каблук. Сломался.

Дима присел, чтобы оценить масштаб аварии. Щекой он нечаянно задел коленку девушки, и Женю окатило горячей волной.

– Да... – протянул он. – Кажется, приехали...

– Я не смогу танцевать босиком. Извини, – прошептала она.

Дима поднялся и ласково заглянул ей в глаза. Видимо, волна ее тепла дошла до него. Как девушка любила такой его взгляд! Полный доверия и ласки.

– Ты знаешь, это судьба! – сказал он.

– Знаю. Судьба. – Женя захихикала, пытаясь унять дрожь в ногах. – Люди сами делают себе судьбу.

– Значит, идем на мост? – просто спросил Дима.

– Ага. Только не идем, а хромаем...

– Ну, это не беда!

Он вдруг подхватил девушку на руки. Это произошло так внезапно, что та вскрикнула.

– Дима! – Женя обняла его за шею. – А ты донесешь меня? Это ведь так далеко!

– Ева, да ты у меня такая маленькая, что я могу два раза обогнуть земной шар с тобой на руках!

Часть пути они проехали на позднем трамвае. В салоне было пусто. Когда они садились, кондуктор попросил сказать, когда нужно будет сойти, и трамвай ехал быстро, без остановок. Они стояли на задней площадке и всю дорогу целовались. Кондуктор изредка хмуро посматривала на них. Выходя на «Проселочной», влюбленные помахали на прощание, и кондуктор сдержанно им улыбнулась.

На всеми забытом мосту тоже никого не было. Это был старый металлический каркас с шатким настилом из досок, под которым шумела вода. Река, прямая и широкая в этом месте, текла почти точно на восток. Дима и Женя встали у обшарпанных перил и принялись ждать появления солнца.

Ночь была теплой. Где-то поблизости сладко пел соловей. Облокотившись на чугунные перила моста, они стояли и задумчиво смотрели на черную воду, журчавшую внизу.

– Ева, когда нам исполнится по восемнадцать, мы поженимся, – вдруг шепнул Дима девушке в ухо.

От этих его слов у нее затрепетало все внутри... В горле пересохло, и она, запинаясь, прошептала в ответ:

– Д-да...

– Не слышу радости в твоем голосе.

Жене показалось, что Димка обиделся. Она посмотрела ему в глаза:

– Димочка, не говори так. Знаешь, как сильно мне этого хочется? Я мечтаю об этом с того момента, когда мы впервые поцеловались.

Она закрыла глаза, вспоминая тот холодный ноябрь. Дима пригласил ее на второе в их жизни свидание, они сидели в кинотеатре, в полной темноте, и он тогда страстно поцеловал девушку.