Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:

— Мить, а может она узнать — как-нибудь аккуратно, — в какой клинике ее маме ЭКО делали?

— Скажу, чтоб попробовала, — ответил важно.

А Богатов пока что решил побеспокоить Амелию Сараговец.

Дамочка ведь многим ему обязана — фактически собственные деньги ей пожертвовал, да еще уберег как от возможного официального расследования, так и от гнева Ханс-Йорга.

Поэтому просто позвонил и спросил в лоб:

— В какой клинике вы Альбину зачали?

— Вам зачем? — несомненно, удивилась. Но голос совсем не испуганный.

Богатов соврал близко к тексту:

— Дети наши мне голову заморочили. Они ведь общаются, и теория у них возникла: будто некий неведомый ученый теннисных гениев в лаборатории создает. Митя ведь тоже на свет в результате ЭКО появился.

Она расхохоталась:

— Разбиваю вашу теорию с ходу. Альбина не из пробирки ребенок. Я здорова, в ЭКО необходимости нет. Мне, простите за подробность, элементарнейшую манипуляцию делали. Инсеминация называется. Говоря простым языком, сперму донора ввели. Все.

М-да. Вот и первый сбой в системе.

— А в какой клинике?

— Господи, да какая разница! «Чудо материнства», что ли.

Одно звено из цепочки, похоже, выпало, но следствие свое Денис продолжал.

Тем более что Митя тем же вечером сообщил: Лиза зачата в клинике «Ваш идеальный ребенок».

В той самой, где и он.

А вот это совсем интересно. Оба — ровесники (Альбина старше их на год) и «родом» из одной клиники. И обоих Лизин брат Костик считает лабораторными монстрами.

Богатов немедленно взялся изучать сайт «Идеального ребенка».

На первый (да и на второй) взгляд — обычное медицинское учреждение. Продвинутое, очень недешевое. На интернет-ресурсе — много трескучих слов про высокие стандарты, уникальную квалификацию докторов с эмбриологами и тщательную, «на мировом уровне», пред-имплантационную диагностику. Про «улучшение породы» или «исправление генотипа», разумеется, ни слова. Хотя штат эмбриологов очень сильный — все как минимум кандидаты наук. (Денис внимательно изучил вкладку «Наш коллектив».) И уже хотел страничку закрыть, когда вдруг увидел: ниже, среди фотографий «ведущих эмбриологов» — знакомое лицо.

С этим мужчиной он общался. Совсем недавно. И познакомились они вовсе не в клинике.

* * *

Таня оплатила срочный тариф и ждала, что заключения генетиков придут через пару дней на электронную почту. Однако результаты явились уже назавтра.

Садовникова первым делом, конечно, открыла Митю:

У предполагаемого отца нет генетических маркеров, которые должны быть переданы ребенку биологическим отцом. Вероятность отцовства равна 0 %.

Откинулась в кресле. Ничего себе! Парень, выходит, прав. А они сколько его разубеждали и даже посмеивались!

«Блин, — запоздало подумала Таня, — зря я Богатову поверила безоговорочно. Надо было его генетический материал тоже тайком собрать и отправить. Вдруг отец все-таки он? Как сам Митька и считает?!» Даже если Денис не врет и с Женей в близкие отношения в последние годы не вступал, может, она все-таки смогла как-то добыть его биологический материал? Ну, или сохранить с тех времен, когда они близко общались?

Ладно. Надо подумать. Переварить.

А пока что взялась читать следующее заключение — про вероятные Лизины генетические аномалии. Через множество малопонятных терминов продиралась с трудом, но общий смысл улавливала: девочка здорова, склонности к онкологии, психическим заболеваниям не имеет. Ни слова ни о каких мутациях или о том, что рождена она с использованием генотипа третьего человека.

Однако в конце теста значилось:

У предполагаемого отца нет генетических маркеров, которые должны быть переданы ребенку биологическим отцом. Вероятность отцовства равна 0 %.

А следующая фраза еще хлеще:

У предполагаемой матери нет генетических маркеров, которые должны быть переданы ребенку биологической матерью. Вероятность материнства равна 0 %.

— Разрази меня дьявол! — пробормотала Татьяна.

Митя, по счастью, в школе, а Денис как раз у нее — устроился в гостиной перед лэптопом.

Садовникова кинулась к нему:

— Диня! Результаты пришли! Ты сейчас упадешь. Максим — Мите не отец!

Богатов просиял. Таня продолжала:

— Но я не от этого в шоке. У Лизы вообще оба родителя неизвестно кто! Нет ни маминых генов, ни Гая!!!

Богатов вскинул голову от компьютера, пробормотал:

— Та-ак. Вот это поворот! Что же тогда получается?..

У Садовниковой, крайне некстати, зазвонил телефон. Таня увидела незнакомый мобильный номер. Звонки, она считала, скидывать невежливо, а отключать звук в момент, когда прорывается абонент, не умела. Так что — если мошенник — проще не ждать, пока сам сбросит, а с ходу послать.

— Алло, — бросила раздраженно.

— Из генетической лаборатории беспокоят, — не здороваясь, произнес мужской голос.

Прежде оттуда звонили безупречно вежливые, сладкоголосые женщины, поэтому Татьяна удивилась:

— А вы кто?

И включила аппарат на громкую связь.

— Анализ я проводил по вашим образцам. Не мое, конечно, дело и задачи такой не стояло, но, может, вам интересно будет узнать. Поэтому решил позвонить. Дети — не однояйцевые.

— К-какие дети? — У нее перехватило дыхание.

— Ну, брат с сестричкой, по кому я исследование делал. Они не однояйцевые близнецы.

— Я вообще ничего не понимаю…

Сотрудник, похоже, принял ее за дурочку. Начал терпеливо объяснять:

— Вы сдавали образцы двух детей одного года рождения. Мальчика и девочки. У мальчика требовалось установить предполагаемое отцовство, а генотип девочки проверить на аномалии. Про то, какие они близнецы, вопрос не стоял, но мне самому стало интересно. Вот и сделал — без дополнительной оплаты для вас — еще один тест и выяснил: они разнояйцевые.

У Тани закружилась голова. Голос ослаб, прошептала:

— Извините, я что-то себя плохо чувствую. Могу вам перезвонить чуть позже?

— Да пожалуйста. У вас номер определился? Это мой личный мобильник.

Положила трубку. В изумлении взглянула на Дениса. Тот в отличие от нее выглядел почти хладнокровным.

Немедленно поспешил к своему лэптопу. Открыл — Таня увидела — хорошо теперь знакомый обоим сайт Федерации тенниса России. Прошел на страничку классификации юных спортсменов. Вот она, Лиза Золотова. И день рождения у нее — третьего мая. А у Мити — первого.

Поделиться с друзьями: