Чтение онлайн

– Пойду проверю, как там Далия, - тихо шепнула мне на ухо Найя и вышла из дома.

Я не знаю сколько времени мы простояли вот так, обнявшись. Это были первые в моей жизни объятия. Когда Тоббис успокоился, и мы вышли на воздух, там значительно потемнело. Наступили сумерки. Мне нравился этот полумрак, когда ещё не ночь, но уже и не день. Природа, да и всё вокруг окрашивались в необычные полутона. С налётом тайны и приятной усталости. Как будто бы день, прикрыв веки, наслаждался тишиной пред предстоящим сном.

Найя разожгла огонь, и на импровизированном вертеле дожаривала труп зайца, которого подстрелила вчера. Далия спокойно сидела на лавочке рядом, засунув палец в рот. Найя не плохо потрудилась за всё то время, что мы находились в доме. Умыла и причесала Далию, развела костер, оборудовала сидячие места вокруг него, даже стол поставила недалеко. На котором уже лежали хлеб, сыр и фрукты. Ещё я заметил волношумер на торце дома рядом. Я улыбнулся - позаботилась обо всём. Тоббис присвистнул:

– Надо бы тоже сходить умыться.

При этом он не вернулся в дом, где лежала его мама, а зашагал к дому напротив. Кровь и правда нужно смыть, и я последовал за ним.

В этом доме обстановка была примерно такой же, как и в том, только здесь отсутствовали стол и стулья. Тоббис подошёл к раковине и надавил на рычаг. Из крана, захлебнувшись, потекла желтоватая вода. Пока он умывался, я осмотрелся вокруг. На разложенном диване лежали две подушки и пара смятых одеял. Похоже, они и спали в этом доме... Тоббис закончил умываться и отошёл, освобождая раковину для меня. Прежде всего я смыл засохшую кровь Анталии со своего запястья, затем ополоснул лицо.

– Зачем Облако Смерти убивает нас? Ты же знаешь - ты один из них, - спросил Тоббис. В голосе не было осуждения, лишь неподдельный интерес.

– Я не знаю. У меня только предположение.

– Какое?
– тут же заинтересовался он, прищурив глаза.

– На Платформе создаётся идеальное во всех смыслах поколение людей. Но, чтобы они смогли жить на земле, прежде её нужно очистить.

Хмыкнув, Тоббис задумался и направился вон из дома, а я всё пытался понять сколько ему лет и не мог. И возраст Далии я тоже не мог определить. С мыслями, что нужно будет у них спросить, я вышел из дома.

Далия и Найя уплетали за обе щеки мясо бедного зайца, прикусывая хлебом. Тоббис так же жадно схватил свою порцию и присоединился к девочкам, а я чувствовал вину перед этим зайцем. Ведь Найя подстрелила его как раз тогда, когда учила меня пользоваться оружием. На моё гневное возмущение по поводу убийства, она лишь посмеялась и сказала, что это не убийство, а вкусный ужин. Мы тогда долго спорили и чуть не поругались. Я считал, и продолжаю считать, непостижимым уму умертвлять кого-то живого, чтобы потом варварски его разделать и съесть. Найя тогда сказала, что ей тоже его жаль, но в его мясе полно полезных веществ, нужных нашему организму. Что мы по природе своей - хищники, и это нормально. В природе это нормально, но я всё равно остался при своём мнении. Да, в природе существуют хищники, но люди-то умней. Мы обладаем состраданием, добротой, осознанностью и, в конце концов, пониманием чужой жизни! Разве нормально в угоду своему желудку её прекращать? Я считаю, что нет. Придумали же учёные Олимпа протеины с разными вкусами продуктов. Да, их не сравнить с настоящей едой, но так хотя бы не страдает кто-то живой, и в них полно полезных нашему организму веществ.

К сожалению, я могу быть сколько угодно не согласен, но здесь так принято. Мне ничего не остаётся, кроме как, поджав губы, смириться со здешней жизнью и с болью в сердце наблюдать за поеданием несчастного животного.

Я подошёл к столу и, попив воды, взял по куску сыра и хлеба. Затем уселся перед костром и приступил к ужину.

– Ты что, не ешь мяса?
– удивился Тоббис.

