Чтение онлайн

Нависнув над Главой, неуверенно поднявшимся с места, чтобы хоть немного уменьшить их с гостем разницу в росте, одноглазый наконец заговорил:

— Я освободил вам более подобающее место.

Глава покосился на опустевшее кресло незадачливого беглеца, перевёл взгляд на нависнувшего над ним гостя, нервно сглотнув. Про немалый рост арий ходили легенды, но пересекаться с ними доводилось столь редко, что это вылетало из памяти.

— Пустите?

— Ах да, — хмыкнул одноглазый, немного отступив в сторону, улыбнувшись, словно бы явился на обычнейший званый ужин.

Глава тут же поспешил к освободившемуся месту, сумев заметить некоторую угловатость в движениях гостя, когда тот, слегка поморщившись, опустился в кресло во главе стола, поняв, что даже для кого-то вроде него две смерти не могли пройти бесследно. Да и как бы плотно ни прилегал к шее одноглазого высокий ворот его красной рубахи, от главы не скрылось, что на том самом месте, где Сэрба отрубила голову их гостю, остался след, от которого по коже расползались трещины. Осмелившись посчитать, что Оргос не так уж и сильно заблуждался, что Экор не так страшен, как его представляют, велел:

— Опустите купол.

Только хранитель, сидевший ближе всех к шкатулке, привстал со своего места. Одноглазый негромко, но настойчиво прохрипел:

— Не надо, — тут же протянутая рука хранителя осыпалась прахом, опустевший рукав тут же повис бесформенной тряпкой, а бывший Глава издал невнятное мычание, выплюнул ошмёток чего-то кровавого, принявшись вытирать лицо рукавами, продолжая то ли мычать, то ли вопить, поглядывая в страхе на одноглазого, который сидел с видом, словно бы ничего не произошло и не произносил заклинания! У наблюдавшего за всем этим Оргоса закралось подозрение, что колдовал вовсе и не их гость. Он постарался незаметно оглянуться, выискивая, где мог затаиться тот, кто стал бы разгадкой всех фокусов. В конце он перевёл взгляд на одноглазого, и тот ухмыльнулся, словно бы отвечая на мысли хранителя.

— Ну что же, приступим наконец к заседанию. Я немного опоздал, ну да мне простительно, меня ведь никто не предупредил, — одноглазый непринуждённо провёл ладонью по лицу, как бы смахивая накопившуюся усталость. — Мне нужны ваши планеты. Передайте права на хранение мне, и мы больше с вами никогда не увидимся, — говорил он неспешно и очень тихо, почти шёпотом, заставляя всех присутствовавших затаив дыхание ловить каждое слово.

— А если нет? — поинтересовалась девушка, подававшая Оргосу стакан воды.

В ответ одноглазый лишь улыбнулся, очень нехорошо улыбнулся, продемонстрировав острые зубы, походившие на клыки хищного зверя.

— Ладно, тебе же нужны только планеты из центров? — нервно сглотнув, продолжила уточнять хранительница.

— Все.

Девушка, поднявшись со своего места, подошла к началу стола, процокав каблучками по каменному полу, хмыкнула:

— Ну, забирай.

По лицу одноглазого расползалась кривоватая ухмылка. Хранительница вздрогнула, ощутив, что лишилась чего-то незаметного, но столь для неё необходимого. Тело стало вдруг неподъёмным, от слабости она пошатнулась и упала бы, если бы не сильные руки одноглазого, придержавшие её. Взвизгнув от неожиданности, девушка перевела взгляд на лицо нового владельца всего, что некогда имела она, поморщившись от неизменной кривой улыбки, из-за которой сероватая кожа, выступавшая из-под маски, неестественно натягивалась. Наконец сумев вернуть равновесие, она опасливо положила свою ладонь на ладонь гостя, от чего тот выпустил её без всяких возражений.

Направившись к выходу, девушка поинтересовалась:

— Теперь прощайте?

