Чтение онлайн

337

Из штурмового дневника

30 августа. Вышли на штурм в 21 час 10 мин. Лишние вещи

оставили в опущенной палатке. Чудесная лунная ночь.

Постепенно поднялись по полотой части и вошли в ущелье.

Проходим 200 метров. Остановки примерно через каждые 50 минут.

Ледник волнообразно поднимается вверх. Справа нагромоздились

сераки с ребра Хан-Тенгри. Слева отвесная стена пика Чапаева.

Алмаатинцы оставили здесь очень заметные следы: сочувствуем ребятам

— тяжело им досталось!

Прошли несколько глубоких трещин, некоторые переползли. Перед

нами крутой склон. На склоне видны следы скатывавшихся людей.

Полезли и застряли: дальше нагромождение сераков и трещин, к тому же

луна закатилась за гребень.

Попробовали другой путь, но безуспешно. Темно. Перед нами

крутой склон и бергшрунд.

Решили остановиться и подождать рассвета. Высота 5450 метров.

Влезли в нерасставленные палатки и довольно скоро заснули.

31 августа. Встали до восхода солнца. Оказалось, мы были на

верном пути. Без труда пролезли бергшрунд и крутой склон, за ним другой

и опять вышли на ровный ледник.

Идем медленно. Высота около 5600 метров. Дует порывистый

ветер. Температура — 9 градусов мороза. Однако в пуховке и валенках

идти не холодно.

Первым шел я и вскоре вышел к большому сбросу неподалеку от

седловины. Высота 5650 метров. Решили рыть пещеру.

Работали с Виталием часа два. Леонид на палатке Здарского

оттаскивал снег. Палатку сильно изорвали, но пещеру все-таки вырыли.

Начавшаяся буря так и не дала обсушиться. Пришлось мокрыми

338

влезть в пещеру, заделать отверстие и развлекаться чаем.

Миша чувствует себя лучше. У Леонида побаливает зуб. У меня

самочувствие хорошее.

Клонит ко сну. Легли в три часа. Тепло, но душно, ибо

замуровались почти герметически. Спали неплохо.

2 сентября. Ленц и Виталий выходят раньше фотографировать и

проторить дорогу. Мы долго возимся возле пещеры, варим еду,

укладываем рюкзаки.

По обширным снежным полям заключительного цирка вихрями

носится ветер. Видимость плохая. Однако в тумане видео массив Хан-

Тенгри, серовато-желтое ребро с круто вздымающейся верхней частью, а

правее его — кулуар Погребенного.

Следы Виталия почти повсюду уже замело. Я торю вновь. Леониду

и Мише, видимо, тяжело. Вышли к первому лагерю алмаатинцев. На

подъеме по снежной стенке к седловине снег оказался исключительно

глубок. Виталию он был выше колен, а Леонид и Миша увязали по пояс.

Наконец вышли на жесткий гребень. Обледенелый снег кончился. Пошла

темная осыпь со скалками. В седловинке на сравнительно большой

площадке устроили лагерь. Я чувствовал себя совсем хорошо и пошел

выше, пытаясь найти лучшую площадку. Дошел до мраморной короны, но

ничего не нашел. Здесь корона уже очень близка. Вернулся обратно.

К вечеру палатка обледенела изнутри, сконденсировав пары.

Лежим, тесно прижавшись друг к другу, герметически закупорившись, ибо

снег надувает даже в малую дырку. У головы стараюсь поставить черенок

от лопатки, чтобы полотнище не касалось лица и было чем дышать.

3 сентября. Погода стала лучше. Миша в палатке кипятит чай.

Палатки обледенели, мешки и вся одежда мокрые. Идем в пуховках.

Пологий черный гребень кончился, начался более крутой,

собственно массив Хан-Тенгри. Высота примерно 6300 метров.

339

Подниматься решили прямо вверх, придерживаясь широкого ребра (путь

алмаатинцев), а не сворачивая вправо, в кулуар Погребецкого.

Подниматься нетрудно, со ступеньки на ступеньку, частично осыпями, как

и говорили алмаатинцы. Лишь иногда встречающиеся небольшие стенки

несколько осложняют подъем, ибо рукавицы снять уже невозможно —

холодно.

Осуществить задуманное не удалась. Хотели выйти выше крутой

стенки, а остановились несколько ниже ее подножья. Но довольны и этим.

Высота 6600 метров. Поставили палатку. Площадка удобная; особенно

хорошей она стала после моего и Леонида вмешательства.

Мишука приходится подгонять: он очень апатичен. Вечером с

Леонидом впервые оттираем Мишины ноги. Я, конечно, поругал его, но

оттерли добросовестно и на всякий случай обернули пальцы керосиновым

бинтом.

4 сентября. Утро замечательное: ясное и холодное. Мишук опять

кипятит чай. Жмемся к палатке. Я иногда размахиваю ногой: подмерзает

даже в валенке. Леонид стоит как-то странно съежившись. Виталий тоже.

Ленц ходит по гребню, стараясь не замерзнуть.

Исключительные панорамы открываются вокруг. Под нами на

севере глубоко залегает северный рукав Инылче-ка. За ним круглые

вершины хребта Сары-джас. На северо-запад темная впадина — Сары-

джас. А запад и особенно юго-запад почти целиком заполнены белыми

гребнями.

Решили выходить. Собрали было рюкзаки, но неожиданно Виталий

внес предложение идти без рюкзаков и взойти сегодня же. Предложение

встретило сочувствие большинства: рюкзаки стали для многих

чрезвычайно тяжелы, а до верха стенки, казалось, близко и легко до-

браться.

Вышли налегке, оставив основной груз в лагере. Однако уже в

340

начале кулуара встретились трудные крутые и обглаженные скалы.