Чтение онлайн

Но и близкие люди ее любви не были лишены. Ромка Валенов, помимо того, что он любимый брат, был для нее ещё и близким другом, как и она для него. Естественно и в авантюре его любящей сестре пришлось принять участие. Оленька была в курсе планов Романа на самостоятельное путешествие, и она пообещала ему помочь убедить начальника доверить ему группу, но только после того, как он сам попробует поговорить с Куприяновым.

И вот, Куприянов зашел в офис… Злой, протопал в свой кабинет, сопровождая каждый шаг ворчанием на Валенова. Оленька, которая находилась в классе для лекций по горному туризму, хорошо его слышала.

– Ага, конечно, доверю я ему группу! Я ему кошку свою доверил однажды к ветеринару на стерилизацию отвезти, так он беременную её оттуда принес, а что будет с группой? Не будет на моем веку перевала, названного в честь погибшей группы Валенова! – фыркал Куприянов.

Девушка поняла, что брат все-таки решился на разговор и попытка была неудачной… Отработав с Куприяновым год, Оленька знала, когда у руководителя биологические часы останавливаются на отметке «спокойствие». К обеду пик эмоций спал. Начальник хорошо покушал, нагляделся на рыб в аквариуме и задремал. И тогда в дверь кабинета постучала Оленька. Прислушалась – босс похрапывает в кресле. Будить нельзя. Решила подойти позже, когда выспится и станет еще добрее. Только отошла от двери, как у начальства зазвонил телефон. Оленька приложила ухо к двери. Куприянов проснулся, принял вызов и, держа мобильник у уха, открыл дверь неожиданно для Оленьки. Поглядел с недоумением н адевушку, нажал кнопку и убрал телефон.

– Мебель привезли. А ты чего ушами дверь протираешь? – с подозрением прищурился Куприянов.

– Я поговорить с вами хотела – буркнула Оленька.

– Срочно? – спросил Куприянов.

– Срочно! Вы бы хоть извинились! Дверью чуть не убили меня! – возмутилась девушка.

– Нечего подслушивать… – холодно ответил тот. – Ладно, проходи в кабинет, сделай кофе, сейчас мебель занесут, вернусь, и поговорим, – решил Куприянов и вышел в коридор.

Кабинет Куприянова был выполнен в стиле «люблю отдыхать на работе, пока никто не видит». Окна выходили на солнечную сторону, потому внутри всегда было светло и тепло. Очень удобное большое кожаное кресло стояло далеко от стены, чтобы босс безбоязненно мог откинуть спинку и отправиться в страну грез. Или, когда, например, приходилось переписываться с клиентами и пиццу заказывать… В углу возле окна стоял небольшой диванчик, промятый в середине, видно было, что использовали его довольно часто. Рядом с рабочим столом находился большой аквариум с разноцветными рыбками. Плавала там даже парочка почти прозрачных. Куприянову нравилось после обеда наблюдать за ними, а некоторым из рыбешек, похоже, нравилось наблюдать за Куприяновым. Бывает, заходишь в кабинет и видишь, как сорокалетний директор фирмы и золотистая рыбка смотрят друг другу в глаза через стекло аквариума. Зато, каким бы злым Куприянов не был, после рыботерапии с ним можно было обсудить любой личный вопрос. Успокаивали его эти хладнокровные создания…

Оленька сварила кофе себе и боссу. Начальнику налила в его любимую кружку с зайцем в солнцезащитных очках и рюкзаком за спиной, который «цитировал» путешественника Конюхова «А чего дома-то сидеть?». И эту кружку она выронила из рук, запнувшись об один из множества проводов от компьютеров, сканеров, бытовой техники, змеящихся по полу. Кружка разбилась, кофе заляпал пол.

Повезло Оленьке только в одном – уборщица Петровна сегодня была на выходном, а то пришлось бы девушке из-за этого кофе мыть пол во всем здании. Почему? Ну, это же Петровна! Впрочем, о ней, несколько позже. Оленька пулей, как сквозь стены, улетела в подсобку за тряпкой, чтобы ликвидировать следы преступления. Ликвидировала. Теперь нужно было что-то сделать с кружкой, ведь если Куприянов узнает, что лишился любимой кружки, то вряд ли у нее получится его уговорить дать ее брату шанс. И тут ей пришла в голову идея… Новую мебель – столы и стулья носили в класс для лекций. Оленька собрала осколки и, пока Куприянов ругался с сотрудниками службы доставки по поводу цены, решила положить их на пол возле конторки, за которой он стоял, когда читал лекции. Куприянов выпустил гнев на, как он их называл «жуликов из доставки», и пошел к кабинету. Только приготовился открыть дверь, как из нее вышла Оленька с осколками кружки. От испуга девушка их выронила, расколов на еще более мелкие осколки. Закрыла глаза, приготовилась к тому, что сейчас выслушает от босса массу «красивых» слов. К удивлению Оленьки, Куприянов сдержал себя, прошел в кабинет и грустным голосом попросил убрать с его глаз это безобразие. Убрала. И вернулась в кабинет. Шеф посмотрел на нее, вздохнул и констатировал, что устал уже и ругаться и удивляться.

– Она просто выскользнула. Сама не понимаю, как это произошло, извините, – пролепетала Петроградская.

