Чтение онлайн

— Я не знаю, что к ней чувствую. Николь такая хрупкая, беззащитная. Мне хочется заботиться о ней, поддерживать, — с воодушевлением говорит Арсен. Кажется, эта девочка по-настоящему зацепила его. — Познакомишься с ней?

— Как только ты определишься с тем, кто она для тебя и что ты намерен делать, — отвечаю я. — Я не люблю связываться с людьми, ты же знаешь.

В гостиной раздается шум. А вслед за ним звук падающего тела.

— Зотикус, помоги… — доносится до меня сдавленный голос Айлин.

Выбегаю из кабинета. Вижу свою воспитанницу лежащей возле лестницы. Она беспомощно прижимает руки к животу. Ее светлое платье стало бордовым от крови. Арсен издает грозный рык, и я слышу, как щелкают его клыки. Подбегаю к ней. Поднимаю ее на руки.

— Заводи машину, быстро! — обращаясь к сыну, кричу я, но то продолжает стоять как вкопанный.

— Спаси нас… — беззвучно шепчет Айлин, силясь заглянуть мне в глаза. И тут же теряет сознание. Арсен приходит в себя и бегом несется на улицу. Быстрым шагом иду следом. От запаха крови кружится голова и болит желудок. От жажды мутится рассудок. Но ловлю себя на мысли, что все намного легче, чем раньше. Мне проще управлять собой и подавлять инстинкт. А вот моему сыну приходится сложно. Он садится за руль. Его лихорадит, глаза алые. Скрипт зубами, сдерживаясь изо всех сил, чтобы не наброситься на девушку. Прокусываю себе запястье и начинаю ее поить. Она не приходит в себя, не открывает глаз. Сердце бьется слабо. А пульс ребенка вообще не слышен.

— Прибавь скорость, что ты тащишься в режиме зомби?! — кричу я Арсену.

Он ничего не отвечает, и вот мы уже почти летим по шоссе.

В больнице мне приходится использовать внушение, чтобы истекающую кровью Айлин как можно скорее отвезли в операционную. Санитары быстро грузят ее на каталку и бегут по коридору. К нам подходит молодой доктор, лет двадцати восьми. Он темноволос, смугл. У него карие глаза и татуировка на запястье. Он задает мне несколько вопросов о состоянии моей воспитанницы, спрашивает мое имя. Умудряется не расслышать его и переспрашивает еще раз. Меня бесит, что он теряет время на всякие глупости, но я терпеливо отвечаю.

— Почему мне никто не сказал, что Айлин беременна? — обиженно говорит Арсен, когда врач уходит. — Кто отец? Неужели Костас?

— Ну, может тебе хотя бы иногда самому стоит интересоваться, как идут дела дома? — прижимаясь спиной к стене, говорю я.

— Думаешь, она потеряет ребенка? — пропуская мои слова мимо ушей, волнуется Арсен.

— Так было бы лучше для всех, — озвучиваю свои мысли я. — Но в первую очередь для нее самой.

У меня звонит мобильный и, достав его, я вижу на дисплее имя Астрид. Как не вовремя! Мысленно проклинаю ее.

— Слушаю тебя.

— Хочу, чтобы через сорок минут ты был у меня, — требовательно говорит она, и в ее тоне слышны капризные нотки.

— Я сейчас в больнице… — начинаю я, желая изо всех сил как-то отмазаться от этой встречи.

— Да, знаю. Очередное недоразумение с твоей человеческой дочерью. Но она в руках медиков, тебе нет никакого смысла там ошиваться. И не смей опаздывать, — категорично говорит Астрид и отключается.

— Уходишь? — удивляется Арсен.

— Вынужден, — виновато отвечаю я. — Присмотри за Айлин, ладно? И напиши мне, как будут новости.

— У тебя все хорошо? — кладя мне руку на плечо, осведомляется сын.

— Нет, но я разберусь с этим, — отвечаю я, направляясь к выходу.

Глава 15

Пока добираюсь до дома мадам Пайпер, мне приходит сообщение от сына, что Айлин в порядке и ребенка удалось сохранить. Ночь девушка проведет в больнице. Мне жаль, что надежда на то, что беременность прервется сама, не оправдалась. Настроение портится, раздражение нарастает. Выходя из такси, я уже настолько зол, что хочется убивать. Приходится постоять пару минут на улице, глубоко подышать, чтобы прийти в себя. Правда, мне это не особо помогает. Громко стучу кулаком в дверь. Да, можно позвонить, но такой цивилизованный жест не даст мне сбросить напряжение.

