Чтение онлайн

— Что это? — Возмутилась, смотря на девицу, предположила, это Натали Портман.

— Что?

— Просто, я так полагаю, ты уберёшь эти плакаты? — Приказала Диана.

— А чё так? Не нравятся? — Улыбнулся уголком рта, подсел к Диане.

— Мало ли что ты с ними делаешь, когда один, может я хочу, чтобы у моего парня висела я, а не какая-то там. Кто это вообще?

— Кира Найтли! — Гордился Алан, Диана ударила его по животу.

— Ты их ещё знаешь? — Она замахивалась снова, Алан схватил её хрупкие ручки.

Схватились, точнее переплелись руками. Алан наклонился и поцеловал в лоб Диану. Обхватив руками голову Алана, Диана поцеловала его в губы, ответный поцелуй продолжался дольше в конце с языком, на что она неожиданно оторвалась. Сжал её руки, затем наклонялся к ней всем своим телом, стал целовать шею, потом ниже… ниже. Тихое: «Нет. Хватит.» от Дианы еле слышно, Алан услышал, перестал, сел напротив. Сидели молча, слышно тиканье часов, проезжавшие машины.

— Твои родители долго работают? — Спросила Диана. — Просто ты сказал, что они придут.

— Он. — Перебил Алан. — Он… у меня, нет мамы.

— Прости… прости… — Гладила руки Алана, извинялась. — Я не знала. Я думала, может быть это не правда, когда мне говорила Кайла… прости.

— Не надо… — Грубо отрезал Алан, выхватив свои руки от Дианиных объятий. Потирал глаза, упёршись локтями в колени. — Ничего… я… как сказать. Мой отец постоянно пьёт… и сейчас, наверное, тоже… это из-за мамы… я его ненавижу… он настолько мерзкий… пропивает всё… из-за него постоянно нет денег… я даже думаю сбежать из дома… от него.

«Думаю, не нужно говорить, что творилось в голове у меня в тот день. Для меня слово «отец» чистое, доброе, любимое, теперь узнала, насколько это слово может быть отвратительным и мерзким». Она схватила руки Алана, гладила холодные пальцы. Не знали о чём говорить в таком случае, особенно Диана, глядящая в пыльное окно, за которым падал снег.

Не сказать, что они сидели ещё очень долго, часа два точно просидели, всё на грубой кровати Алана. Диана фотографировала себя, да его, а потом и вместе с ним. Теперь главной фотографией на странице в ВК у Дианы они, сидящие в обнимку, влюблённые. Цитаты про любовь висели на стене у Дианы, и у Алана тоже. «Неужели он влюбился? Нет! Просто в наше время так «встречаются». А где стихи, где песни о любви, как раньше. А что нам раньше! Давно прошли те времена, а разве вы хоть раз делали подобное? Пели своим любимым, сочиняли им стихи? А вы хотя бы любили?…». Так! Мы отвлеклись, читатель.

Отец Алана не пришёл. Не придёт, пожалуй, до утра. Темно на улице. Автобусы, по расписанию, в такое время не ходят. Мороз. Не знаю, как Алан сумел проводить Диану до её улицы, а после дойти до своей кровати, наверное — подвиг. По пути Диана душевно болтала с ним, рассказывая недавние секреты, тайны и одни случаи, однажды с ней произошедшие. Не увидела она в нём того «извращенца», хотя он всей натурой такой, не увидела «мерзавца», хотя правда — таким был; увидела в нём искренность, доброту и доверие с открытостью, как говорила Мария Викторовна, а это многое значит. «Да, всё же человек сложная штука, внешне он бывает один, а внутри другим». Под падающим светом яркого фонаря, стояли наши влюблённые, под ним сердце билось чаще, не хотелось отпускать друг друга. Прощальный поцелуй короткий, Диана уходила, жаждала пойти обратно с мыслями: «Это не всё! Нет! Это не может быть всё!».

Хлопнула дверь в доме, мама Дианы успокоилась: дочь дома и с ней ничего не случится. «Ох, как переживают мамы, если их дети уходят, даже ненадолго, если всё хорошо, как они переживают. Любовь материнскую так не понимают дети». Тётя Ира сидела на кухне за столом, под светом люстры, вглядываясь в страницы книг, перечитывала эту книгу пятый раз, а всё заново понимала смысл. Снимая старые очки с глаз, мать боком видела подходящую Диану, поцеловавшую её в щеку.

— Опять поздно? — Спросила мать, закрывая книгу, глядела Диане в глаза.