– Сразу видно, вы с Валеновым родственники. У того тоже все само собой происходит, – Куприянов сделал глоток кофе и рассказал о вчерашних приключениях брата, и, конечно, об его просьбе: – Заявил мне, что мечтает сам повести группу в поход! – босс фыркнул, взял пряник с чайного столика, откусил. И обратил внимание, как у его подчинённой забегали глазки. – Понятно, так ты об этом и хотела со мной поговорить? – скривил лицо Куприянов.

Оленька кивнула. Шеф уронил пряник в кофе в одноразовом стакане, попытался спасти его ложкой, но не успел, в кружке уже плескалась прянично-кофейная похлебка.

– Одни проблемы с вами, с валенками, – пробурчал Куприянов.

– Обидно… – протянула Оленька.

– Вам ли обижаться? В общем, Ольга, я не дам группу твоему брату, сколько бы вы оба не просили. Я ему не доверяю и больше чем уверен, он с группой сгинет где-нибудь в яме с медведем. Хотя, зная Валенова, медведь – слишком серьезный хищник. Он сгинет от лап белки. Да еще и какой-нибудь вымершей болезнью заразит себя и всех туристов. Браконьеров в лесу встретит, бабку Агапку и прочую нечисть. И что потом? Мне искать его идти? Службу спасения вызывать? А после читать заголовки в газетах: «Тайна перевала Валенова. Выживший, с Божьей помощью, от нападения грозной белки!» Нет, спасибо! Мне дорога моя репутация и жизни ни в чем не повинных людей! – завелся Куприянов.

Так говорил он еще минут десять. Сильно, красноречиво. Даже, когда употреблял ненормативную лексику. Затем выдохся и замолчал.

– Все сказали? – поинтересовалась Оленька.

Куприянов не ответил, взял стакан с жижей. Вышел из кабинета. Вернулся через несколько минут с пустой кружкой Оленьки, налил в нее чай и сделал глоток.

– Оля, я свой ответ дал. Валенов руководство группой не получит! – твердо сказал босс.

– Но… – начала Оленька, однако, Куприянов жестом остановил ее.

– Я все сказал! И говорить больше об этом не хочу. Иди работать! – снова вспыхнул начальник.

– Тогда информация о том, что вы скрываете часть своих доходов, попадет в нужные руки, – теперь вспыхнула и Оленька. Она решила идти до конца.

Куприянов выронил кружку с чаем из рук – кружка разбилась.

– Ты меня шантажировать вздумала? – взбунтовался шеф.

– Я просто хочу, чтобы вы на минуту перестали упрямиться и, хотя бы, выслушали меня! Вы не даете человеку шанса! Да, бывает, что он попадает в передряги, но ведь никто не идеален! Как скучную работу выполнить, которую вам лень делать, то сразу Роме Валенову звоните, а он, кстати, бесплатно вам помогает. А как позволить ему группу в несложный поход сопроводить, так вы ему не доверяете! Он живет этой мечтой, перекроете ему кислород, и он задохнется! Вся проблема в том, что вы не доверяете людям!

У Куприянова аж глаз задёргался от злости. Он прошёл к столу, сел в кресло, налил сто грамм коньяка, который хранил для особых случаев.

– Вы же не пьете! – удивилась Оленька.

– Когда в коллективе – детский сад, то рано или поздно сопьешься, – рявкнул босс, откинулся на спинку, уставился в потолок. – Ладно! Ох и пожалею я об этом… Соберу ему группу, поход будет без категории. А то, чувствую, ты мне в глотку зубами скоро вопьешься.

– Извините, – смутилась Оленька, девушке стало очень неудобно, что повысила голос на руководство.

– Маршрут выберу известный, где и другие группы часто ходят. Выдам спутниковый телефон… Еще несколько условий: ты убираешь осколки от кружки, которую я только что разбил, моешь пол и покупаешь мне точно такую же кружку, как разбила, с зайцем и цитатой Конюхова. Сделаешь – договоримся! – Куприянов посмотрел на Оленьку и хмыкнул.

Девушка стиснула зубы, покраснела и согласилась.

Тем временем…

Роман Александрович мчался к Куприянову. Он настолько глубоко погрузился в свои думы, что почти не следил за дорогой, и в какой-то момент чуть не въехал в бордюр. У обочины – огромная лужа. У лужи – парнишка с фотокамерой. Да, день у фотографа сегодня не задался – Валенов облил его с ног до головы.

Остановимся на парнишке с камерой, это тоже важно! Его зовут Сергей Эдкевич. Вечно взъерошенный высокий парень с русыми волосами. В данный момент был одет в белую футболку с рисунком волка и зайца из мультфильма «Ну, погоди!», черную кофту на замке с капюшоном, белые кроссовки на черной подошве и широкие джинсы. Его хобби – фотография. С самого детства он мечтал стать знаменитым фотографом. Но как бы он не старался, его творчество, увы, не пользовалось популярностью. Родители считали, что сын страдает ерундой, друзья уговаривали, чтобы он занимался корпоративными съемками, свадьбами, зарабатывая на жизнь, пока учится в университете. Но для Эдкевича, творческой натуры, «быть, как все» – это не победа. Он считал, что сфотографировать толпу пьяных и веселых людей может каждый, а сделать фото коробки спичек так, что фотографией можно будет любоваться вечно – это искусство. Эдкевич стремился к совершенству…