Чтение онлайн

Гарри скрипнул зубами и задумчиво покивал, словно обдумывал предложение. О том, что Дамблдор ещё в начале года предложил ему перераспределиться, он упоминать не стал. Если Хагрид сам не заговорил об этом, то либо он не в курсе, либо ждёт возможности развить тему и укорить в неправильном выборе. Выслушивать пропаганду о всесилии директора и достоинствах Гриффиндора ещё и от этой образины Поттер был не намерен.

Лесник, видимо, решив, что Гарри всерьёз задумался о просьбе к директору, снова свернул на тему родителей:

— Вот папка твой всё на метле летал. Игроком в квиддич был самым что ни на есть лучшим! А ты и на метёлке-то толком сидеть не умеешь. Вишь раз сел, да чуть не утоп. Напугал всех. Директор из-за тебя испереживался весь. Великий человек Дамблдор, да… А ты так подвёл его. — Гарри зло поджал губы. Очень хотелось сказать, что если бы этот «великий переживатель» в чужую жизнь не лез, то и «тонуть» бы нужды не было, но пришлось сдержаться. Лесник, впрочем, ничего не заметил и продолжал гнуть своё. — Да некудышный летун из тебя получается. Но ты не боись, вот на втором курсе метлу свою привезёшь, потренируешься и научишься. Лучше всяких там Малфоев летать будешь. Ты только поменьше этой дребеденью занимайся, ну той, с которой вы все тут теперь бегаете.

— С мячами что ли? — уточнил Гарри, задаваясь вопросом: «Хагрид реально полудурок или только прикидывается?» Интересно, откуда второкурсник, по его мнению, должен метлу взять, если по имеющейся информации опекуны ребёнка на дух не переносят, а директор ключ от сейфа с наследством не отдаёт?..

— Ага, с ними. Нет от них пользы никакой!

— А от метлы?

— От метлы цельная куча. Ну пользы, в смысле. Вот от преследования на ней уходить можно, ежели трансгрессировать не можешь.

— От чьего преследования?

— Дык много ещё недобитых Пожирателей осталось. И Тот-кого-называть-нельзя обязательно вернётся. Дамблдор так говорит, а значит, так и будет. А вот подрастёшь и тебя в орден Феникса примут…

— Это вроде ордена Мерлина? — прикинулся дурачком Гарри, а сам чуть за голову не схватился. Это вот значит куда ему дорогу наметили. Наслушался он об этом «ордене» от Северуса, а тот точно знал, о чём рассказывал, потому что по молодости сам в этот маразм влез.

— Не, ты чего! Орден Феникса это… Там самые лучшие волшебники со злом борются! Эх, не должен был я тебе про это рассказывать! Тайный он, орден-то… — Хагрид очень неубедительно запечалился. — Да и не рассказать нельзя. Папка-то с мамкой твои тоже там были, с тёмными силами воевали! Самые что ни на есть лучшие бойцы были. Вот они бы порадовались, узнав, что ты их дело продолжишь.

Гарри от страха, что его прямо сейчас заочно в этот клуб самоубийц примут мешочек с корой выронил и впился в топчущегося невдалеке Невилла умоляющим взглядом. Тот, перестав рыскать в траве, так и стоял в сторонке, видимо, стесняясь подойти.

Хагрид, проследив за взглядом собеседника, заулыбался:

— А это чего, мальчонка Лонгботтомов что ля? Чего же к нам не идёт?

Гарри, расценив фразу, как намёк, тут же энергично замахал рукой, приглашая Невилла присоединиться и втайне надеясь, что разговор об ордене Феникса окончен.

Не тут-то было. Обретя ещё одного слушателя, Хагрид принялся соловьем заливаться о благородных героях борьбы со злом и вечной славе, покрывшей их имена. О том, что две трети членов ордена благополучно отправились к праотцам и никто лишний раз о них не вспоминал, недоагитатор само собой умолчал.

Гарри злился. Невилл выглядел всё мрачнее и мрачнее, оно и понятно. О том, что случилось с его родителями знали очень многие, и Гарри исключением не был, а оттого и состояние приятеля вполне себе представлял. Лично для Невилла судьба родителей никакого отношения к вечной славе не имела. Только горечь от потери, бесконечные сожаления о невозможности что-то исправить и пожизненные визиты в Мунго…

Распрощаться с Хагридом удалось очень нескоро. Точнее даже не распрощаться — мальчишки от него попросту сбежали, сославшись на невыполненные домашние задания.

