На краю бездны
Шрифт:
– Ну, здравствуй, изгой.
Улыбка сползла с лица рыцаря. Чуть привстав, он крикнул:
– Накройте нам ужин в библиотеке!
Добавил, уже тише:
– Там и поговорим, жнец…
И выпустил три кольца дыма.
Лорд Лейзон вышагивал по залу библиотеки, задумчиво глядя в пол. Первое, что он спросил:
– Как ты выжил?
– То есть? – удивился Джефри.
– Что – «то есть»?! – неожиданно вспылил Лейзон. – Мира Ночи больше нет! Как ты выбрался?!
Джефри вытаращил глаза на рыцаря.
– Выбрался? – только и произнес он.
Мира Ночи нет? Что за бред?
– Да, выбрался! Не корчи из себя дурака, жнец!
– Послушай, изгой, я действительно не понимаю, о чем ты говоришь.
– Не называй меня изгоем! – зло воскликнул Лейзон.
Шагнув к столу, он рухнул на табурет, и тот жалобно скрипнул под его весом.
– Пусть я уже не тот, что раньше, – проговорил Лейзон уже более спокойно, – но никогда – ты слышишь, никогда! – не называй меня изгоем. Я – не изгой.
– А кто же ты? Сам ушел, скажешь? Это невозможно.
– Слушай сюда, жнец. – Лорд склонился над столом. – Это был невыполнимый заказ. Не знаю, как в тебе, а во мне не было и нет столько ненависти ко всему человеческому, чтобы его выполнить.
– Что же это был за заказ, если ты, настоящий мастер, не смог его выполнить? – усмехнулся Джефри.
Лейзон долго думал, прежде чем сказать. Наконец он наклонился к самому уху убийцы и прошептал:
– Мне поручили убить двенадцатилетнего мальчишку. Глупого еще, ничего не понимающего. Простого мальчишку, который не соображал толком. Его холили и лелеяли, жнец, нянюшки с ним носились, не позволяли никуда лезть, а то расшибся бы в момент… А он еще посмотрел на меня – так по-детски, наивно. Для меня – заказ, а для него – будто игра. Ты бы смог убить его?
После короткой паузы Джефри неуверенно ответил:
– Наверное, нет.
– Сомневаешься… – поморщился Лейзон, выпрямившись. – Значит, ты слишком слаб. Ты с трудом отделяешь белое от черного. Ты забыл, что ты тоже человек. Да, ты убийца, который по законам не может дать промах. Но ты все равно человек.
Джефри молча смотрел на рыцаря. Вид его был мрачен, и только глаза соглашались со словами лорда.
– Ты слишком увяз, жнец. Ты не помнишь своего прошлого, не помнишь себя. Ты – просто кинжал в руке убийцы. Не можешь управлять собой. Ты – не личность, ты – ее тень. Бездушная марионетка…
– Хватит! – неожиданно зло рявкнул Джефри и ударил кулаком по столу. – Ты-то чем лучше?
– А я остался человеком. Почти таким же, как и был. А вот ты, готов поспорить, забыл свое прошлое.
– Забыл. И это к лучшему, я так думаю.
– Ты так думаешь? – переспросил Лейзон. – А я вот вас всех нашел, когда сюда попал. Память мне и Высшие не смогли стереть, чтоб их…
Рыцарь вскочил с табурета и бросился к книжной полке.
– Что ты ищешь? – спросил Джефри, стараясь казаться спокойным. На деле же он слишком боялся встретиться со своим прошлым.
– Тебя, жнец. Я нашел тебя чуть ли не раньше всех. Сейчас, сейчас… я назову тебе твое истинное имя, и ты вспомнишь…
– Не хочешь ли ты сначала назвать свое?
– Почему бы нет? – усмехнулся Лейзон и сдернул с полки толстую книжку в черном переплете. – Вот, смотри.
Он бросил книгу Джефри. Тот успел прочесть «Первые. Том 1», прежде чем лорд открыл ее.
– Смотри, читай. Мне нечего стыдиться, жнец. Весь мой стыд умер еще тогда, когда я отправился выполнять свой последний заказ.
Джефри уставился на изображение статного смуглого мужчины в кольчужной рубахе, поножах, с мечом у бедра и щитом за спиной. Насмешливый взгляд, полуулыбка в линии губ…
Без сомнения, это был лорд Лейзон. Когда-то давно.
Под иллюстрацией Джефри прочитал: «Джим Лейзон, личный телохранитель Генри II, короля Шалахи».
– Что такое Шалаха? – спросил жнец.
– Шалаха – это древнее государство Первых. Единственное в Фагосе. Оно включало в себя материки, острова, кроме Центра. В Центре жили дикари, которые не захотели стать частью Шалахи. Они так и не пустили нас в долину, и Генри II не стал сильно упорствовать.
– Почему?
– Потому что Центр слишком далеко. Там не было ценных месторождений, а жить бок о бок с дикарями никто не хотел. Поэтому мы оставили Центр в покое… хотя, как выяснилось позже, лучше всего было бы разнести его в пух и прах.
– Что же случилось?
– То, что предугадал ты. Листай дальше, на сто тринадцатую страницу.
В горле пересохло. Дрожащими пальцами Джефри переворачивал листы, пока не увидел «113» в правом углу.
Он посмотрел на иллюстрацию на этой странице и чуть не вскрикнул.
Лоб мигом вспотел, лицо раскраснелось.
Он увидел себя. В черном плаще до пят, с опущенным капюшоном. Он не видел глаз, но подбородок, нос, губы – все это было его.
Внизу значилось: «Джефри Гандерс, более известный как Ворон, великий предсказатель, правая рука короля».
Жнец откинул голову назад и зажмурился.
– Узнал? – хмыкнул Лейзон. – Вспоминаешь, Ворон?
Джефри не ответил.
Он вспоминал.
Перед внутренним взором мелькали картины прошлого.
Он видел орду дикарей, прибывших на материк из Центра. Дикари грабили, убивали. Они пришли в Шалаху, чтобы воевать.
Джефри видел, как королевские воины, мечники, конники, пикинеры встречают эту свору полубезумных кретинов, вооруженных кривыми мечами и тяжелыми палицами. Как кровью заливается Мертвый холм, получивший свое название именно после этого сражения.
Потом он видел долину. Видел ящеров, с привычными для них огромными мечами, снующих туда-сюда. Их было много, очень много.
И он видел Пятерых.
Пять фигур в черных балахонах стояли, образовав круг и вскинув руки к небу.
Потом он смотрел с высоты орлиного полета на величайшую битву в истории Фагоса. Лучшие воины и маги Шалахи против ящеров и Пяти с их учениками.
И вот Джефри увидел себя, стоящего на высоком холме, в окружении лучников, пикинеров и мечников. Неподалеку стоял Лейзон; воин, сжав зубы, тихо рычал. Ему не терпелось вступить в бой.
Но место телохранителя – рядом с хозяином.