Чтение онлайн

Шестой класс, май. Кайла сидит перед окном, тёплые лучи греют голову, не хочется учится. Рада новым, первым в её жизни iPhone 5; папа где-то достал по дешевке. Памяти много, фоткается каждые минут 15, не может налюбоваться.

— Пошли в класс, — подсаживается Нина к Кайле, — опять ты с ним?

— Давай фото?

— Слушай, я сейчас не красивая… — Нина поправляет волосы, улыбается в камеру. «Щёлк». — Дай поглядеть… скинешь мне в ВК.

— А где Люси?

— Я не знаю где Люси, но, говорят, она договорилась встретиться с Аланом в эту перемену.

— Она за ним теперь постоянно бегать будет. Не удивлюсь, если они будут встречаться.

— Не удивлюсь, если они уже целуются. — Смеялась Нина. — Знаешь, на прошлой недели мы гуляли втроём: я, Люси, Алан, он даже взял её за руку, а они не встречаются. Не знаю, что у них творится.

— Пускай делают всё что хотят, мне-то как-то.

— Пошлиии… — Нина схватила Кайлу за руку, шли на второй этаж.

На лестнице Кайле написал Алан в сообщении. «Иди, я догоню.» — говорила вслед Нине, та вздохнула обиженно шла, скрылась на втором этаже. «Ну же отправляйся, ничего не ловит!» — под нос фыркала она. На лестнице толпа младших школьников, толкаются, не пройти.

— Ну ты чего? Иди ко мне. — Сказал за спиной голос незнакомого парня, силой повернул Кайлу к себе. Моментом, закрывая глаза, не понимая с кем, целует её в губы в засос.

Что она чувствовала сейчас? «Отвращение?», спросите вы меня. Нет, парень, правда, целоваться умел. Но дело в том, что это был её первый поцелуй в жизни. Она мечтала, как её поцелует в первый раз парень, любимый, которого знает наизусть и готова поцеловаться, под луну, под звёзды. Если б знала, что этот поцелуй поменяет её жизнь радикально, то оттолкнула бы того парня подальше и со всей силы.

— Ты… я… не… — Пытался выговорить парень, открыв глаза после длительного поцелуя. — Это, ха, ты… не подумай ни чего… прости, ха, я тебя спутал с одной девчонкой. — Ушел, Кайла не двигалась, опустила глаза на ступеньки, не спеша шла по ним вниз.

Просидела у раздевалки на мягком стуле всю перемену. На уроке, сидя с Ниной не говорила ни слова (не похоже на неё, постоянно говорит, тихо подшучивает). «Всё в порядке? — Шепнула Нина, — ты вся бледная… эй! Ты слышишь?». «Что? — Очнулась Кайла. — Ах, да… всё в порядке» — Фальшиво улыбнулась, никогда так не улыбалась.

Следующую перемену сидела у раздевалки там же, одна. Одна девочка из седьмого класса странно смотрела на Кайлу, словно узнала что-то, поспешила на второй этаж. «Как я могла? — тёрла глаза, сидя на стуле, — кто он такой вообще? Я могла оттолкнуть его, сказать хоть что-то, а могла ли?… Ничего я не могла». Неспеша встала, шла в туалет. По коридору второго этажа гневно оглядывая всех шла та девочка, на этот раз с подружкой. Заметив, как Кайла зашла в туалет, зашли тоже. Ждали у входа.

— Стой, подруга, ты никуда не идёшь! — Объявила девочка из восьмого класса, очень похожи друг на друга внешне со стороны, Кайла раз с ней гуляла. Толкали Кайлу назад к кабинкам. — Алён, что ты видела на прошлой перемене?

— Как она целовалась с Глебом, долго и смачно, знаешь, как на них пялились учителя? — Говорила Алёна, посмеиваясь местами.

Сильная пощёчина прилетела Кайле, отпечатком на щеке, от девочки-восьмиклассницы. Кайла держалась за щеку, кружилась голова.

— Мне, конечно, говорили, что мой парень мне изменяет, но чтоб с малолетками, при всех. А ты, тварь. — Схватила Кайлу за волосы, та айкнула громко. — Пошли со мной.

— Может не надо? Ты и так уже… — Боялась Алёна.