– Нет, - посмеялась Найя.
– Он у нас укоренившийся вегетарианец.

– Кто?
– не понял я.

Тоббис усмехнулся, откусывая очередной кусок мяса, а Найя, со смешинками в глазах, посмотрела на меня:

– Ешь исключительно только то, что выращивают в земле, - при этом она смачно облизала натекший на палец жир с мяса.

Я улыбнулся и, чтобы не продолжать этой темы, спросил у Далии:

– Далия, а сколько тебе лет?

Она слегка смутилась от перешедшего к ней внимания и, высунув палец из рта, загнула его и показала мне оставшиеся четыре. Четыре года! Совсем кроха. И я с удивлением понял, что ещё ни разу не слышал её голоса.

– Почему она не разговаривает?
– спросил я уже у Тоббиса.

Он облизнул губы и улыбнулся, пожав плечами:

– Временно стесняется. Так сказать, привыкает к новым людям, - он посмотрел на сестру и подмигнул ей.
– Ведь так, болтун?

Далия улыбнулась брату и энергично закивала головой. Меня и Найю это рассмешило.

– Так как вы здесь оказались?
– после, сдвинув брови, спросила Найя.
– И где ваш отец?

– Мы всю жизнь кочуем по заброшенным деревушкам, - прожевав, ответил Тоббис.
– По тем, где уже побывало Облако Смерти. Так меньше шансов, что они снова там появятся. Если там, куда мы приходили, не оказывалось еды, кто-нибудь из родителей отправлялся на охоту. Мы это называем вылазками. В одну из таких и отправился два года назад отец, и не вернулся. Мама, наверное, месяц ходила на его поиски. А потом смирилась с тем, что его, скорее всего, схватили Сцапольщики. Только плакала каждую ночь, думая, что я не слышу.

– Мне очень жаль, - тихо сказала Найя и посмотрела на костёр.

– Она, наверное, до сих пор надеется, что он жив, раз в бреду думала, что мы — это он. Это возможно?
– посмотрел он на меня.
– Возможно, что папа в плену на Платформе?

– Я не знаю, Тоббис, - устыдился я и пожалел, что так мало знаю.
– Я, вообще, владею минимальной информацией.

Найя, видя мои муки, быстро добавила:

– На платформе он занимался немного другими делами, и его посвящали не во всё происходящее.

Тоббис понимающе кивнул и откусил новый кусок. На несколько минут воцарилось молчание. Каждый, думая о своём, жевал еду. Я размышлял о том, как могут настолько разные миры существовать в одном пространстве? Как вселенная могла допустить такое? Как люди могли допустить такое? Почему Олимп столько поколений спустя продолжает упорно убивать людей внизу?

Я так устал от вопросов, на которые мне никто не может ответить...

– Ниро!
– воскликнула Найя, нарушая тишину.
– Так что там с твоим соседом?

Меня порадовало, что она помнит о чём мы говорили до всего случившегося. Тоббис и Далия тоже любопытно посмотрели на меня.

– Оно поселилось год назад напротив моего жилища, - начал я и, встретив озадаченный взгляд Тоббиса, пояснил: - На Платформе нет разделения полом. Там все Личности. Оно. И так как я сомневаюсь, к какому именно роду оно принадлежит, так как оно достаточно высокое, но при этом узкое в плечах, я буду продолжать называть его - оно. Имени его я тоже не знаю. В этом и заключается его странность - оно всегда молчало! Я тоже не болтлив, но от него за весь год я не услышал ни слова! Мы часто заканчивали работать в одно время, и, выходя из лифтов, вместе шли до наших жилищ. Через некоторое время, кроме молчания, я начал замечать грусть в его глазах и некоторую обречённость. Будто бы в жизни его ничего не радовало. Оно разительно отличалось от всех тех людей, с которыми мне приходилось общаться. Теперь я могу предположить, что оно знало намного больше, чем нам всем вместе взятым было положено знать. Я всегда желал ему доброй ночи и хорошего следующего дня перед тем, как закрыть за собой дверь, на что оно грустно улыбалось одними губами и печально кивало головой. Вот такой странный у меня был сосед, - улыбнулся я.