Чтение онлайн

Эллан напомнил о навсейках и правилах выбора мужчины — как жеребца у барышника. Не прошедших отбор отправляли на условную скотобойню. Позволить увидеть собственные страдания, унижения — пожизненный приговор, девушка больше не взглянет и всем расскажет.

На этом условные пять минут истекли, о чем я не преминула напомнить.

Эллан не стал спорить, уткнулся носом в мои волосы и заснул. Мгновенно, будто провалился в пучину. Я же лежала, слушала его дыхание и старательно отгоняла мысли о Соланже. Сегодняшняя ночь доказала, он слишком много для меня значит.

Беспокоил не к добру помянутый Геральт. Надо узнать, что он замышляет, какое применение нашел дарованной силе. Не стал бы орудием в руках королевы! Ее величество Евгения безжалостна и себялюбива. Правда, Геральт такой же. Два сапога пара. Теперь не сомневалась, они любовники. Душевно уж точно, телесно… Время от времени, когда одних интриг и донорства энергии мало.

В итоге все же заснула, и во сне отчего-то летала.

В одиночестве завтракала в столовой, просматривая газеты.

Эллан еще не вставал: слишком слаб. Опасалась, начнет рваться, спорить, требуя отменить постельный режим — нет, строго соблюдал предписания лекаря и целовал мои руки. По словам Эллана, они не золотые — бриллиантовые.

Губы проходились от локтя до кончиков пальцев. Чувственно, нежно и одновременно почтительно. Глупо улыбалась и подставляла вторую руку, чтобы повторить трепет и радость, которые дарили поцелуи лорда.

Сегодня я собиралась съездить в новый дом, проверить, обставил ли его Геральт. По-моему, это самое малое, что он мог сделать. Бесплатная любовница, подарившая силу, заслуживала королевского дворца.

— Вам письмо, — слуга с поклоном протянул поднос.

Забрала конверт и взломала печать.

Знакомый почерк вызвал улыбку. А ведь совсем недавно Соланж Альдейн вселял ужас.

Интересно, что нужно некроманту?

Он назначал встречу.

Нахмурилась и занервничала.

Свидание?

С одной стороны, хотелось увидеть Соланжа, поговорить, но страшно до дрожи в пальцах. Причем, боялась не столько некроманта — себя. Чувства к нему расцвели, могу не сдержаться. Как потом смотреть в глаза Эллану? Стоит ли поддаться безумию? Не лучше ли подавить страсть, утопить в любви к лорду Марону.

Соланж грубый, хам, самонадеянный мужчина, не привыкший слышать «нет». Чем такой может привлечь?

И любовь, разве он признавался в любви? Даже Эллан, навсей, переступил через принципы и произнес заветные слова. Нет, Соланж говорил о паре, желании — не чувствах. Вот если бы он изменился, начал ухаживать…

Замерла с письмом в руках, забыв о кофе.

Читать ли дальше?

Взмокшие пальцы сминали бумагу.

Как просто: разорвать и выбросить, но я бережно развернула и дочитала.

Сегодня, в одиннадцать утра, в моем доме. Подумать только, отныне у меня есть свой дом! Только вот таковым уже стал замок Эллана. Он больше не казался мрачным, неуютным, большим. Вслед за хозяином, замок принял и распахнул свое сердце. Он разительно отличался от жилища магистра Багесла. «Дорогие родственники» вытравили из замка дух отца. Я пыталась найти нечто светлое — ничего. Не верю, будто бы при родителях замок выглядел столь же враждебно, выпивал из обитателей радость. Возможно, так камни отреагировал на убийства.

Мысли перескочили на родителей. Эллан видел их души. Когда лорд окреп, расспросила его, но дослушать не смогла. Ком подступил к горлу, стало трудно дышать. Казалось, еще слово, и я умру, задохнусь, и никакие открытые окна не помогут.

Второй раз в жизни выпила шерри — иначе колесо беспокойства не остановилось бы, перемололо.

Сидела с бокалом напитка цвета жженого сахара и смотрела в окно. Попросила поставить кресло вплотную к подоконнику и устроилась спиной к двери. Ничего не хотела видеть и слышать.

Крепкий напиток обжигал горло, зато высушил слезы.

В мозгу настойчиво вертелось: «Им отольется».

Живой огонь растекался по животу, топил тоску. Крепко? Крепко, но я кашляла и пила. Потом вспомнила, как учил герцог, и попробовала тянуть напиток. Помогло.

Все яркой вспышкой промелькнуло в голове, пока смотрела на письмо.

Пойду. Ничего не случится, я останусь верна Эллану. Вот если бы Соланж пригласил к себе на крышу, а на улице влажно блестели звезды… Не знаю, во что бы все вылилось.

Сделала большой глоток кофе. С некоторых пор я не мыслила утра без бодрящего напитка, а обед — без апельсинового сока. Одеваться, как прежде, тоже не могла и уже не смеялась над пышными бантами на пятой точке.

Белье тоже выбирал иное. Только вчера заказала пару новых атласных панталон и купила кокетливые розовые подвязки. Эллан поправится, надену. Мы ведь скоро сможем оставаться наедине. Надеюсь, лорд не обидится за незапланированный ночной визит.

Усмехнулась собственным шаловливым мыслям и развернула газету. Прежде их за завтраком читал Эллан, теперь я, чтобы после пересказать последние новости.

Приемы, бал у какого-то графа, где очередным скандалом отметилась бесталанная певичка… Сделала пометку в голове: сходить в оперу. В Умерре выступали только уличные актеры, совсем не то. Мне же хотелось блеснуть новым платьем, бриллиантами, выпить игристого вина, насладиться музыкой.

— Расписание оперного сезона, — щелкнула пальцами, зная, невидимый дух-слуга здесь и всегда к моим услугам.

— Будет сделано, госпожа, — отчеканил призрак.

Через пару минут в руках оказался проспект с датами представлений. Пробежала его глазами и ткнула пальцем в ближайшее число:

— Приготовьте ложу лорда.

Есть же у Эллана своя ложа.

Помнится, впервые к миру искусства я приобщилась с Геральтом. Только тогда меня больше волновали Филипп и его отец, нежели представление. Теперь я собиралась насладиться пением. Жаль, идти придется одной. Тащить с собой Эллана — преступление. Но интуиция подсказывала, скучать не придется. Наверняка Соланж пожелает поухаживать за дамой. Да и с герцогом Терским нужно поговорить. Некромант намекал на наемных убийц, а Родриго обещал унять ее величество. Заодно о Филиппе расспрошу.