Чтение онлайн

В итоге Испанская империя была типичной сухопутной державой, со слабой имперской, то есть сетевой компонентой. Неудивительно, что имперских элит там не осталось.

Большие проблемы в этом плане у Турции — не может имперская, сетевая в своей основе элита, допускать этнических геноцидов. Создав национальное государство (курды — неизвестный народ и др.), они практически закрыли себе перспективы возрождения империи, оставшиеся осколки и реликты слабы.

В этом плане интересен конфликт на бывшей Украине, где против нас также применили сетевой подход — меняя психоисторические смыслы, Австро-Венгрия также была империей и оставила нам свои закладки. Не лишним будет повторить в очередной раз — с Украины нам нужны люди, а антропологические пустоши мы заберем немногим позже. После утраты Крыма эти территории потеряли всякие шансы на экономическую, политическую и смысловую самостоятельность и будущее.

В этом плане велик риск для Казахстана и других стран Средней Азии: перебазирование боевиков из Сирии и Афганистана в пустынные районы и вдоль восточного берега Каспия полностью перечеркнет и так небольшие перспективы региона, отбрасывая его обратно в состояние Чагатайского улуса.

1.7. Геостратегические вызовы

Описанное выше разделение стран/государств/держав на три типа, исходя из предрасположенности к определенному типу войны, актуально для настоящего времени, но перестанет таким быть в будущем для претендующих на значительный суверенитет. Геополитическому игроку необходимо владеть ресурсами для ведения всех трех типов войн, что способствует унификации.

Геополитический игрок будущего будет сочетать в себе черты континентальной, морской и сетевой державы, чем естественнее и органичнее это будет, тем лучше для его будущего. Попытки строить долгосрочное доминирование на одном типе ресурса обречены на провал.

В этой логике совсем по-другому раскроется стратегии России, включающие в себя развитие морского (торгового) направления и идеологии/религии (психоисторических смыслов). Это не волюнтаризм автора, а насущное требование будущего мира. Если вам говорят, мы исключительно континентальная многокультурная (читай безыдеоло-гическая) держава и нам не нужны ни флот, ни идеология, это или вредитель, или не очень знающий человек.

Как формально выделить потенциальные панрегионы? Надо взять физическую, экономическую и этнокультурную карты и совмещать их в поисках устойчивых регионов. Далее смотрим на обеспеченных ресурсами для всех трех видов войн территориях очагов пассионарности — народов с высокой пассионарностью. Если есть — это и будет панрегион, нет — территория для экспансии. Неудивительно, что границы панрегионов близки к исторически максимальным границам империй прошлого.

С сетевыми державами ситуация интереснее, где границы и территории Фининтерна? Если взять карту мира, то во всех крупных городах будут его представительства — этакие точки и кляксы на карте.

Таким образом, важнейшей особенностью панрегионов в будущем станет развитие ресурсов и возможностей для ведения всех трех типов войн, без этого перспектив не будет.

1.8. Резюме

В ближайшие годы мы будем наблюдать интересную картинку — мир будет распадаться на крупные регионы (панрегионы), границы которых не всегда будут совпадать с традиционными представлениями классиков геостратегии. Мир постоянно меняется, а представления большинства о геополитике и геостратегии так и продолжают оставаться на уровне шаблонов и моделей прошлого века. Люди просто не понимают, что те правила, что лежали в основе предыдущей картинки мира, уже давно устарели.

Более комплексное и системное рассмотрение позволяет увидеть картину в целом, добавив к влиянию географии еще и развитие науки, технологий и информационно-культурный обмен. В результате деление мира, переход территорий между панрегионами, а что даже более важно, встраивание в общую логику сетевых держав получают свое логичное объяснение.

В ближайшее время обособление отдельных панрегионов будет продолжаться, плюс важную роль будет играть унификация панрегионов в части возможности вести как вооруженную, так и торгово-экономическую войну, ну а уникальные психоисторические смыслы будут тем элементом, что будет обеспечивать различия и многообразие в пределах человечества.

2. Психоисторические смыслы

По практически любому гуманитарному вопросу/категории можно найти множество пространных, внутренне противоречивых, псевдоло-гичных бессистемных рассуждений и теорий. Порой складывается впечатление, что идет специальная работа по затруднению практического использования написанного материала. Автор идет другим путем, он стремится к созданию методик и подходов, что позволяют проводить оценку и сравнительный анализ.

Используемое понятие «психоистории» не имеет ничего общего с трудами Ллойда Демоза. Авторское понимание «психоистории» сформировано на основе трудов уроженца Смоленской губернии Исаака Изюмова, больше известного миру как Айзек Азимов, а конкретнее на его цикле «Основание». Если очень кратко, то речь идет о несуществующей науке, способной рассчитывать и составлять вероятностное дерево развития общества, определять ключевые точки и необходимые воздействия для направления течения будущего по нужному пути. Понятно, что речь идет о фантастике и в реальности такой науки и математического аппарата нет, но нам важна чистая идея, а не метод.

2.1. Понятие смыслов

Под психоисторическими смыслами будем понимать совокупность взглядов, оценок, норм и установок, определяющих отношение отдельного человека / этнической системы к миру и выступающих как ориентир и результат поведения, а также дающих человеку и этнической системе смысл прошлого, настоящего существования и будущего.

Собственно, именно поэтому идеология, религия, философские системы — суть психоисторические смыслы. Эти явления — результат извечной попытки ответить на одни и те же вопросы с использованием философии, науки, богословия и теологии.

Психоисторические смыслы этнической системы формируются как сочетание этнических традиций, религиозных учений и идеологий. Чем больше разнородности в этих элементах, тем меньше устойчивости системы в целом (вопрос контроля разумов рассмотрим отдельно). Так, наличие в одной этнической системе нескольких сильных и значимых религиозных учений резко повышает внутреннее напряжение. Верно и обратное — если противоречий минимум и/или они диалектические, то этническая система не тратит энергию на избыточную внутреннюю борьбу, а использует ее для качественного развития и/или внешней экспансии. Фактически речь идет об умении, способности этнической системы решать внутренние противоречия, находя новые смыслы.

Термин психоисторические смыслы является одним из самых сложных для читателей в силу отсутствия у многих его интуитивного понимания. Наиболее близким и простым является понятие — традиции, которое носит более широкий и недостаточно специализированный характер.

На рис. 11 показаны элементы, влияющие на формирование психоисторических смыслов геополитического проекта. Обратите внимание на обратные связи, что показаны пунктиром. Религия и идеология влияют на национальные традиции, но верно и обратное. Чем дальше и дольше по времени удаляется система смыслов от места зарождения, тем больше в ней изменений и принятия изначально чуждых элементов, что логично, так как меняются народы-носители.

Для примера посмотрите, во что превращаются христианские традиции на Черном континенте или что под видом социализма там строили.

Нет ничего удивительного, что пришедшее на Русь православие впитало в себя местные традиции, но и само оно сильно изменилось. Какая бы религия не приходила в Персию, она превращалась в схизматическое течение, так появился шиизм. Традиции древнего народа очень сильны. Взаимное влияние и смешение создают новую идентичность.

По прошествии сотен лет исходные национальные и религиозные традиции переплетаются настолько плотно, что убрать одно от другого не представляется возможным.