— Замолчи! — Зашла в кабинку, держа Кайлу за волосы. — Знаешь кто ты? — Обращалась к Кайле. — Ты шлюха, самая настоящая, знаешь, даже я порой стесняюсь целоваться с моим парнем при всех, а ты, я гляжу, без комплексов. И это мой парень, поняла? — Сжимает волосы сильно. «Отпусти… прош…» — умоляла Кайла. — Нет, не сейчас… Алён, дай маркер, которым мы писали вчера. — Красивым почерком написала «шлюха», «давалка». — Как же тебя зовут? Дай-ка вспомню… ах, да… Кайла… проститутское имя, согласись? — Обратилась к кивающей Алёне. Написала «Кайла». — Это ты. Смотри на себя. Нравится? Лучше, чем целоваться с чужими парнями? — Кайла рыдала: «Я больше не буду! Отпусти!». — Подруга, ты поняла свою вину? Поняла зачем всё это, зачем ты здесь?

— Да… — Шепнула Кайла.

— Не слышу!

— Да!

— Так почему ты здесь? — Спрашивала снова восьмиклассница, мёртвой хваткой вцепилась в волосы Кайлы. — Говори!

— Пото… потому… потому что я… я шлюха. — Захлёбывалась в слезах Кайла.

— Кто ты?

— Я шлюха…

Отпустила волосы, посмотрев с высока, ушли. Кайла на перегородке, поглядывая на чёрную надпись, стирала ногтями, ничего, всё так же. Подошла к раковине, умылась, схватила сумку, села на свободную скамью. Теперь она ничего не чувствовала, это пустота, тьма. С этой мысли всё и началось. Даже не услышала звонок на урок.

В столовой, сидя с Ниной, посматривала на того парня, сломавшего ей жизнь, дав начало «новой» совершенно другой жизни. Парень лыбился, пару раз подмигнул Кайле, смотрящей куда-то в глубь его глаз.

Сидит на том же месте в столовой, смотрит, в надежде увидеть того парня. Смотрит на Эдварда. Он улыбнулся, на душе стало малость приятней, светлее, но мысли о том парне рушат всё, даже сверкающую радость, сменяющуюся на пополам с грустью. Кайла не ест, ковыряется в еде.

— В буфете ничего нет, надо было на третьей перемене идти. — Сказала Дарья, садится напротив Кайлы, держит в руках стакан с чаем. — Ты сегодня какая-то… грустная. Что-то случилось?

— Нет, просто, я вспомнила кое-что, да так неважно.

— Что ты вспомнила?

— Я же говорю: неважно! — Кайла сорвалась с места, напугав Дарью.

— Хорошо, хорошо… окей, можешь не говорить. Подожди я чай допью.

«Неважно, что вы чувствуйте или испытывайте, важнее, что вы делайте со своими чувствами или переживаниями. Иногда люди прячут свои чувства, иногда показывают, некоторые дают повод для «нового», списывая всё на чувства; Кайла поступила так».

У неё руки дрожали, терялись чувства. Относя полную тарелку, у стола перед уборщицей, уронила её на пол. Большая половина столовой смотрела на Кайлу; мигом ушла, прихватив сумку. Дарья поспешила за подругой вслед. У неё кудрявые, светлые волосы (ненавидела их хотела выпрямить), у ней странная фигура первым разом может показаться, что Дарья полная, но так кажется, она весьма увесистая при своём большом росте, у неё нет лишних килограммов.

Кайла в туалете, свернула на право идя по коридору, Дарья заметила. Всё на том же проклятом месте, рыдала в руку. Дарья слышала шмыганье, истерику, доносившиеся из кабинки по середине. Она легко постучалась в дверцу. Кайла замолчала.

— Что с тобой? — Начала спокойно, слегка напугано, Дарья.

Кайла убрала руку, смотрела в пол, продолжала молчать.

— Пожалуйста, скажи… Ладно, я пойду… Прости, если что-то не так.

— Стой. — Вздрагивающе произнесла Кайла. — Я… это сложно, кажется, не забуду больше. Эти воспоминания, они сжирают меня. Они не останавливаются. Это невозможно. Мне очень сложно, правда, не могу… держать в себе. — Слёзы рвутся, на этот раз не закрывает рукой. Выходит из кабинки.

— Прости. — Извиняется Дарья. — Иди ко мне. — Обнимаются, крепко. Действует успокоительным. Истерика прекратилась. — Всё хорошо? — Кайла кивает. — Пойдём, не нужно больше ходить сюда, плохое место. «Отвратительное» — Дарья произнесла картавив. — Картавили вместе до пятого класса, помнишь? Думали, что всю жизнь будем картавить. — Кайла улыбнулась искренне, душевно. — Нам тогда моя мама говорила: «Будите жить во Франции», типа, там одни картавые: Лямур, бонжур, тужур. А помнишь, как следили за Димой Смирницким из одиннадцатого, мы тогда, кажется, в шестом классе были. Шли мы по переулку, видим он идёт. Мы такие раз за дерево, и так шли за ним всю дорогу. Он повернётся, мы спрячемся. Боже, до сих пор его помню. Думали «любовь до гроба».