Чтение онлайн

На секунду мне показалось, что он выглядит разочарованным. Затем его глаза сузились, выражение лица потемнело. Он подтолкнул ко мне через стол мою работу. — Эта статья вызывает смущение, мисс Пендрагон. Её мог написать ребёнок.

Моё лицо вспыхнуло. — У меня было так много всего на других занятиях…

— Я продлевал вам срок за сроком, мисс Пендрагон, — парировал он. — Ещё один дурак я. Когда студент обычно просит о продлении, я всегда склонен отказать. И всё же я очень надеялся, что вы действительно сможете хорошо использовать своё время.

Зная, что я разочаровала его, что он счёл статью недостойной своего времени — это действительно что-то значило для меня. Лицо горело от унижения.

— Послушайте, мне очень жаль, ладно? Я сделаю лучше. Я могу переписать это. Я прочту всё, что вы велели. Я могу остаться на обед, чтобы поработать. Или после занятий, — в отчаянии сказала я.

Я молилась, чтобы он не сделал того, чего я больше всего боялась — не отменил наши занятия по Щиту рабства. Я не знала когда, но чувствовала, что скоро начнутся Игры Консортов, и я добилась определённых успехов. Раз или два в коридорах я ощущала покалывание учениц Высокого происхождения, пытавшихся проникнуть в мой разум. Каждый раз мне успешно удавалось отгородиться. Но это были всего лишь студенты. Как сказал Блейк, старшая Высокородная была бы гораздо более сложной задачей. Мне предстоял долгий путь, если я хотела быть в состоянии защитить себя.

Родригес нахмурился и наклонился вперёд. — Слишком поздно для этого, Пендрагон. Я бы подумал, что вы, из всех людей, больше всего хотели бы узнать всё, что можно, о драконах. Но вместо этого вы ведёте себя так, как будто вам действительно небезразличны другие занятия. Как будто вы принимаете всю эту чушь всерьёз. Я думал, вы даже не хотите быть здесь.

— Я этого не делала… В смысле, я не хочу, — сказала я неубедительно.

Но он был прав, и мы оба это знали. Что-то изменилось. Я изменилась.

Купилась ли я на пропаганду благородных, даже не осознавая этого, или просто погрузилась в лёгкую рутину? В любом случае, я стала самодовольной.

— А теперь, — продолжил Родригес, игнорируя меня. — Вы даёте мне это дурацкое оправдание вместо эссе. Вас это вообще волнует? Вы понятия не имеете, что здесь поставлено на карту, не так ли?

Я разозлилась. — Как, чёрт возьми, я могла это знать, если вы мне ничего не сказали? Вы скрываете от меня кое-что, и всё же ожидаете, что я каким-то образом узнаю? «Проявлять заботу»… почему меня это должно волновать? Все драконы мертвы и исчезли, — я наклонилась вперёд. — Говоря о недоделанном дерьме, что насчёт вас, профессор? Почему вы встречались с Блейком Дракхэрроу посреди ночи в Вейлмаре?

Его глаза вспыхнули. — Не надо. Даже не думайте об этом, Пендрагон. Я предупреждаю вас. — Он откинулся назад и глубоко вздохнул, словно пытаясь успокоиться. — Я думал, вы хотите выжить. Что вы используете полученные знания, чтобы помочь себе пройти Игры Консортов, чтобы помочь себе… подготовиться.

Я уставилась на него, совершенно сбитая с толку. — Я не понимаю. Какие знания? Какое отношение ко всему имеют драконы?

— Теперь это не имеет значения, не так ли? — огрызнулся он. — Очевидно, вы не так умны, как я надеялся. А теперь у нас проблема посерьёзнее.

Я ощетинилась от оскорбления, но знала, что его раздражение было, по крайней мере, отчасти понятно. Я не выполнила свою часть сделки. Но в то же время мне казалось, что он говорит загадками.

Он наклонился вперёд, его тёмные глаза удерживали меня на месте. — Вы знаете, что такое наследие, Пендрагон?

Я прищурилась и проглотила остроумную реплику по поводу широты своего словарного запаса. — Да, я так думаю.

— Есть наследие, за которое я держался, — сказал он, слегка понизив голос. — Оно передавалось в моей семье из поколения в поколение. Наследие драконов и их всадников.

Моё сердце пропустило удар. — Что именно за наследие?

— Предмет, о котором мы говорим, — медленно произнёс он. — Самый опасный из существующих.

Я сглотнула, осознавая серьёзность его слов.

— Некоторые говорят, что было время, когда драконы и их всадники правили этими землями. Не Высокородные.

Мой разум лихорадочно перебирал возможности. — Откуда вы это знаете? Вы хотите сказать, что это реальная история или просто легенда?

Родригес слабо улыбнулся. — Единственный шанс у вас когда-либо будет узнать это сейчас, — это если вы выживете на Играх Консортов.

Я почувствовала, как во мне растёт разочарование. — Так это всё? Я должна рисковать своей жизнью в этих Играх, а вы собираетесь просто сидеть и судить меня?

Родригес поднял бровь.

Мой гнев вспыхнул. — Мне кажется, что я нужна вам для выживания больше, чем вы готовы признать. Почему бы вам не помочь мне вместо того, чтобы просто ходить вокруг да около?

Родригес наклонил голову. — Там уже есть кое-кто, кто готов вам помочь. Вопрос в том, позволите ли вы им?

Я сразу поняла, кого он, должно быть, имеет в виду. Я нахмурилась. — Блейка Дракхэрроу?

Родригес кивнул. — Я не говорил, что это будет легко.

Он отодвинул свой стул. — Это собрание подходит к концу. Мы перенесём наше заседание по охране рабов. Будьте здесь завтра в это же время, — он холодно улыбнулся мне, затем указал на дверь.

Покачав головой, я вышла из комнаты, не уверенная, должна ли я чувствовать себя виноватой, пристыженной или разъярённой. Возможно, всё три сразу.

Когда я вернулась в свою комнату на следующий вечер после ужина в трапезной, мне под дверь подсунули записку. Моё сердце забилось быстрее. Я взяла её, развернула и прочла. Почерк был аккуратным и наклонным, написанным чёрными чернилами и явно мужским.

«Полночь. Двор Дракона. Приходи одна, если хочешь использовать оружие против меня».

Я уставилась на слова. У меня не было сомнений, что записка была от Блейка. Что это, чёрт возьми, было? Какая-то ловушка?

Блейк был опасен. Он был убийцей. Он был Высокородным. Я понятия не имела, в какое дьявольское дерьмо он был вовлечён на самом деле. Ритуал Поклонения был всего лишь глотком порчи, которая текла по венам этого тёмного и извращённого королевства — и по его собственным.

Но Флоренс рассказала мне, как он вернул меня той ночью, когда я ходила во сне. В последнее время у меня были беспокойные ночи, и когда я просыпалась, то даже не могла вспомнить, что мне снилось. Я никогда не ходила во сне. Наверное, я должна была быть благодарна Блейку, что он нашёл меня, а не кто-то другой. Риган, вероятно, просто столкнула бы меня со скалы.

Обещание узнать о Блейке что-нибудь такое, что могло бы склонить баланс сил между нами в мою пользу, было слишком заманчивым, чтобы его игнорировать. А потом был совет, который дал мне профессор Родригес.