Чтение онлайн

постояли на станции Ток-мак. Задержались и в Быстровке.

Буамское ущелье проехали в темноте и посему не имели оснований

восторгаться его красотами.

Шоссе хорошее и приехали мы довольно быстро: без четверти

одиннадцать уже были в Рыбачьем. Пустынно, ни одного деревца. Темнота

и холодный ветер.

Заночевали в помещении для приезжающих «Киртранса».

6 августа. Утром узнали, что ночью ушел пароход. Досада великая!

Ленцу не говорим, чтобы не расстраивался. (Однако, если бы даже сразу

узнали о пароходе, то навряд ли уехали — нужно было предварительно

переотправить багаж.)

До следующего парохода два дня. Сидеть и ждать невозможно.

Решили ехать машиной. За десять минут оформили дела с багажом,

поручив приемщику переотправить его. После полуторачасовых неполадок

с машиной в 11 часов все же выехали.

От Рыбачьего до Каракола 235 километров. Длинной кажется

дорога вдоль северного берета красивого темно-синего озера. Колхозы

чисто украинского типа утопают в зелени садов. Кругом — поля, луга.

317

Начало темнеть. На склонах показались еловые леса. Тюб —

большой колхоз — проехали уже в темноте. Отсюда, наконец, началось

шоссе. Машина пошла быстрее, несмотря на то, что фары освещали дорогу

слабо.

В Караколе — без четверти двенадцать. В Доме крестьянина, по

уверению сторожа, мест нет. Расположились в общей для приезжающих

комнате. Я и Миша предпочли устроиться на воле.

7 августа. Утром увидели во дворе знакомую фигуру Летавета.

Радостная встреча с Августом Андреевичем и другими товарищами из его

группы. Сидят здесь уже седьмой день. С лошадьми трудно. Они их

покупают, что советуют сделать и нам. Узнали о всех важных лицах и

учреждениях. На конном базаре узнали цену лошадям. Группа

Летавета завтра собирается выехать на Каракольский пик.

Алма-атинская группа отправилась к Хан-Тенгри числа 25-го,

минуя Каракол, прямо из Алма-Аты. Где они сейчас, сведений нет.

Остался лишь след в газетах, но далеко уйти они не могли.

Вечером сидим за пловом и наблюдаем местные нравы.

10 августа. Сходили еще раз в «Киртранс», но вещи наши до сих

пор не прибыли.

Пришел паренек-киргиз Карибай и на плохом русском языке

сообщил о своем желании ехать с нами. Но когда узнал, что за это ему

будут засчитываться трудодни (а не выплачиваться наличные деньги),

отказался. Не помогли никакие обещания обучить его альпинистским

премудростям. Однако парень показался нам подходящим и мы попросили

его зайти к нам еще раз. Навели справки — паренек оказался приемлемым,

только, говорят, несколько ленив. Уговорили. Решили взять, чтобы не

терять времени. Пусть закупает пока лошадей.

Погода стоит хорошая, хотя над хребтом хмурится.

13 августа. Явились новые караванщики Такта-сен и Израим. Если

318

первый молчалив, ибо по-русски почти совсем не говорит, то второй на

редкость юркий и разговорчивый. Он побывал в киноэкопедиции

Шнейдерова, даже снимался. Был поваром в походе Елщанского. Еди-

ногласно решили взять его.

Достали письма Исполкома в более отдаленные колхозы и

распределили закупочные функции между тремя караванщиками.

Израим не растерялся: взял себе два ближайших колхоза, а другие

десять (отдаленных) поручил остальным. Эти уехали сразу, а Израим еще

долго вился около нас, рассказывал о себе и заверял, что он-то все

достанет, все сделает.

16 августа. Караванщики с лошадьми запоздали и явились лишь к

вечеру. Они пригнали девять лошадей (вместо десяти). Болтунишка

Израим ничего не сделал. Выяснилось, что он даже не был в колхозах, хотя

уверял нас в обратном. Изобличив его во лжи, мы изгнали болтуна.

Обсудили положение и решили разделиться на две группы.

Поздно вечером, наконец, приехал Летавет со своими чадами.

Обгорели здорово, но на Каракольский пик так и не взошли. Пройдя

ущелье прямо на юг от Каракола, группа Летавета уперлась в цирк, явно не

имеющий прямого отношения к пику Каракольскому. Взошли на стену —

по их уверениям большой трудности (типа Безингийской) и

исключительной длины и лишь в конце примыкающей к пику.

Маршрут, увы, оказался труден и настолько длинен, что группа

решила вернуться.

19 августа. В шесть часов состоялся выход первой группы.

Виталий, прибывший накануне, и Миша остались ждать задержавшегося

караванщика Николая с лошадью.

Над хребтами густо клубятся облака. Бодро шагаем по дороге, за

нами девять лошадей и караванщики. Дорогой встретили знакомого

лесонадсмотрщика. Рассказал нам много интересного, и за разговорами

319

незаметно дошли до Ак-су.

После Ак-су начало темнеть. Ленц не растерялся и вспрыгнул в

первую проезжавшую бричку. К нему присоединился Гутман, а вскоре

прыгнул и я. Начал накрапывать дождь. Едва успел вытащить куртку,

пошел ливень. Тьма жуткая. Леонид сначала залез под мою куртку, потом

под куртку Ленца и, наконец, под широкую шинель Карибая. Дождь,

промочив нас до нитки, наконец стих.

Решили искать ночлег. Свернули влево, долго рыскали по арыкам и

кибиткам. Наконец въехали в какие-то ворота и встали. Разгрузили вещи.

Поставили палатку, оказавшуюся весьма просторной. Напились чаю и

залегли.

Как-то наши «рубашечники» устроились? Ведь вещей при себе у

них никаких нет.

20 августа. Утро опять очень хорошее. Поднялись не очень рано.

Пока привели лошадей, времени прошло много. Лишь в девять часов