Чтение онлайн

Мама крепко спала, погасив в своей спальне свет. Я осторожно, не включая лампу в прихожей, разделась и прошла в свою комнату. Спал ли Алешка, я не знаю – у него дверь была закрыта, а заходить к нему мне не хотелось.

Честно говоря, мне сейчас нужно было немного — горячий душ и холодная постель. И сон, глухой темный сон без сновидений, без ярких красок и событий, пустая глухая темнота, так что бы проснувшись утром, ничего нельзя было вспомнить.

Постояв полчаса в ванной и наслаждаясь горячими упругими струями воды, я закуталась в полотенце и проскользнула в свою спальню. Устало рухнув на постель, я несколько минут буравила взглядом глухую темноту комнаты, тщетно пытаясь что-то в ней увидеть. И сама не заметила как уснула.

Впрочем, сон без сновидений - это роскошь для меня похоже не позволительная. Мне опять снился Кирилл. Его лицо, такое родное и близкое было живым и настоящим, и я еще во сне, находясь на грани яви и дремы, почувствовала щемящую душу грусть разлуки, и поняла, что сейчас проснусь, а его снова не будет рядом.

– Не уходи, - тщетно просила я ускользающий образ — Прошу тебя...

Но неожиданно черты лица Кирилла стали расплываться и вместо него я увидела Артура.

Мой ангел-хранитель говорил почему-то голосом Алешки:

– Болезнь эта называется разлука... Ты, как ни кто другой, должна знать ее симптомы — ты тоже больна! Больна...

Яркий солнечный луч, нахально путешествующий по лицу, заставил меня открыть глаза. Напротив моей кровати, на диване сидел Алешка и сумрачно буравил меня взглядом.

– Тебя не учили, что без разрешения в женскую спальню нельзя заходить?
– я недовольно покосилась на веснушчатое лицо.

– Надеюсь, ты не собираешься мне сказать, что все происшедшее с нами вчера мне просто приснилось?
– мое замечание он пропустил мимо ушей.

– Не собираюсь, хотя очень хочется...
– Я села на кровати и, не откидывая с ног одеяло, засунула ноги в тапки. - Алексей, выйди мне надо переодеться!

Но он, продолжая делать вид, что не слышит меня, снова спросил:

– Итак, может быть, все же расскажешь, что нам теперь делать? Что делать, если эта сумасшедшая вновь появится?

– А причем здесь «нам»?

– Ну, вчера мне очень показалось, что очень даже причем — Алешка указала пальцем на горло — Она едва мне шею не сломала!

– А мне показалось, что она тебе понравилась...
– словно невзначай бросила я.

Похоже, мои слова попали в цель — Алешкины щеки слегка порозовели.

– Ты ошибаешься!

– Да неужели? – я скептически хмыкнула - Успокойся... Ты ей не нужен. Ариэль охотится за мной, ты же просто попал под горячую руку. И можешь не волноваться — если что-то случится, Артур поможет. А теперь брысь отсюда, а не то я тебе и впрямь по шее тресну!

Я запустила в него подушкой.

– А я смотрю, ты ему нравишься, - медленно поднимаясь с дивана, бросил Алешка.

– Кому нравлюсь?
– я обалдело уставилась в серые глаза.

– Ну, этому твоему Артуру...

– Ты чего совсем?
– покрутив пальцем у виска — Он просто мой ангел-хранитель!

– Ага.
– Невозмутимо зашвырнув в меня подушкой, Алешка повернулся к двери — А я просто твой знакомый. Как у тебя все просто Уварова!

– Но...

Но Алешка уже скрылся в коридоре, плотно прикрыв за собой дверь.

«Вот дурак!» - я мысленно отругала его за глупости, которые он тут нес, и мне тут же стало стыдно — все же Алешка еще маленький испуганный мальчишка, которому вчера сообщили о том, что в его привычном мире оказывается не все так просто устроено, как он считал раньше. От увиденного и услышанного любой бы, даже взрослый человек ошалел, чего уж говорить о подростке, находящемся в самом расцвете пубертатного периода!

Встав с кровати, я накинула на себя халат и собралась открыть дверь, но когда потянула за ручку, внезапно остановилась.

Я почувствовала, как ярко запылали щеки.

«А что если это правда? Что если Артура толкает на спасение моей жизни не только чувство долга и ответственности? Алешка был совершенно прав, когда спросил почему его ангел-хранитель не вмешался, для того чтобы спасти от Ариэль!».

– Глупости! – разозлившись, я резко дернула дверную ручку и, захлопнув за собой дверь, направилась в ванную.

Еще три последующих недели прошли ровно без каких-либо происшествий. Ариэль не появлялась, Артур тоже не показывался, однако что-то подсказывало мне, что он не оставил меня, а всегда находится где-то рядом. Может быть, поэтому неприятных падений, синяков, ссадин и ушибов, разбитых чашек, а так же прочих мелких происшествий, кои сопровождают меня всю мою жизнь, стало меньше.

Несмотря на то, что ничего не происходило, я чувствовала как в воздухе что-то собирается. Жара и духота в городе усиливались, служа прекрасными декорациями для моей тревоги. Внутренний голос мне говорил, что Ариэль так просто не отступится — она ударит тогда, когда никто этого не будет ждать. Самое отвратительное было то, что поделать с этим я ничего не могла — от нее не убежать и не спрятаться, рано или поздно она меня найдет и будет лучше, если рядом со мной никого не будет.

Так же мне не давали покоя слова Артура о том, что Алешка скоро станет одним из темных, но мне никак не верилось, что причиной столь трагичного перевоплощения стану именно я.

Но Алешка вел себя как и раньше, разве что стал чуть более замкнутым и немного раздраженным, но это можно было понять. О прошедшем со мной не разговаривал, точнее он вообще мало стал разговаривать, находя себе нехитрое занятие возле компьютера или на коротких прогулках с Лайком. Было такое ощущение, что он на меня обиделся, только стоило мне с ним попытаться заговорить, как он неизменно находил предлог, что бы увильнуть от беседы. Наконец бросив это бесполезное занятие, я перестала навязываться к нему с разговорами.

А спустя две недели позвонил мой отец и сказал, что у него и его жены Елены родился сын. Сына назвали Игорем, в честь папиного деда. Отец просил приехать, посмотреть на своего младшего брата. Я пообещала, что как только выдастся свободное время, то непременно подъеду. Но проходили дни, а набраться сил и позвонить в их квартиру у меня не получалось. Я была искренне счастлива за папу, но отлично понимала, что улыбаться и радоваться маленькому братишке у меня не получиться. А портить им настроение своим несчастным видом не хотелось, тем более что притворяться я совершенно не умею. Да и мне лучше быть подальше от отца и его семьи, пока Ариэль за мной охотится.

Но дни проходили за днями, и ничего не происходило, поэтому чувство страха от предстоящей с Ариэль схватки сгладилось, превратившись в томительное ожидание. Алешка, похоже, тоже успокоился - раньше стены квартиры и металлическая входная дверь ему дарили иллюзию защиты, и лишний шаг за порог квартиры он не делал. Теперь же он стал чаще уходить из дома гулять на улицу. Поэтому я в одиночестве целыми днями валялась на диване, бесцельно прожигая взглядом потолок своей комнаты.

Вот уж не думала, что могло быть хуже. Но оказывается, могло. Не напрасно я так боялась свободного времени. Невозможность хоть как то занять себя, стала причиной усугубившейся хандры. Длинные летние дни, пыльные жаркие вечера были хуже любой пытки.