Надежда человеческая
Шрифт:
К ним приближался Мэл, но его конкретно так шатало. Видимо, механик уже успел принять на грудь. Где он только берет выпивку?!
— Последи за сканированием груза. — велел Таю Рэй и решительно направился к подчиненному.
Тот ему обрадовался:
— Рэй! Как дела?
— Ты пьян.
Мужчина кивнул с серьезным видом и предложил, заплетающимся языком:
— Мы перечисляем все мои проблемы? Ок, давай по очереди…
— Ты опять надрался. — назвал главную проблему капитан.
— А еще я — раб Сета, но сам закрыл себе дорогу назад, когда сбежал, предварительно предав своих.
— Мэл, это продолжается с тех пор, как мы покинули Хонсу!
— А теперь я — раб твоего корабля, а твой бизнес вот-вот загнется.
Рэй продолжал терпеливо гнуть свою линию:
— Сначала я закрывал на это глаза, так как ты был ранен, но ведь это не может длиться вечно!
— И мне некуда возвращаться. Но у меня нет выбора. Нет дома. Нет будущего. Потому что я раб, который так и не отработал свою рабскую долю. И ничего хорошего, кроме возвращения на Сет, меня дальше не ждет. Потому что я предатель, и меня грохнут свои же. А если не грохнут, то будет еще хуже, потому что мне придется лет двадцать прожить на свалке… Ой, прости. — пьяно встрепенулся Мэл: — Сейчас же твоя очередь. Давай. