Чтение онлайн

Роман осторожно поставил Камиллу в прихожей и потянулся к ней с поцелуем.

– Кушать сейчас будете или попозже? – осведомилась Эля, выходя из кухни, и тут же заскочила обратно, не желая смущать влюбленных. Роман потянул жену в спальню и, огладив тонкую шею, а затем и грудь, спросил улыбаясь:

– Знаешь, почему я против продажи квартиры на Ленинской? Это же наша с тобой конспиративная хата. Будет куда удрать… Представь, тут дети, внуки бегают… А мы такие раз – и уехали…

– Прекрасная идея, – прошептала Камилла, прижимаясь к мужу.

– Во! – хохотнул Роман. – Я сам придумал.

– Боюсь тебя разочаровать, – усмехнулась Камилла, – но нет. Павел Первый в Ораниенбауме построил на берегу озера павильон. Там была только спальня с панорамными окнами и огромной кроватью и маленькая прихожая, где сидел охранник… Вот так шел государь император гулять с женой в парк, а потом возвращался довольный и счастливый…

– А сколько у них детей родилось? – напряженно осведомился Демьяновский.

– Пятнадцать, кажется, – улыбнулась Камилла, усаживаясь на кровать и снимая с себя кофточку.

– Вот видишь, – Роман наклонился к ней с поцелуем. – Павильон нам не нужен, Милка. Еще строить, озеро копать… А вот квартира сгодится для наших свиданий. А фабрикой управлять проще простого. Я помогу тебе во всем, Милочка, – заявил он и, встав на колени, снял кроссовки. – Ты есть хочешь? – напряженно осведомился он. – Или…

– Сейчас, – вздохнула она. – Я так соскучилась по домашней стряпне. Что там Эля приготовила? Я все съем.

– Конечно, – кивнул он. – А потом чем займемся? Может, поваляемся?

– Нет, – мотнула она головой. – Хотелось бы прогуляться, – вздохнула она. – А на улице ветер поднялся. Так уже надоело взаперти сидеть.

– Ну вы, положим, там не скучали. Три подружки в одной палате.

– Мне с девчонками повезло, – улыбнулась Камилла и немного смущаясь попросила: – Покажи мне шахматы, Ром. Я столько о них слышу и ни разу не видела. Даже перед подружками неудобно. Они спрашивали, а я ничего ответить не могу, – всплеснула она руками.

– Поешь, и покажу, – будто маленькой, строго наказал Демьяновский, а потом минут двадцать любовался, как неторопливо ест Милочка. Смакует каждый кусочек, останавливается передохнуть и снова придвигает тарелку к себе. – Наелась? – улыбнулся Роман, наблюдая, как за тарелкой супчика последовала котлетка с пюре и соленым огурчиком, а на смену второму блюду пришел десерт. Тирамису в маленькой пиалке и вишневый компот.

– Подъела, – усмехнулась Камилла. – Скоро опять захочу. У твоей дочки отличный аппетит.

– Я все– таки ставлю на сына, – довольно хмыкнул Демьяновский. – Девочки – существа нежные, кушают по чуть– чуть. А тут, видимо, богатырь поселился, – добавил весело и предложил: – Пойдем смотреть коллекции. Потом я тебе дом покажу. И карту составлю, чтобы ты не заблудилась…

Немногим позже, забравшись с ногами на диван, Камилла с изумлением наблюдала, как муж достает из высокого шкафа с двойными дверями одну за другой деревянные коробки и с удовольствием расставляет фигуры на шахматных досках. Да и назвать бы простыми шахматами эти произведения искусства Милка вряд ли осмелилась. Сложив руки на животе, она с придыханием наблюдала, как, будто в сказке, оживает рыцарский замок и из его ворот на ристалище выходят солдаты, скачут всадники и наконец появляются короли и королевы. Затем настал черед «Обороны Севастополя». Роман торжественно водрузил деревянный сундучок с коваными ручками и такими же вставками. Аккуратно по одной вытащил из ячеек фигурки.

– Они фарфоровые, – предупредил он Камиллу. – Сделаны с максимальной исторической точностью.

Милка изумленно уставилась на миниатюрных героев далекой войны.

– Это Нахимов, а это Тотлебен, – показал он жене фигурки. – А вот Корнилов и Истомин, – достал из пазов другие.

Камилла всмотрелась в искусно расписанные лица и мундиры, перевела взгляд на пешек – матросов в бескозырках, коснулась пальчиком по шахматной доске, выполненной из дерева венге.

– Красота, – прошептала она чуть слышно. – Такими играть страшно…

– Ты права, – кивнул Роман. – Эти шахматы не для игры.

– Как же, – усмехнулась она. – Настольная игра – и не для игры… Но их даже в руки брать страшно, – честно призналась она, проводя указательным пальцем по красной феске турецкого адмирала.

– Подожди, – хмыкнул Демьяновский. – Хоть у меня эта коллекция самая любимая, ты еще Бородино не видела. Сейчас покажу, – азартно проговорил он и снова полез в свой бронированный шкаф. – Вот гляди, – восхищенно воскликнул Роман, доставая из кожаного чемоданчика фигурку Наполеона. Французский император, сложив руки на груди, восседал на стуле. Милка мельком глянула на фигуру, стоявшую на маленьком белом постаменте, и перевела взгляд на другую. Русый высокий человек сидел нога на ногу и держал на коленях папку с документами.

– Александр Первый? – догадалась она и недоуменно принялась рассматривать всю коллекцию. – Подожди… – осведомилась негромко. – А из чего они сделаны?

– Золото, бриллианты, – хмыкнул Демьяновский с интонацией Никулина. – Ювелирная работа.

– Очень красиво, – восхищенно вздохнула Камилла и, внимательно глянув на все раскрытые коробки и сундучки, разложенные по огромному письменному столу, поинтересовалась неожиданно: – А где те твои шахматы? Финикийские…

– Холмогорские, – улыбнулся Роман, усаживаясь рядом с женой. Крепко поцеловал в губы и нежно огладил живот. – Те, которые я сам делал в восьмом классе?

– Ага, – кивнула Милочка, прижимаясь к мужу, и, проведя рукой по его груди, прошептала: – Наверное, для тебя они самые дорогие…

– Может быть, – пожал плечами Демьяновский и снова потянулся к жене с поцелуем. – Но именно они положили начало коллекции.

– Покажи… – попросила Камилла. – Так хочется на них посмотреть.

Роман клюнул жену в нос и, встав с дивана, потер затылок. – Сейчас найду, – кивнул он, убирая дорогие и не очень коллекционные наборы обратно.

«Надо же, – хмыкнул про себя. – Мою жену не впечатлили золотые фигурки, украшенные бриллиантами и рубинами. Мои собственные ей подавай», – усмехнулся довольно и внезапно вспомнил, как показывал коллекцию Кире. Даже, будто наяву, увидел тот момент, когда его бывшая подруга, заскучавшая от рыцарей и героев Севастополя, вдруг оживилась, когда Демьяновский поставил перед ней фигурку Кутузова в плаще, подбитом черными бриллиантами.

– А сколько такая стоит? – поинтересовалась тогда возбужденно Кира. – Сколько драгоценностей перевели зря, – протянула недовольно. А попавшиеся на глаза холмогорские шахматы назвала страшными и посоветовала выкинуть. – И вообще, сейчас никто в эти шахматы не играет. Полно игр на компьютере, – хмыкнула она.

«Любопытно, – мысленно усмехнулся Демьяновский, – что скажет Милочка. Хотя эксперимент не верный. Камилла знает, что эти шахматы сделал я, и просто интересуется. А вот узнай бы тогда Кира, стала б нахваливать. Пустая и неискренняя особа, – поморщился мысленно Роман. – Она и в подметки не годится Милочке».

Он привычно протянул руку за небольшой деревянной коробкой и, вытащив ее, сразу почувствовал небывалую легкость. Открыл, желая убедиться, что в ней ничего нет, и тут же закрыл обратно.

– Странно, – задумчиво пробурчал Демьяновский. – Где же они?

«В дом забрался вор именно за твоей детской поделкой, – поддел себя Роман. – Украл самое ценное. Ну– ну», – усмехнулся он криво и, вернувшись к жене, уселся рядом.

– Нужно сообразить, куда я их положил. Сейчас найду, любимая, – прошептал на ушко. – Поцелуй меня, – попросил жалостливо. – Это поможет вспомнить…