Чтение онлайн

– Все проблемы из-за женщин, - спустя пятнадцать минут непринужденного разговора с Ярославом о представительницах прекрасного пола запальчиво заявил бармен, продолжая натирать стакан, который и так уже светился от блеска.

Не сдержавшись, я криво улыбнулся. И Яр сделал то же самое, мельком взглянув в мою сторону. Мы оба знали, что в этой фразе для нас было слишком много правды.

– Нет, друг, - вопреки моим ожиданиям ответил ему Востриков. Я думал, что он поддержит эти слова и вывалит всю свою донжуанскую подноготную, но он этого делать не стал. – Женщины тут ни при чем. Все проблемы из-за неверно принятых тобой решений. Первопричина – это только фундамент.

И с видом умудренного опытом человека он опрокинул в себя очередную порцию дорогого алкоголя, который раньше ни один из нас не мог себе позволить.

– Завтра будешь жалеть, - не выдержал я, в конце концов, видя как бывший друг заказывает добавку.

– Уже привык, - хмыкнул он в ответ, пододвигая к себе наполненный жидкостью стакан со звенящим в нем льдом.
– Юля? – спросил как бы между прочим, взбалтывая свой коньяк и задумчиво разглядывая его.

– Юля, - выдохнул я, вливая в себя еще немного обжигающего виски.

Голова моя становилась все более легкой, а это был верный признак того, что я на правильном пути.

– С Аней было так же? – поинтересовался Востриков, повернувшись ко мне и глядя на меня в упор. Его глаза слегка застекленели от выпитого.

И я вдруг понял, что имя, произнесенное им вслух настолько обыденным голосом, будто не оно заставило прерваться нашу многолетнюю дружбу, ничего для меня не значит.

Да и значило ли оно когда-нибудь что-то большее, чем мой личный победный трофей и величайшее поражение молодости? Сначала я с каким-то отчаянием упивался своим мнимым выигрышем, а затем точно так же ушел с головой в поражение, спутав разочарование с реальными чувствами.

В ответ на вопрос Яра я мотнул головой и он, довольно поджав губы, кивнул.

– Теперь я стал уважать эту девчонку еще больше, - произнес он, и я не мог с ним не согласиться. У Юли болевые удары выдавались иначе и беспокоили несколько дольше.

Выпитым напиткам я вскоре перестал вести счет. Так что выходили из бара мы с Яром уже намного более веселыми и заведенными, опираясь на плечи друг друга и громко смеясь. Мы пытались также захватить с собой грустного бармена, который исправно подливал нам горячительное, но он почему-то не согласился и остался с унылым видом дожидаться своего увольнения. Зато мы с моим новым-старым товарищем, не заботясь ни о чем, шли куда глаза глядят, запинаясь и не давая друг другу упасть, как когда-то раньше.

Не знаю, чем я думал, напиваясь до такого состояния, но предложи мне кто-то изменить что-то в этом вечере – я бы отказался. Еще одна небольшая частичка меня будто воскресла в этот момент, вытягивая за собой на свет.

– А пошли к Анюте, - предложил в какой-то момент Яр, сворачивая куда-то в сторону. – Скажем ей, какая она сука.

Я только и успел потянуть Вострикова обратно за футболку, чтобы он не наделал глупостей. Я хоть и был пьяным, но не настолько.

– Стой, не надо, - сказал я, медленно хлопая ресницами.

– Лучше к Юле? – спросил заинтересованно Яр, а затем, вырвавшись, поковылял в сторону стоящей неподалеку лавочки и плюхнулся на нее. – Юля хорошая. А ты придурок, - добавил он, развалившись и закинув обе руки на спинку лавки.

– Знаю, - ответил я, садясь прямо на асфальт и поджимая колени к себе. В таком положении мир стал кружиться чуть медленнее.

– Жаль, что у нас ничего с ней не вышло, - хмыкнув, произнес бывший друг немного позже, глядя на темное, усыпанное блестящими звездами небо. Мое выражение лица, тоже запрокинутого кверху, тут же начало меняться от добродушного и расслабленного к недовольному и сердитому. Ревность во мне все еще играла тысячью красок, хотя я не имел на это никакого права.

Юля никогда не была моей – я это прекрасно знал, но заставить себя нормально реагировать на подобное я не мог, даже очень стараясь.

– Она добрая, иногда даже слишком, - продолжал тем временем Яр задумчиво. – Красивая… а еще потрясно целуется. Интересно, какой она бывает в постели.

Мои кулаки непроизвольно сжались. Но прежде чем я приступил бы к действию и неосознанно бросился на этого парня, он опустил голову и весело рассмеялся, говоря:

– Ну вот, теперь я окончательно убедился в твоей чертовой любви к этой девчонке.

А я, будто очнувшись, заметил, что все-таки успел податься вперед, чуть приподнявшись, с грозным видом глядя на веселого Ярослава.

– Ты должен сказать ей об этом, друг, - опуская мне на плечо тяжелую ладонь, сказал он, заставляя меня снова сесть. – Прямо сейчас.

Удивительно, но я и забыл о том, что мой пьяный мозг всегда был куда решительнее меня трезвого, так что уже через мгновение я держал в руке свой мобильник и пялился в его черный экран.

– Разрядился, - сердито заметил я. Отчего-то сказать Юле о том, что я чувствую к ней, захотелось с непреодолимой силой. Казалось, что не скажи я ей этого сейчас, она не сможет простить меня позже, когда вся эта история закончится. А я надеялся на то, что закончится она уже очень скоро.

– Один момент, - отозвался Яр, глядя на мой умерший мобильник и залезая одной рукой в карман своих джинсов. – Позвонишь с моего.

На это предложение я только мотнул головой, и мир вместе с ней покачнулся, потому как я рывком поднялся с земли и огляделся вокруг.

– Ты чего?

Востриков непонимающе глядел на меня снизу вверх, так и не сумев добраться пальцами до смартфона.

– Ты прав. Пойду к ней и скажу все лично, - ответил я, делая первый шаг в надежде, что по дороге я не успею передумать. Благо, что жила Юля неподалеку. Всего в каких-то нескольких кварталах.

– О-о-о, - протянул тогда Яр, видя мою решимость, - вот теперь я тебя узнаю.

И он, так же неловко, как и я, поднявшись со скамьи, поплелся следом за мной по погруженным во мрак пустым улицам в сторону университета, который мы оба от всей души ненавидели.

Три часа ночи – время, когда большинство людей предпочитает находиться в своей кровати и видеть прекрасные сны.

В своем я находилась на берегу того озера, где мы бывали однажды со Стасом. Расположившись у самой кромки воды, я водила по ней пальцами, разглядывая свое отражение. На мне было легкое белое платье, а в волосы вплетены мелкие светлые цветочки, казавшиеся мне почти невесомыми. Мой образ, отражавшийся в воде, был не очень привычен, но, несомненно, мне шел. Он был нежным и свежим, как цветущая яблонями весна, но глаза мои все же оставались пасмурно-серыми, как промозглая поздняя осень.

На берегу озера я была совсем одна и от этого я ощущала ужасную тоску. Мне хотелось, чтобы кто-нибудь оказался рядом и заставил меня улыбаться.

Я ждала его. Но его все не было.

– Юля! – донеслось до меня в какой-то момент.

Подняв голову, заметила на противоположном берегу того, кого звала в свои сны каждую ночь. И сегодня он пришел ко мне снова, позволив облегченно вздохнуть.

– Стас, - с улыбкой выдохнула я, поднимаясь с колен и глядя вдаль на знакомую высокую фигуру.