Странно цокнув, опустив уголком губ, растянутых в улыбке, одноглазый посоветовал:

— Останьтесь. Видя ваш пример, прочие будут решительнее.

Поморщившись, девушка опустилась обратно на своё место, выжидательно уставившись на прочих хранителей, постепенно осмелевших, пусть неохотно, но поочерёдно отказывавшихся от своих звёзд и планет. Только хранитель, ставший по воле Экора одноруким, когда до него дошла очередь, надменно хмыкнул, придерживая болтающийся рукав:

— А вот нет. Что ты сделаешь, убьёшь? Ну так давай, я стану низшим и вернусь за твоей головой.

Одноглазый понимающе кивнул. Тело хранителя немыслимо выгнулось, он завопил от пронизывающей боли, начав иссыхаться. Светлая кожа чернела, натягиваясь на каркас. Вопль вскоре стих, обратившись в невнятный хрип, как показалось собравшимся, продолжавшийся даже когда его фэтэ рассыпалось прахом, смешавшимся с пылью на полу.

— Мне не важно, при каких обстоятельствах будет расторгнут ваш контракт.

Больше желавших отомстить в следующей жизни не нашлось.

Оргос тяжело вздохнув, перед тем как отказаться от всех своих контрактов, проговорил:

— На планете, что носит тоже моё имя, мы с Ар проводили эксперимент. Прошу, только не трогать эту планету, позволить ей развиваться в своём темпе, не хочу расстраивать Ар.

Одноглазый кивнул:

— Обещаю не влиять на ход истории Оргоса. Ну а теперь, прощайте.

Но, несмотря на его позволение, никто из столь стремившихся уйти хранителей не двинулся с места. Просто не смог, ведь некому было уходить.

В конце хода Ар, Мира и Зингера собрались в библиотеке. За время обучения это стало их нерушимой традицией.

Мира, приобняв подруг за плечи и лучась счастливой улыбкой, поинтересовалась:

— Ну что, каково это — чувствовать себя выпускницами? Завтра бал, нам дадут дипломы, и дальше — приветствую, взрослая жизнь! Вы уже приготовили платья? Если нет, то у нас ещё вся ночь впереди, найдём парочку портных, хоть из той же Империи.

Переглянувшись, Ар с Зингерой отрицательно мотнули головой, не сговариваясь, пробурчав, что не пойдут на выпускной бал. Мира, отчего-то сразу же поубавив энтузиазма, обошла круглый читальный столик и опустилась в кресло напротив подруг:

— Ну, рассказывайте, дорогие мои, — тон её оказался невообразимо серьёзным, словно бы это была вовсе и не Мира, так знакомая Ар и Зингере беззаботная веселушка.

Ар, кивнув на хранительницу, предложила Зингере высказаться первой. По лицу арии, ставшему в последний сезон почти неотличимым от застывшей безэмоциональной маски, скользнула слабая полуулыбка, которую Зингера поначалу приняла за насмешку, но лишь потом припомнила, что подруга, в те времена, когда ещё называла себя Эктори, улыбалась, когда вскрывалось нечто интересное, и оказывалось, что она и так уже всё знает. Похоже, ария всё же осталась прежней, это радовало…

— Да, проблемы у меня. И для меня выпускной — это не «прощай, ученическая жизнь», а «прощай, жизнь вообще».

— Мы можем как-то помочь? — обеспокоенно всплеснув руками, воскликнула Мира.

— Только если перепишете законы мироздания.

Ар издала задумчивое «Хм-м», заговорив:

— Кстати, об этом я и не думала даже. Я обещаю найти способ и успеть до тех пор, пока не станет поздно. Постарайся не слиться с этим миром до моего возвращения, это ведь ждёт вас в финале?

— Ладно, — буркнула Зингера, всё же решив не скрывать благодарности, добавила уже куда менее резко: — Пойми, это действительно даёт мне веру в лучшее. Понимаю, что если за дело берётся кто-то вроде тебя, можно и законы бытия переписать. И не злись на меня, я всё же не хотела заключать этого проклятого контракта, только не с тобой.