— Просто, автобусы не ездили, и мы забыли.

— Я всё удивляюсь, — смеялась мать. — В ваше время у вас есть: интернет, часы, связь. А ты мне говоришь, что не успели на автобус. Ладно, иди. — Мама тоже поцеловала Диану в щеку.

У Дианы в комнате холодно, отопление ничуть не помогло согреться. Накинув на себя плед, что подарила мама на день всех влюблённых, сидела за столом, делала уроки. «…а в десятом классе уроки сложные, да ещё параграфы учебников, которые написаны сложным научным текстом, вот и попробуй выучить его на завтра. Уроки всегда — стресс, нервы, но министерство образования ничуть не смущает этот факт, впрочем, как и всегда». Одновременно записывая предложения в тетрадь, Диана получала сообщения от Алана: «Как дошла?», «Всё ли хорошо?», «Что завтра будем делать?». Она отвечала на вопросы и писала в тетрадь, но опять! Ошибки! Диана не замечает, невнимательно списывая, отвлекаясь на Алана. И снова будет тройка за грамотность.

«Когда тебе пишет любимый человек, то спать не хочется, точнее глаза закрываются, а ты насильно заставляешь себя не спать». Она не спала аж до двух ночи, увлёкшись перепиской с Аланом. Привычка Дианы: всегда отвечать на любое сообщение, привела к бессонным ночам, не уж то «подвиг»? А в прочем, как обычно.

Шли дни, недели, день становился меньше, а ночь захватывала больше цифр на часах. Каждый день Диана меньше стеснялась Алана, больше привыкала к нему, он иногда пользовался этим, лишний раз целуя или трогая её. С ними часто гуляла Нина. Диане казалось она так странно смотрит на Алана, ревность? Быть может. Нина всегда могла разрядить обстановку, рассказав историю из жизни или тупой, по мнению Алана, анекдот. А с кем ещё Нине гулять? Друзей у неё кроме Дианы нет, как таковых, поэтому спокойно влилась к ним.

Много раз Алан уходил, не предупреждая Диану, к пацанам. Не ругалась она, знала: от них отгородить ей не удастся. Пацаны шутят про Алана частенько, как никогда раньше. Алан не молчит, говорит, что: «Втащу! Если не заткнёшься!». Большинство слушало, боялось, но не так сильно, как, например, Хантера, Алан тоже показывал не шуточные «бои без правил», когда дрался на стрелах. Вот так он заработал уважение среди друзей.

Часто Диана занималась у Эдда, больше отставала в программе, теперь и русский больше всех. Знал, куда ходит Диана, с кем она занимается, то Алан, конечно ревновал! Эдвард пускал и его домой, а он только и лежал у Эдда на кровати, мешая заниматься, включал постоянно свою противную, по мнению Эдда, музыку. С Дианой Эдд не общался, да и не виделись они уж часто, как раньше. А как странно! Но совсем предсказуемо.

3

«Не сказать, что что-то изменилось за недели. Скоро «Новый год», а это, между прочим, один из самых важных праздников, самый знаменательный и долгожданный, надеясь на новое, а оказывается тоже самое с надеждой на «новый»».

Ёлка, а что ещё по-вашему должно быть на канун такого праздника? Дед мороз? — «сказка» — скажут многие, не будем об этом.

Сверкали шары, мишура переливалась под лучами люстры, надевая на искусственную, двухметровую, пышную ёлку всё больше украшений, Диана поправляла волосы, и маленькими ручками пыталась зацепить стеклянный шар на пустую ветку. Встревоженный голос Алана, стоящего в коридоре у входной двери, записывал очередное голосовое сообщение своим друзьям, слышан на весь дом. Коробки, разбросанные под ногами Дианы, пустели, казалось всё — украсили ёлку. Сверкнуло далёкое детство, когда Диана украшала её вместе с папой. Алан прокрался к ней сзади, плотно обнял её.

Мама разбиралась в доме, выкидывая ненужные вещи или разбирая старые. Она то и дело быстро проходила мимо них, смотрящих на ёлку.

— Вы всё? — Сказала тётя Ира, держа в руках старые тряпки.

— Да. — Ответила Диана.

— Алан, можешь мне помочь перетащить коробки; я одна такую тяжесть не смогу унести.

— Да, хорошо.

Улыбаясь, говоря в стену: «Какой хороший мальчик», мама и Алан отправились в спальню. Много коробок, больших и маленьких, откуда столько взялось вещей?