Чтение онлайн

Пока всадники Таниеля оглядывались, пытаясь разобраться в творившемся на площади хаосе, расталкивая оторопевших не успевших убежать горожан, неизвестные в плащах кинулись ко мне. Я опешила:

— Наглость-то, какая! Ну, неимоверная! Вообще никого не боятся!

Страха не было, наоборот, я воспринимала происходящее, как занимательное приключение. Даже не выставляя щита, легко растворила в воздухе заклинания врагов Владыки, и тихо прошептала:

— Все замерли! — имея в виду только нападавших в плащах, а припомнив, как блестяще подобное провернул Черешен, добавила:

— И медленно взлетели…

С этим пунктом у меня произошла заминка, почему-то все разом взлетать они не категорически хотели. И даже сопротивлялись, пытаясь снять с себя мое обездвиживающее заклинание.

Подвесив последнего, я вдруг поймала на себе грозный взгляд дядюшки Лорма.

Я виновато улыбнулась, пожала плечами, резко развернулась и побежала в академию. На бегу думая о том, что надо предупредить Лорену о скором визите отца. А вернувшись, сразу решила, что подобных прогулок с меня хватит, лучше закончить с еще одним предметом.

Тем более, мне так помог Армин, подарив древние свитки!

Написание конспектов на все пять свитков заняло у меня два дня. А закончив со всеми необходимыми условиями, подхватив ларец с древними свитками, поспешила в библиотеку.

На это раз с учителем Соломирелем мы сидели не в самой библиотеке, а в маленькой комнате за книгохранилищем, в котором всегда стоял терпкий запах времени, — так пахли древние свитки аккуратно сложенные на стеллажах.

— Итак, ты изучила и законспектировала все свитки?

Я послушно кивнула. Соломирель, расположив древние свитки перед собой на столе, продолжал:

— Итак… В трех свитках записан рецепт древних химических зелий, применяемых для воздействия на минералы. Даже не знаю, используют ли их сейчас. Кажется, нет. — Об этом мне уже рассказал Армин, я послушно кивнула библиотекарю.

Соломирель, нежно раскрыв один из них, между делом спросил:

— Я слышал… что ты блестяще сдала минералогию сразу за два уровня?

Я довольно кивнула.

— Ну, раз ты в этом разбираешься, тогда я тебе скажу, что подобные зелья использовали только в Черешене. Это не эльфийские рецепты.

— Где? В Черешене? — удивленно переспросила я, услышав такое знакомое название. — Не эльфийские? Это как?

Соломир, словно одобряя мои вопросы, кивнул:

— Да… Черешен — это людское название тех давних времен, когда человеческая Лазурь и свободные приморские города были одним королевством. Называлось оно очень по-людски: Край Цветущей Черешни. Или коротко Край Черешен. Я, правда, не застал этого, но мои родители по-старинке долго так называли ту половину лазурянского материка.

Закончив рассказ, библиотекарь открыл второй свиток, вчитываясь в темные слова на пожелтевшем пергаменте.

— Значит, эти свитки вам не подходят. Они же не эльфийские, — расстроилась я, заерзав на месте.

Соломирель, оторвавшись от чтения, тут же заверил:

— Что ты, что ты! Это великая редкость. На самом деле там жили великие мастера, что любому эльфу было за честь учиться у них. Сейчас таких учителей у людей и близко нет.

— О, это хорошо. А то я испугалась… — с облегчением выдохнула я. Потом задумалась… Черешен.

Черешен.

Черешен… Он точно знал гномий-староэльфийский. И древнюю историю о короле-драконе с кучей подробностей… Не слишком ли много совпадений?

Почему никто, кроме него, на эту тему никогда не говорил? Папа, например. Он же лично знал короля-дракона? Здесь возникал другой вопрос, почему об этом Черешен вообще заговорил?

Соломирель глянул на меня вопросительно:

— О чем так тяжело задумалась, девочка? Что тебя так гложет, милая?

Перевела задумчивый взгляд на учителя. У меня в рассуждениях не было никаких логических связей, как не было ни одного факта, только смутные едва понятные ощущения.

Но я чувствовала, что связь здесь есть и она не одна, потому совершенно наобум спросила:

— А вы не подскажите, учитель, с этим Краем Черешен связан ли как-то принц Де Ринги?

— Ну как же… конечно связан! — старый эльф миг помолчав, удивленно отозвался. — Еще бы! Его титул так и назывался: принц Черешен. Это титул ему подарил его отец по достижению Де Ринги пятидесяти лет.

— Его высочество, принц Черешен… — задумчиво повторила я. Пытаясь связать все данные в одно целое.

Соломирель, который в этот момент читал свиток, с легким опозданием отозвался:

— Да-да, все верно! Так бы его и называли, если бы он был жив.

Все еще думая об услышанном, рассеяно отмахнулась:

— Конечно, жив. Я это точно знаю. Де Ринги жив.

Соломирель напряженно уставился на меня, затем взволнованно произнес:

— Откуда такая уверенность? После гибели короля-дракона принца никто не видел. Ты просто не понимаешь!! Если он жив, как многое в нашем мире меняется! Наши предки на крови клялись его отцу, что они и дети их и дети их детей — все его рабы. Это наши предки после гибели короля-дракона изменили алфавит и сожгли все документы, чтобы никто не смог доказать этого. Многие из древних эльфов, спасая народ, специально ушли в горы и сгинули там именно потому, чтобы не осталось живых свидетелей того позорного акта!

Выслушав учителя, грустно покачала головой, моему изумлению не было конца, но тяжело вздохнув. Я сказала:

— Мне кажется, все эти старания были впустую. Если бы он хотел, то уже давно бы предъявил права на королевство лесных эльфов и на владения своего отца. Скорее всего, ему это просто не надо.

Соломир был со мной не согласен:

— Так откуда такая уверенность, что он жив?

— Если я скажу, что мне об этом сказал император дракон, вы поверите?

Эльф задумался, замолчал, словно к чему-то прислушиваясь, а затем кивнул:

— Да… я знаю. Ты говоришь правду.

Я кивнула:

— Это еще не все. Вы помните, я рассказывала о своем учителе-человеке? Который читал на древнеэльфийском также, как на человеческом и на новом эльфийском? Который знал историю как свои пять пальцев? Так вот… Он представился нам Черешеном. Это вам ни о чем не говорит?

Шокированный учитель древней истории и эльфийских традиций на время потерял дар речи.

Он немного помолчал, задумчиво мусоля пальцами вышитый край своего рукава, потом строго отозвался: