Чтение онлайн

Аяна вскинула руки к щекам.

– Конда!

– Да, душа моя. О, – наклонил он голову, заметив ладонь Луси. – Айи, а ну-ка...

Аяна показала свою ладонь, и Конда хмыкнул, разглядывая тонкую заживающую царапину.

– А... – Он показал глазами на Вараделту. – М?

– Я обязана ей жизнью, – сказала вдруг та. – Можете не бояться. Я не болтаю.

– Из страха или преданности? – повернулся к ней Конда.

– Если честно, и то, и другое, – сказала Вараделта испуганно.

Аяна резко повернулась к Конде и снова увидела то жёсткое выражение, которое напугало её в долине. Он заметил её взгляд и улыбнулся.

– Говорят, о человеке можно судить по тем людям, которыми он себя окружает. Ты подкинешь интересную головоломку тем, кто попытается разгадать тебя, душа моя. Да. Вараделта, каков род твоей деятельности?

– Прачка, – негромко проговорила Вараделта после некоторого молчания.

– О как, – хмыкнул Конда. – Интересно.

– Нам нужна ещё одна кровать для Луси, – сказала Аяна.

– Я займусь этим вопросом. Вы знаете, севас, что у моей жены сегодня день рождения? Арчелл, что там с экипажем?

– Подъедет, кир.

– Опять наверх? – умоляюще подняла брови Аяна. – Только не во дворец!

– Нет, любовь моя, – улыбнулся Конда. – Я пошёл. Арчелл, догоняй.

Он вышел, чмокнув по дороге Кимата, и мелькнул мимо окошка.

– Дворец... Дворец? – прошептала Луси, поднимая глаза. – Кира... Ты... Ты была во дворце?

Аяна отхлебнула ачте, состроила скорбную физиономию и наткнула на вилку кусок яичницы.

– Пришлось. Там... душно. А что?

Луси стояла с такими глазами, будто ей явилась душа, не нашедшая проход в долину духов.

– Говорят, крейт Алта может убить одним взглядом...

Аяна вспомнила направленную на них с Кондой линзу фойка в руках крейта Алты и ужас, смешанный с разочарованием от неоправданных надежд.

– Может быть. Но, наверное, чтобы убить, ему нужно расстояние поменьше, чем то, на котором он меня видел, – сказала она, вставая. – Или линза помощнее.

– Ты видела его?! Ты видела самого крейта?! Меглейта Алту? Он правда... Правда такой страшный?

– Издалека. Он не страшный. Он такой же, как кир Конда, только гораздо старше.

– Это твой-то кир не страшный? – пробормотала Вараделта. – Я думала, он меня взглядом прожжёт насквозь.

– Он не страшный. Вараделта, я прошу тебя, не болтай о наших делах.

– Ты за кого меня принимаешь? – возмутилась та. – Если бы не ты, меня бы уже в яму сбросили!

– В яму?

– А куда? Кто мои похороны оплачивать будет?

Миска Ишке стояла пустой. Аяна с усилием вспомнила чёрную тень, которая заметалась по комнате, когда Воло своим приходом захлопнул окно, отрезая путь к отступлению.

– Вы видели кота? – спросила она, выглядывая во дворик.

– Он вчера вылетел, когда кир влетел, – сказала Вараделта. – Кира, у вас всегда так... Оживлённо?

– Бывают такие дни, – вздохнула Аяна.

Закутавшись в свою кожуру соланума, как назвал её старый плащ Конда, она шла по мостовой. Свежесть позднего утра забиралась под капюшон, поднимая дыбом волоски на теле, а руки хранили запах корицы и мёда, чудесный, ласкающий нос. Аяна вспомнила, что уже встречалась с этим запахом на пути сюда. Тот новогодний яблочный пирог в доме киры Олдиен, где Аяна так испугалась впервые увиденных самых настоящих кирио. Ригрета тогда что-то говорила насчёт балов и приёмов. Как странно складывается жизнь! Ригрете точно бы понравилось во дворце. Она чувствовала себя как рыба в воде среди кирио, а вот Аяна скорее была похожа там на свою многоглазую рыбу, которую по ошибке выпустили в прудик у дворца орта Давута к тамошним, крупным, сытым и гладким. Те взгляды, будто водоросли, оплетающие лодыжки неосторожного ныряльщика... Бр-р.

– Аяна! – воскликнула Иллира, кидаясь к ней. – Ты всё реже заходишь. С днём рождения, милая! Я тебе твой любимый испекла, с изюмом. И вот твой подарок. Часы, как у меня. Ровно на большой пирог!

Аяна тискала маленького Астрелла, и её слова о схожести с отцом вызвали у Черилла такой прилив гордости, что он светился, как начищенный медный заварник. Иллира закатила глаза со смехом, и Аяна тоже смеялась, стоя в своей бывшей комнате, часть которой снова занимали мешки с мукой.

– Заходи почаще, – улыбнулась Иллира, глядя, как Аяна с аппетитом жуёт сдобу, в которую Садор щедрой рукой кинул в два раза больше изюма, чем обычно. – Я буду печь тебе такие. Кроме тебя тут почти никто это не ест.

Аяна возвращалась с улыбкой сквозь знакомые запахи окраинных улиц и городской шум, чувствуя, как постепенно нагревается воздух. У дверей дома она с удивлением увидела небольшой добротный и ухоженный экипаж из тех, что встречались ей на улицах, но никогда – на стоянках извозчиков.

– Ну что, готова увидеть подарок? – сказал Конда, отпуская её у дверей.

– Экипаж?

– Нет, – рассмеялся Конда. – Поехали, я покажу.

Он снял с крючка синий бархатный плащ и накрыл её плечи мягким ночным небом.

– В этот раз ты не пытаешься выпытать, куда мы едем?

– Главное, не во дворец. – Она прижалась к его плечу, устраиваясь поудобнее на довольно мягком сиденье. – Откуда такой экипаж? Никогда не встречала их на стоянках.

– Я нанял его.

– Нанял?

– Да. На конном дворе. Я, в общем-то, могу купить тебе собственный, но для него нужно будет арендовать сарай...

– Нет-нет. Просто любопытно. Мне и извозчик годится. Конный двор? Я что-то слышала от мальчишек...

– Это в сторону маяка. Там большие конюшни, каретные сараи, таверны извозчиков и и даже их постоялые дворы. Там же рядом и каретный цех. Это дело Шоан. Извозчиками занимаются Краэн. Это вечная борьба и вечное сотрудничество, поскольку оба постоянно пытаются прибрать к рукам дело другого. Они женили своих детей столько раз, что, если бы не родовые книги, все уже бы запутались в их родственных переплетениях.

– Ничего себе.

– Да. Они пошли по мирному пути. Чаще вражда приводит к пополнению склепов, а не детских.

– Конда, Вараделта сегодня говорила о какой-то яме...

– Яме?

– Да. Куда скидывают, если нет денег на похороны.

Конда замолчал и нахмурился.

– Я всё равно узнаю. Не от тебя, так от кого-то ещё.

– Ладно. Если у человека нет денег и нет родни, которая оплачивает его похороны, его хоронят в общей... могиле. В той же, куда... Айи, пожалуйста.

– Говори.

– Опять командуешь? Лошадей не хоронят в могилах и склепах. Если лошадь пала на улице, владелец оплачивает вывоз... тела. Его закапывают в общей яме. Это за кладбищами севас и катьонте, за мысом. Из этих денег вычитается... ну, скажем, налог. Он идёт на захоронение людей, за которых некому платить. Их хоронят там же, с павшими лошадьми.

Аяна потрясённо молчала. Конда внимательно посмотрел на неё и удручённо покачал головой.

– Мне жаль, что тебе пришлось столкнуться с таким.