На свою голову
Шрифт:
К Поттеру она прониклась неприязнью сразу, как только Распределяющая шляпа отправила его на Слизерин. В тот момент Минерва почувствовала себя обманутой и униженной. Ведь Альбус так долго и так уверенно твердил, что мальчик непременно окажется гриффиндорцем… Да она и сама так считала. Оттого в разговорах с коллегами говорила о нём, как об уже состоявшемся ученике своего факультета. Но Поттер умудрился всё пустить наперекосяк.
Особым терпением Минерва никогда не обладала и удерживать раздражение при встречах с мальчишкой ей становилось всё сложнее и сложнее. Она знала, что это низко, стыдила себя, но всё равно хотела, чтобы он почувствовал вину и раскаяние за то, что вырос не таким, какими были его родители: Джеймс и Лили.
Джеймс был одним из её любимых учеников, которому она по слабости прощала очень-очень многое. Теперь же, глядя на задорную улыбку и слизеринский галстук Поттера-младшего она злилась, понимая, что все причитающиеся малолетнему герою поблажки достанутся вражескому факультету. Тому самому факультету, который Джеймс Поттер от всей души ненавидел.
Ещё больше Минерву раздражали зелёные глаза Лили Эванс, глядящие на неё с мальчишеского лица. Ей казалось, что они взирают на неё с укором за то, что маленького волшебника практически выбросили в чужой мир, отдав на воспитание магглам.
А мимика… Мимика Поттера была ужасна! Насмешливо приподнятая бровь… Ехидно дёрнувшийся уголок рта… Минерва так и не смогла понять, о ком ей это напоминает, до тех пор, пока Альбус в порыве раздражения не проговорился, что ребёнка воспитывал Снейп.
Снейп! Мерлин, помоги! Это было поистине чудовищной новостью!
Северуса Снейпа Минерва не любила всеми фибрами своей гриффиндорской души. Ужасно не любила его учеником — в школе Снейп был слишком умён, слишком независим, слишком язвителен. И ещё больше невзлюбила, когда он стал её коллегой. Как преподаватель Северус был строг, но в общем-то справедлив ко всем, кроме её львят. Гриффиндорцев он притеснял без зазрения совести: не чрезмерно, но очень чувствительно. Минерва видела в этом отголоски былой вражды с Мародёрами. Да, она сама далеко не всегда бывала справедлива, но ведь и так третировать её факультет было неправильно!
К сожалению, став её коллегой, Северус обрёл равные с ней права, и теперь она уже не могла ни снять с него баллы, ни закрыть глаза на выходки своих учеников. Да, Джеймсу и его друзьям в отношении к Снейпу прощалось очень многое, именно из-за нелюбви Минервы к этому слизеринцу. К тому же она искренне верила, что с нищего полукровки, каким-то чудом затесавшегося на факультет снобов, не мешало бы сбить спесь для его же собственного блага. Наверное, она была не совсем права, но кто же знал, что это принесёт такие результаты?! Кому вообще в здравом уме могло прийти в голову взять Северуса Снейпа преподавателем в школу? Даже для Альбуса это было слишком!
Горячие споры с директором об уместности нахождения бывшего Пожирателя в учебном заведении, грозили со временем перерасти в настоящую ссору, но Мерлин уберёг. Когда стало известно, что Северус из школы увольняется, Минерва восприняла это как свою личную победу. Где же ей было догадаться, чем он после этого займётся?!
И теперь вот на Слизерин поступил Гарри Поттер. Если ему досталась хоть треть упрямства Лили и сумасбродства Джеймса — это было ужасно. Если мальчик перенял хотя бы десятую часть повадок и характера Снейпа — это можно было считать катастрофой!
Назойливое: «Профессор. Профессор МакГонагалл!» и настойчиво маячившая над головами рука вывели её из задумчивости. Понятно, мисс Грейнджер справилась с заданием…
Похвалив ученицу и начислив своему факультету баллы, Минерва принялась обходить класс. Но настырная девчонка не желала успокоиться и хотела узнать, когда же они наконец перейдут к трансфигурации ежа в игольницу.
