Чтение онлайн

–  Ничего. В полете освежусь. Будем считать, что вопрос решен.

Голубов вызвал дежурного и приказал дать команду о подготовке истребителя к вылету. [169]

–  Кто пойдет вашим ведомым?
– спросил я командира.

–  Ни к чему он в таком полете.

–  Командиру полка летать одному не положено. К тому же пара будет видна на экране лучше, чем один самолет.

–  Что ж, вы правы. Беру нашего стажера майора Брыка.

С восходом солнца Голубов и Брык взлетели и с набором высоты пошли к фронту. Минут через десять из динамика донеслось:

–  «Гранит», я - «Орел-первый». Что на экране-то?

–  Вижу вас у ориентира «один». Высота - четыре тысячи метров.

–  Ишь, глазастый какой! Все верно!
– подтвердил Голубов.

Облет уже подходил к концу, когда оператор радиолокатора подозвал меня к экрану и, указав на светившуюся точку, сказал:

–  На экране новая цель.

–  Ее состав? Куда идет?

–  По-моему, три самолета. Курс - девяносто.

–  Штурман, цель на планшет, - приказал я и, взяв микрофон, передал Голубову обстановку: - В квадрате сорок пять - цель!

–  Иду наперехват. Наводите!

–  Удаление - двадцать. Курс - двести шестьдесят!

–  Вас понял. Выполняю!

–  «Первый», я - «Пятидесятый». Барахлит мотор, - доложил Брык.

–  Идите домой. Справлюсь один!
– распорядился Голубов.

Услышав этот разговор, я приказал дать сигнал на вылет дежурным самолетам, а в эфир передал:

–  «Первый», на помощь вам выпускаю дежурную пару!

В это время Голубов уже шел наперерез врагу. Внимательно осматривая горизонт, над которым уже поднялось солнце, он видел пока лишь розоватые облака. Утреннее небо было удивительно синим. И тут командир увидел «Юнкерс-88». Он шел под прикрытием двух Ме-109. Фашисты не заметили наш истребитель. Решение пришло мгновенно - первый удар нанести по ведущему пары «мессеров» сверху сзади. «Юнкерс» же далеко не уйдет.

–  «Гранит», цель вижу. Атакую!
– услышал я доклад командира. [170]

Маскируясь лучами солнца, Голубов занял выгодную позицию, бросил машину в атаку. И вот уже ничего не подозревавший «мессер» в прицеле. Враг шел спокойно. Голубов нажал гашетку. Точные пулеметно-пушечные очереди прошили Ме-109 насквозь. Он вспыхнул и начал падать. Было видно, как из кабины выбросился с парашютом фашистский летчик. Выполнив боевой разворот, командир полка ввел истребитель в предельно крутой вираж, чтобы атаковать другой «мессер», но тот удрал в сторону линии фронта.

Этот бой происходил над аэродромом полка, и все наши воины-авиаторы, наблюдая за ним, невольно восторгались мастерством командира.

–  Смотрите, «юнкерс» тоже дранануть собрался!

–  «Первый», «юнкерс» уходит на запад!
– передал я командиру.

–  Цель вижу. Буду атаковать!

Командир полка зашел со снижением в хвост «юнкерсу» и открыл огонь. Очередь и на этот раз не прошла мимо. У «юнкерса» задымил мотор. Экипаж врага отчаянно отстреливался. Было видно, как огненные трассы тянулись к «яку». Голубов выполнил вираж, быстро сблизился с врагом, снова открыл огонь. От «юнкерса» стали отлетать обрывки дюраля. Затем он завалился на крыло, вспыхнул и, разматывая борозду черного дыма, пошел к земле.

–  Еще одному фашисту каюк!
– выкрикнул кто-то из механиков.

Наблюдая за падавшим «юнкерсом», я потерял командира из виду. Он тоже молчал. Обеспокоенный этим, я спросил:

–  «Первый», вы слышите меня?

–  Слышу отлично. Подошли наши «яки». Уходим домой!

Пока подполковник Голубов находился в воздухе, к нам прибыли комдив генерал Г. Н. Захаров и штурман майор И. А. Заморин. Они слетали к месту приземления фашистского летчика - наши бойцы уже захватили его в плен - и доставили на КП. Захаров и Заморин были в комбинезонах, и пленный принял их, вероятно, за рядовых летчиков. Увидев же у меня погоны подполковника, пленный вытянулся передо мной, встал по команде «смирно».

Это был худой и высокий майор в мундире серого цвета. На груди чернели два креста. Матерый, видать, фашистский ас. Он был без головного убора. Длинные светлые волосы спадали на лоб, образуя челку, подобную той, [171] какую носил Гитлер. Он уставился на меня блекло-голубыми глазами, губы у него шевелились.

–  Ну что, отлетался?
– спросил я.
– Впрочем, для тебя это - аллес гут энде гут{4}.

Услышав немецкую поговорку, пленный оживился, громко ответил:

–  Яволь, гер оберст. Гитлер капут!

–  Ишь ты, понятливый какой!
– засмеялся К. Ф. Федоров.
– Тебе капут, а до Гитлера мы еще доберемся!

Услышав слово «капут», майор дрогнувшим голосом, путая немецкие и русские слова, залепетал:

–  Гер оберст, не надо капут. Не надо шиссен…

–  У нас пленных не расстреливают. Нихт шиссен гефанген. Ферштеен зи?

–  Яволь! Я понимайт. Данке шен… Благодарью!

–  Благодари наши советские законы. Где твой аэродром?

–  Бальбасоф, - показал он на своей карте.

–  Понятно, Болбасово, - поправил его Федоров и - ко мне: - Пора идти командира встречать. Он уже на посадку зашел.

Вместе с К. Ф. Федоровым я подошел к стоянке. А. Е. Голубов, заруливая «як», увидел нас из кабины и показал большой палец - у меня, дескать, все отлично. Как только истребитель остановился, я вскочил на крыло, наклонился к открытой кабине и обнял Анатолия Емельяновича:

–  С победой вас!

–  И я вас поздравляю, Федор Семенович!

–  Меня-то с чем?

–  С наведением на врага с помощью радиолокатора. Без этого я мог бы не обнаружить фашистов!

Майор Федоров поздравлял командира полка уже на земле.

Когда мы вошли в землянку, пленный вскочил, вытянулся, впился взглядом в мощную фигуру Голубова.

Генерал Захаров попросил меня:

–  Спросите этого фашиста, какие самолеты в Болбасово. Сколько их? Интересно, скажет он правду или нет?

Пленный, вопреки ожиданиям, начал отвечать с угодливой поспешностью. Он рассказал обо всем подробно. Потом генерал Захаров задал ему еще ряд вопросов и приказал [172] мне отправить фашистского летчика в штаб дивизии…

После полудня к нам прибыли командующий 1-й воздушной армией генерал М. М. Громов и его заместитель по политчасти генерал И. Г. Литвиненко. Мы построили полк для вручения боевых наград. Поздравив авиаторов с одержанными победами, командарм сказал:

–  Товарищи гвардейцы, командование фронта считает ваш полк одним из лучших среди истребительных авиационных полков фронта. Это вы блестяще подтвердили в воздушных боях и одержанных в них победах в последнее время. Особенно мне хотелось бы отметить вашего командира подполковника Голубова. Сегодня он у всех на виду продемонстрировал замечательные бойцовские качества… Равняйтесь на своего командира, действуйте так же решительно и смело, как он! Я с удовольствием отмечаю четкую организацию боевой работы и умелое управление истребителями с КП полка, высокое морально-политическое состояние и высокую выучку личного состава. Желаю вам новых боевых успехов и выражаю уверенность, что вы с честью справитесь с любыми задачами.