Чтение онлайн

Мою группу разведки вместе с частями 164-й дивизии и парашютистами тотчас же бросили для противодействия неприятелю на данном участке. Несмотря на значительные потери в танках, наступление к Гарьяну и Эль-Азизии развивалось в целом довольно успешно. Таким образом, британцы вышли в район южнее и западнее Триполи. Благодаря усилиям Группы дальнего действия в пустыне целая танковая дивизия прошла через каменистые горные уступы. Позиции в районе Хомс – Тархуна оказались под угрозой. Чтобы избежать уничтожения войск, Роммелю пришлось спешно выводить их оттуда.

20 января, даже находясь намного южнее Триполи, мы слышали, как там раздавались взрывы. Как я узнал позднее, в результате сверхчеловеческих усилий частей снабжения около 95 процентов имущества и содержимого складов удалось вывезти из Триполи в направлении Туниса, вся инфраструктура порта была уничтожена, а продовольственные склады переданы итальянскому мэру.

23 января британцы, не встречая противодействия, заняли Триполи.

Спустя несколько дней, когда мы прикрывали наши части, выходившие из боевого соприкосновения с противником к юго-западу от Триполи, дозорные донесли:

– Примерно в шести-восьми километрах северо-восточнее отмечается скопление высокопоставленных военных, вероятнее всего, там сам Монти, сильное прикрытие из танков и машин разведки.

Я немедленно отправился в указанный район и принялся рассматривать скопление в бинокль. По всей видимости, там действительно находился сам Монтгомери, но что еще более невероятно – с ним, судя по всему, был и Черчилль в охотничьем колониальном шлеме. Они находились слишком далеко для нашего вооружения, а 88-мм пушки или другие подобные артиллерийские орудия у нас отсутствовали. Я немедленно сообщил по рации Гаузе:

– Есть уверенность, что на большом расстоянии от нас находятся Черчилль и Монти. Действия против них невозможны.

Вообще-то я немедленно вспомнил слова Роммеля о Черчилле, так что, наверное, не стал бы стрелять.

Позднее я получил подтверждение тому, что действительно мог видеть там Черчилля, который по пути в Касабланку сделал остановку, чтобы повидать Монти и его армию. Как бы там ни было, мы никогда не видели на нашем ТВД не то что Гитлера, даже хотя бы высших офицеров Главного командования Вермахта (OKW).

В январе наконец попал в плен подполковник Стерлинг, командир Группы дальнего действия в пустыне.

– Рад познакомиться, – сказал он при встрече. – С удовольствием проведу несколько дней в вашем обществе и, возможно, повстречаюсь с вашим знаменитым маршалом Роммелем.

Под мощным эскортом мы отправили его в штаб, но через день или два он сбежал. Однако из-за неудачной «сделки» с бедуинами был в итоге возвращен нам.

Британцы приостановили наступление для реорганизации системы снабжения. Мы же, путем невероятных усилий, под постоянными ударами КВВС, смогли все же вывести все наши части через границу Ливии и Туниса на позиции по «линии Марет».

С прибытием в Тунис группу разведки вновь расформировали. К большому сожалению, мне пришлось вернуть и «Физелер».

Задача наша состояла в том, чтобы предотвращать попытки прорыва британцев к югу от Марет или по меньшей мере сообщать о появлении там их частей. Особое внимание надлежало обратить на тропу, что вела на север из расположенного в пустыне форта Фум-Татавин. Именно оттуда ожидалось появление французской колонны, которая, совершив невозможное, должна была ударить нам в южный фланг из Чада через Сахару. Она опоздала – не смогла добраться до Туниса вовремя.

Чтобы выяснить обстановку и разузнать о наших планах боевых действий в Тунисе, я отправил в штаб Роммеля офицера связи. По возвращении он сказал, что Роммель, надо полагать, готовит наступление через удерживаемые войсками армии США горы Атлас, чтобы смять совершенно неопытных американцев и затем прорваться на север – в их тыл. В данной операции задействовался и 3-й разведывательный батальон.

Вскоре после этого от Роммеля прибыл порученец с взводом противовоздушной обороны и батареей легкой артиллерии.

– Господин майор, – сказал он, – ваша задача в следующем: поскольку Роммель считает возможной попытку британцев совершить широкий охватный маневр с фланга на юге, а также не исключено и появление французской боевой группы, ваш усиленный батальон выступит на форт Фум-Татавин, захватит врасплох французский гарнизон и будет оттуда вести разведку в южном и юго-восточном направлениях. Если следов присутствия неприятеля так и не обнаружится, ваша боевая группа вернется на позиции Марет. Вы выступаете на юг завтрашним утром, поддерживайте постоянную радиосвязь.

В рассредоточенных порядках мы продвигались успешно до тех пор, пока нас не засекли британские самолеты-разведчики, они покружили над нами и улетели. Очень зловещий знак. Я послал Гаузе сообщение по рации:

– Ожидаю налета авиации противника на мою боевую группу, можете ли вызвать наши истребители? В остальном продвижение к Фум-Татавину нормальное.

Вот тут они и прилетели. Пришли от солнца и на бреющем полете: «Харрикейны» в сопровождении прикрытия – «Спитфайров», которые кружили высоко над ними.

Отдавать какие-либо специальные приказы было не нужно: все движение прекратилось, все и каждый выскочили из машин и бросились в песок метрах в 30 в сторону. Мои мотоциклисты открыли огонь из пулеметов, но безрезультатно. Мы не знали, что «брюхо» у «Харрикейна» бронированное. Целью их стал взвод зенитчиков, который был уничтожен прежде, чем успел сделать хоть выстрел.

На втором круге мишенью послужил артиллерийский взвод, техника которого получила серьезные повреждения. Истребители исчезли так же быстро, как появились. Все продолжалось всего несколько минут.

«Харрикейны» должны были заметить мои бронемашины разведки. По всему, следовало готовиться ко второму налету. Я снова послал сообщение по рации:

– Подвергся атаке «Харрикейнов», зенитный и артиллерийский взводы по большей части выведены из строя. Очень вероятен повторный налет, пришлите «Мессершмитты».

Аэродромы британцев находились, должно быть, где-то очень близко за линией фронта. Не прошло и часа, как они вернулись. На сей раз настал черед наших бронемашин разведки. В полном бессилии что-либо изменить я смотрел, как «Харрикейны» выпускают реактивные снаряды, которые легко пробивали любую броню. С такими вещами мы еще не сталкивались.