Покосившись на зевающего Поттера, Минерва принялась снова объяснять про последовательность получения знаний и закрепления их на практике, отчего настроение вовсе не улучшилось. Очень хотелось сделать мальчишке замечание, но лучше было просто проигнорировать, в надежде, что хоть этот урок пройдёт без эксцессов…
Гарри, уткнувшись в учебник, старался подавить отчаянные зевки, но от написанной там мути хотелось зевать ещё больше. Вообще-то его стараниями уроки Трансфигурации были один другого забавнее. К сожалению, несмотря на вспыльчивый и нетерпимый характер, МакКошка в последнее время старалась не вестись на его провокации. Вот и сегодня, кажется, спровоцировать профессора шансов не было. А жаль. Обещанное Северусом зелье должно было прибыть через пару дней, и именно сейчас Гарри позарез нужно было нарваться на отработку. Ну что за несправедливость?! Ведь раньше, когда это было не особо-то важно, всё без проблем получалось…
Задумавшись о том, как всё же вывести гриффиндорского декана, Гарри едва не пропустил очередное выступление «Лохматой».
Гермиону Грейнджер Поттер по-своему любил и с каждым уроком радовался её наличию на Гриффиндоре всё больше и больше. В какой-то мере она стала его личной палочкой-выручалочкой. Если среди гордящихся своим умом когтевранцев ему без труда удавалось изображать середнячка, то на совмещённых с Гриффиндором уроках уже приходилось напрягаться. Иначе становилось очевидным, что он ничем не уступает тем же Малфою, Нотту и Забини. Мальчик, выращенный не любящими и нелюбимыми родственниками, просто обязан был проигрывать тем, чьим образованием усердно занимались родители и нанятые учителя. Напрягаться без необходимости Гарри не любил, и в этом смысле Гермиона Грейнджер стала для него истинным спасением. На каждом уроке она так старательно перетягивала на себя внимание преподавателей, так усердно рвалась доказать, что она самая-самая, что от него и требовалось-то всего ничего — не высовываться. А ещё… ещё Грейнджер умела очень вовремя задавать поистине замечательные вопросы! Например, как сейчас… Сейчас ей очень хотелось узнать, когда они займутся очередной бесполезной чушью!
МакГонагалл недовольно поджимала тонкие губы, видимо, сознавая, что с таким количеством провальных уроков ответить на вопрос не сможет даже приблизительно. Ну а Гарри радовался. Ему тема разговора пришлась очень кстати. Оставалось только добавить в неё перчинки и выбесить-таки Кошку, чтобы приблизиться к поставленной цели.
Дождавшись, когда МакГонагалл по своему обыкновению заведёт речь о необходимости зазубрить навечно сотню бесполезных примеров, Поттер решительно поднял руку.
— Простите, профессор, но для чего запоминать приведённые в учебнике формулы? Вот, к примеру, мистер Шерлок Холмс утверждал, что важны только полезные знания. А ещё он говорил, что человеческий разум подобен чердаку, на который только дурак тащит всякий хлам. Если забивать память ненужными вещами, то потом самое нужное уже и не вспомнишь, вот.
— Трансфигурация — не хлам! — возмутилась МакГонагалл. — Это сложное и очень важное направление волшебной науки! Многие вещи в нашем мире без трансфигурации попросту невозможны. И к вашему сведению Шерлок Холмс просто выдуманный книжный персонаж. Он никогда не существовал в реальности.
— А вот и нет. Он настоящий! У него даже адрес имеется: Лондон. Бейкер-стрит, 221б. Я на карте смотрел, такой дом есть. А потом я ещё письмо туда написал и оно не вернулось! А если бы адресат там не жил, письмо вернули бы обратно!
— Поттер, письмо не вернули, потому что в этом доме сейчас находится музей Шерлока Холмса! — влезла Грейнджер.
— Ну вот, значит он точно настоящий! — Гарри торжествующе поднял вверх палец.
— Конечно настоящий! — неожиданно поддержал его обычно молчаливый Дин Томас. — Я в детстве хотел стать сыщиком, и мама мне сказала, что мистер Холмс до сих пор живёт в Лондоне!
— Разумеется живёт! Я сама в кино видела как он какое-то дело расследовал. Он такой лапочка, только старый, — внесла свою лепту Лаванда Браун.