Астрид встречает меня с недовольной физиономией — я опоздал на четыре минуты. Она выглядит по-деловому — черная узкая юбка ниже колен и белоснежная блузка с темными пуговицами. Белокурые волосы распущены и локонами падают на грудь. От того, что она сердится, морщинки вокруг глаз становятся резче. Прежде, чем она успевает заговорить, закрываю ей рот рукой, толкаю в прихожую и закрываю за собой дверь. Прижимаю ее к стене, не давая вырваться. Не ожидавшая такого поворота событий, Астрид смотрит на меня широко раскрытыми глазами, в которых отражаются недоумение и негодование.

— Молчи. Не хочу слышать от тебя ни звука.

Она пробует оттолкнуть меня, но у нее не получается. Клыки запоздало выскакивают и протыкают мне кожу, по руке тонкой струйкой бежит кровь.

— Не советую дергаться, — на ухо шепчу ей я. — Все равно я сильнее тебя.

Знаю, она не последует моему совету. Слишком велико ее желание подавить меня, победить, унизить. И это именно то, что мне сейчас от нее нужно. Борьба, сопротивление, ненависть. То, что сделает ее уязвимой. Мне необходимо взять над ней верх, дать ей понять, что она не может мной манипулировать. Я готов быть негодяем и подлецом, если это позволит защитить тех, кто мне дорог.

Астрид быстро приходит в себя и дает мне отпор. Между нами разыгрывается нешуточная схватка. Нет сомнений, что, будучи человеком, она часами проводила в спортзале. Вампирам такие мучения, как тренировки не нужны. Это бесполезно для нашего вида. Мышцы все равно не удастся накачать, тело будет таким же, каким оно было на момент обращения. В приоритете ловкость и скорость. Сила, конечно, тоже нужна, но она у нас и так огромная.

С Астрид же что-то не так, она делает упор именно на мощь, из-за чего совершает ошибки, которые мне только на руку. Легко уворачиваюсь от ее ударов, а она теряет энергию. Те, кто считает, что вампиры неутомимы — ошибаются. Драка выматывает мадам быстрее, чем мне бы хотелось, и она ищет подручные средства, которые могли бы помочь ей победить. Хватает со стены саблю, делает выпад, слегка задевая мне грудную клетку. Хватаю стул и использую его как щит. Неудобно, но смешно. Для меня это игра, прощупывание почвы. Для нее все серьезно, вопрос жизни и смерти.

Мадам Пайпер взвинчена, ее желание победить меня так велико, что я не сомневаюсь — она проиграет. Выбиваю из ее рук оружие, и оно отлетает в другую сторону. Отбрасываю стул и делаю к ней шаг. Астрид рычит и хватает со стола маленький нож для писем. Бросает его в меня. Тот то самую рукоятку входит мне под ребра, протыкая легкое. Судя по жжению, похожему на зуд, что я ощущаю, лезвие у него посеребренное. Быстрым движением вытаскиваю его из тела и возвращаю хозяйке.

Мне везет больше. Лезвие входит Астрид аккурат в солнечное сплетение. Она кричит, падает на колени. Ее пальцы тянутся к рукоятке, желая освободиться от этой муки, но боль ослепляет. Ей не удается с ней справиться и подчинить свое тело себе. Вытираю с губ кровь, идущую из раненого легкого. С равнодушием наблюдаю за ней. Наконец у нее хватает силы воли вытащить из раны нож. Она шумно вздыхает, жадно хватая окровавленными губами воздух и в попытке встать на ноги падает.

— Если поднимешься через три секунды — мы продолжим, — говорю я. — Если нет — значит, сегодня не твой день. Ты проиграла.

Законница изо всех сил пытается подняться, но поняв, что не сможет, обмякает и закрывает лицо руками. Ее белая блузка залита кровью, стопы изранены осколками вазы, которую она имела глупость запустить меня в самом начале. Юбка задралась, обнажая худые колени.

— Неужели ты думаешь, что это сойдет тебе с рук? — злобно шипит Астрид, все-таки найдя в себе силы встать. Правда, только через пару минут.