В школу, несмотря на уверения, что у них мало времени, возвращаться не спешили. Невилл был подавлен. Гарри одновременно испытывал облегчение, что и в этот раз не позволил втравить себя в директорские игры, и чувство вины за то, что втянул Невилла в так расстроивший его разговор.

Что там себе думал Хагрид неясно, но для обоих мальчиков беседа оказалась крайне неприятной и даже болезненной. Вероятнее всего целью её было подтолкнуть их пойти по стопам родителей. Вот только, насколько успел заметить Гарри, Невилл, так же как и он сам, не испытывал ни малейшего желания пополнить ряды борцов за директорские идеи. Кстати, был в сегодняшнем разговоре и ещё один интересный момент. В школе Гарри провёл уже почти два месяца, и ни разу за всё это время Хагрид не решился подойти к нему, если рядом находились друзья-слизеринцы. А Лонгботтома лесник похоже совершенно не опасался. С одной стороны, вроде бы понятно почему — родители Невилла состояли в ордене Феникса, а родители друзей были Пожирателями, с которыми эти самые фениксовцы яростно боролись. С другой стороны, если Хагрида подослал директор, а в этом Гарри не сомневался, то разговор лишних ушей не предполагал. То есть Невилл был лишним, но его всё равно приобщили… Тут было о чём подумать. А ещё, раз уж подвернулась такая возможность, стоило наконец-то прояснить вопрос, какие же отношения связывали бабку Невилла с Дамблдором?

Делая всё возможное, чтобы не расстроить приятеля ещё больше, Гарри завёл разговор о самом Хагриде, стараясь не касаться темы родителей. Тактика себя оправдала. Постепенно равнодушные и односложные ответы Невилла стали более полными и эмоциональными.

Довольно скоро картина стала более или менее ясна. Бабушка Невилла, в своё время бывшая ярой сторонницей Дамблдора, ужасно разочаровалась в своём кумире. Отношения у них начали портиться ещё несколько лет назад и состояние родителей Невилла сыграло в этом ключевую роль. Последней же каплей стал отказ Дамблдора построить в Хогвартсе бассейн. Вроде бы и мелочь, но видя, сколько пользы плавание принесло её внуку, леди Августа пыталась настаивать, доказывать, что это благотворно скажется на душевном и физическом здоровье детей, но наткнулась на категоричный отказ. Да и намёки директора, что «избранным» может оказаться не Гарри Поттер, а Невилл, родившийся всего на день раньше, ей ужасно не понравились…

Ничего удивительного в этом не было. От Северуса Гарри знал, что леди Лонгботтом очень гордилась внуком и в мечтах видела его всемирно известным гербологом, а не жертвенным бараном, вынужденным в одиночку спасать волшебный мир от якобы собиравшегося вернуться Тёмного Лорда.

Недовольный лай собаки привлёк внимание, когда мальчики, слегка подмёрзнув и от души наговорившись, вновь оказались неподалёку от хижины лесничего. Хагрид громогласно убеждал пса не скучать и сидеть тихо, пока он отлучится по делам.

Любопытство в Поттере проснулось мгновенно. На улице стояли густые сумерки, а Хагрид прямиком пёр в Запретный лес, закрыв собаку в избушке. Что такого интересного можно позабыть ночью в лесу, чтобы запереть дома псину, которую всюду таскаешь за собой?!

— Нев, — Гарри понизил голос до заговорщицкого шёпота, хотя точно знал, что услышать их даже случайно не смогут, — ты возвращайся в школу, а у меня ещё дело есть.

Лонгботтом бросил обеспокоенный взгляд в сторону быстро удаляющегося лесника.

— Ты же не пойдёшь за ним? — в голосе мальчика слышался страх. — Гарри, там, в лесу, какой только жути нет! А бабуля мне всегда говорила, что у Хагрида очень своеобразные представления о… В общем монстров он любит, лапочками их считает. А если какая-нибудь тварь ученика сожрёт, то съеденный ещё и виноватым окажется.

— А что, кого-то уже съели?

— Вроде бы, нет. Но давным давно Хагрида из школы исключили за то, что его питомец девочку убил.

— Ясно… Ты не волнуйся, никуда я не пойду. Тут рядом со школой покручусь. Я из-за его болтовни кое-что собрать не успел. Ты только ребят предупреди, что я задержусь.