Чтение онлайн

Стоит напомнить читателям, что для упрощения рассказа одинаковые термины и понятия мы иногда используем для весьма различающихся во времени явлений. Когда большинство слышит или говорит «империя», то перед глазами предстают большие территориальные образования, объединяющие множество народов с единым центром власти. Практически все империи описываются нами через образ Российской империи, знакомый по школьным учебникам истории. У западного же общества эталон другой — мифологизированные и идеализированные представления о Риме.

Например, римская система Диоклетиана (про предыдущий период даже не говорим) с соправителями и меняющимися границами влияния между ними — в современных терминах есть перманентная узаконенная гражданская война, а для того периода — норма. И таких примеров множество, не говоря уже о дошедших до нас, записанных Плутархом законах Спарты, способных привести большинство современных читателей в шок[20].

Античные политеистические империи не испытывали сложности с сетевой компонентой. У каждой территории/племени были свои боги, объединение территорий/племен вело к формированию пантеона. Бог главного племени считался верховным — первым среди равных, как и признающий его народ. Переход территорий между античными империями, их формирование и распад (посмотрите на карусель античных империй и царств Ближнего Востока) шел непрерывно.

Рим столетиями жил по этим принципам — провинции, округа и отдельные города сохраняли свои традиции и идентичности. Военной силы и экономической связанности было уже недостаточно, чтобы противостоять центробежным тенденциям, идентичность римлянина и галла или грека противоречили друг другу, они были одного порядка. Рим при Константине был очень неустойчив и стоял на развилке — гибель или обретение общей связанности, которую смогло дать лишь христианство как религия без политической родины.

Первым в мире явлением империи суши стало перерождение Римской империи в Ромейскую, что началось с победы Константина Великого в битве у Мильвийского моста в 312 г. Можно сколь угодно много говорить о религиозной стороне, но Константин продолжал быть великим понтификом римского государственного культа вплоть до своего крещения в 336 г., совершенного практически перед его смертью (337). Сие таинство крещения произошло много позже Миланского эдикта (313), Никейского собора (325) и основных реформ в государстве, главным инициатором и интересантом которых он и был[21].

Срок жизни античного Рима завершался, но умирать он не хотел, пытаясь облечься в новую форму. Обретение народами самоосознания и их усиление требовало появления общей идентичности, которая бы позволяла одновременно быть эллином и римлянином, свободным и рабом и т. д. Константин Великий запустил процесс пересборки Рима. Этот путь превратил Вечный город в Ромейскую империю со столицей в Константинополе, переселением туда высокопоставленных граждан, переносом памятников и захватом бывшей столицы варварами.

Античный мир отмирал, уходил в прошлое, племенные союзы варваров становились народами, полупустые буферные территории между государствами исчезали, а сами государства превращались в державы суши, в носителей будущего принципа «кровь и почва».

Таким образом, мы видим, что античные политеистические империи изначально обладали высокой сетевой составляющей, но были слабо привязаны к территории. Исчезновение буферных пространств между государствами и преобразование племенных союзов варваров/кочевников в народы усиливало элементы суши у государств и тем самым играло на уничтожение античного мира. Ощущая приближающуюся катастрофу и закат Римской империи, Константин Великий запустил процесс преобразования, создав первую в мире империю суши — Ромейскую империю.

Когда удерживать единство многонациональных империй за счет военной силы и/или экономики не получается, на сцену выходят психоисторические смыслы.

Христианство в качестве скрепляющей основы стало главной идентификацией граждан. Собственно, это и было прологом к закату античного мира, что, однако, не помешало очень богатой и развитой территории вплоть до XVIII в. сохранять у себя античность и не переходить в средневековье.

2.5. Три сценария появления империй суши

При изучении империй суши есть соблазн в качестве первой империи суши рассматривать Персию Ахеменидов (705-330 гг. до н. э.), но не будем ему поддаваться. Зороастризм большую часть данного периода был политеистическим и не был при этом основой, скрепляющим механизмом, что более характерно для периода Сасанидов (226-651). Полученная прививка имперского духа, сетевые принципы, была так сильна, что сохранялась в течение нескольких столетий, когда по данной территории, пытаясь навязать свою культуру, топтался кто ни попадя (арабы, тюрки, монголы). Провозглашение шиизма государственной религией при Исмаиле I стало скрепляющим элементом и сегрегирующим фактором, что и позволяет говорить о современном Иране как об империи суши.

Третьей державой, что пошла путем качественного изменения, перерождения от принципов античности, стала Индия. Элементы империи суши, как и явная сетевая составляющая / региональная проектность (индуизм и др.), уходят здесь в историю довольно глубоко, но полноценной державы суши все-таки не получилось. Этот субконтинент так и продолжал жить на принципах античности на 1500 лет дольше окрестных земель. Переход от античности к капитализму — это очень красивый сюжет.

Множество враждующих султанатов и княжеств не формировали из Индии единую державу. Регулярные захваты кочевников из Центральной Азии приводили к образованию чужеродных объединений, а внутренние интеграционные процессы были недолговечными. Скажем спасибо Британии за то, что помогла Индии в XIX-XX вв. объединиться и практически стать империей суши. Дело осталось за малым — создать признаваемый большей частью индийского общества механизм прозелитизма. Отрадно, что островитяне хоть кому-то на планете принесли реальную пользу.

Итак, Второй Рим, Персия и Индия пошли одним путем, но есть и второй путь, что дал миру Россию/ СССР, Османскую империю и Иран (рис. 13). Причем только Россия стала империей суши на территории, где до этого не было античных империй и традиций. Рассмотрим сочетание факторов, способствовавших этому:

1. Наличие державы суши на средних по богатству и развитию территориях.

2. Захват этих территорий кочевниками (лучшими носителями сетевой традиции, т. е. политеистами).

3. Привнесение «традиций степей» в завоеванную культуру.

4. Исчезновение кочевников (ассимиляция, уничтожение, полное смешение).

5. Формирование региональной/глобальной про-ектности с центром на данной территории.

Сочетание выходит крайне редкое. Если, к примеру, не выполняется первый пункт, то получаем или разоренные кочевниками земли, или как в Китае, где Поднебесная, оставаясь державой суши, несколько тысячелетий переваривала кочевников-завоевателей.

Долгие столетия кочевники были единственным источником получения народами сетевой прививки — Русь, Венгрия, Булгария и множество других завоеваний язычниками-монголами, тюрками, а ранее и арийцами. Только срок действия прививки оказывался не очень большим, врожденный иммунитет державы суши хорошо справляется с такой хворью.