Чтение онлайн

– Я должна знать, что ты задумал, Кэл! – командным голосом сообщила прокурор.

– Не понимаю, о чём ты? – Лайтман кратко взглянул на бывшую жену.

– Всё ты прекрасно понимаешь… – женщина упёрла руки в бока, стараясь разговаривать как можно тише. – Твоё малейшее вмешательство может всё испортить.

– С каких пор ты стала такой нервной?

– Может быть, с тех самых, когда узнала, что мой бывший муж имел делишки с обвиняемым, и теперь под угрозой жизнь моего ребёнка?

– Странно, вчера мне показалось, что ты была уверенна в том, что ребёнок наш.

– Не придирайся к словам, Лайтман! – Зоуи нахмурилась.

– К тому же никаких «делишек» с Митчеллом у меня нет. Было только дело, которое, между прочим, я выиграл.

– Не без помощи Фостер.

– Не без неё… – широко улыбнувшись, добавил Кэл. – Мне кажется, или в последнее время ты предвзято воспринимаешь Джиллиан?

– Тебе показалось, – процедила сквозь зубы женщина.

– Не показалось. И в чём причина?

– Ей не надоедают эти твои штучки и фокусы?

– Не знаю, я не спрашивал… – эксперт пожал плечами. – Полагаю, нет, если она всё ещё работает со мной.

– Ты хотел сказать, если она всё ещё с тобой спит!? – Зоуи многозначительно дёрнула бровью, а затем отвела взгляд.

– Просим пройти в зал суда и занять свои места.

– Какая ирония… – протянул Лайтман, услышав голос работника суда, и с улыбкой пошёл к залу.

– Я прошу тебя, Кэл, без сюрпризов… – он ничего не ответил, а ей ничего не оставалось, как пойти вслед за ним.

Всё время, что сторона обвинения предоставляла улики, руководствуясь лишь делом прошлым, которое уже давно не имело никакой силы, Кэл со скучающим видом разглядывал всевозможные мимические выражения всех присутствующих в зале. Потом слово предоставили его бывшей жене, и она сразу же начала намекать Митчеллу, что его дело безнадёжно, и что лучше бы он во всём сознался.

У Лайтмана завибрировал телефон, и он незамедлительно достал его из кармана.

«Митчелл должен выйти как можно скорей. Эмили и Торрес исчезли».

Дочитав сообщение до конца, Кэл несколько раз изменился в лице. Нервы натянулись, словно струны гитары, казалось, одно неверное движение может заставить его разразиться морем всевозможных звуков. Где-то издалека до него донеслись слова Зоуи:

– Мистер Митчелл, Вы должны понимать, что все улики против Вас. Вы должны сказать суду правду, – прокурор всеми силами пыталась сделать так, чтобы её голос звучал твёрдо и уверенно. Лайтман был раздражён тем, что его бывшая жена не может держать эмоций под контролем:

– Я могу сказать слово? – поднимаясь с места, поинтересовался он. – Меня зовут Кэл Лайтман, я эксперт по распознанию лжи.

Судья Малкис раздражённо поджала губы, припоминая выходки мужчины, которые ей довелось видеть ранее.

– Кэл, сядь, прошу тебя! – угрожающе шепнула Зоуи.

– Здесь не ты решаешь эти вопросы, – он поджал губы, терпеливо ожидая слова судьи.

Та в свою очередь, пытаясь скрыть проступившее недовольство, всё же позволила эксперту высказаться:

– Как бы и чем бы суд ни пугал обвиняемого, он не изменит показаний, так как говорит правду.

– Это всего лишь твои догадки! – выходя из себя, снова шепнула Ландау. Она была напугана тем, что Кэл всё же решил выступить на суде.

– Продолжайте, мистер Лайтман… – попросила Малкис, скрестив руки на груди.

– Вы бросаетесь уликами, которые проходили по аналогичному делу много лет назад. Вы забываете о том, что сейчас речь идёт не об убийствах. Похищения детей и их незаконное удерживание – совершенно другая история.

Сторона обвинения возмущённо перешёптывалась, высказывая друг другу недовольство по поводу вмешательства Лайтмана в процесс. Дело набирало новых оборотов, и невольный интерес к происходящему давал эксперту возможность управлять дальнейшим ходом событий.

– Мистер Митчелл не говорит вам того, что вы так хотите услышать, лишь потому, что сам запутался во всём, что происходит. У него нет ничего, за исключением грязного прошлого, за которое он уже понёс наказание, и нескольких, как ему кажется, преданных друзей… – Зоуи испуганно посмотрела на бывшего мужа. Тот в свою очередь вышел вперёд, остановившись у клетки, в которой сидел обвиняемый, – Мистер Митчелл, так заигрался, что совсем позабыл о том, ради чего начинал эти игры. Благородное дело поиска его собственных детей, которых похитили в трёхлетнем возрасте, поспособствовало тому, чтобы процесс «сумасшествия» пришёл в действие раньше, чем это могло бы быть.

– Кэл… – Ландау всё ещё пыталась угомонить Лайтмана. Такое его смелое поведение пугало её. Кэла поглотил азарт, и казалось, останавливаться не собирался. Проигнорировав оклик бывшей жены, он продолжал:

– Если у меня беда, моих детей похитил какой-то поддонок, значит, и всем должно быть больно. Не так ли? – мужчина за решёткой сжал кулаки. То, что Лайтман говорил, было, ему не по нраву. Тем временем, Кэл хищно улыбнулся и продолжил: – Мир нужно встряхнуть. Конечно, такая несправедливость. И вот… как нельзя, кстати, подвернулся друг детства. Наивный, добрый трудяга по имени Эдмонд Кэроу. Почему не предложить взаимовыгодное дело. Убить двоих зайцев одним выстрелом.

– Мистер Лайтман, это серьёзное заявление. Вы можете это чем-то доказать? – судья Малкис заинтересованно взглянула на эксперта.

– Я предоставлю доказательства! – спокойно ответил мужчина и вновь повернулся к подсудимому.

– Доказательства нужны для того, чтобы подкрепить Ваши слова, Мистер Лайтман, Вы попросту мешаете процессу! – заметив, как побелела Зоуи, сказала судья.

– Спасибо, что разъяснили. Если Вы не хотите знать историю до конца, я могу покинуть зал суда, – эксперт невинно улыбнулся.

Обвинительная сторона зашепталась между собой, а Малкис, сдерживая злость, всё же позволила ему говорить дальше:

– Спасибо… – Лайтман невозмутимо продолжил: – Вы пропустили самый главный момент в своей жизни, мистер Митчелл, и Кэроу этим умело воспользовался. Его желанием и целью в жизни были лёгкий заработок, слава, почтение. Деррик, который от вседозволенности попросту не знал, куда выкидывать деньги, которые даёт ему фирма отца, стал прекрасным менеджером и продюсером. Тогда–то игра и началась.

– Какое отношение все эти люди имеют к данному делу? – утомлённо спросил обвинитель.

– Взгляните на подсудимого! – Лайтман пальцем указал на Артура, которого лихорадило от услышанного. – Он ведь ни сном, ни духом о том, что происходило за его спиной.

– Пусть говорит! – заметив, что прокурор хотела что-то сказать, выпалил обвиняемый. – Я хочу, чтобы Кэл Лайтман говорил.

– Не Вы здесь ставите условия… – Недовольно заметила Малкис. – Но, так уж вышло, что моё желание совпадает с Вашим в этом вопросе.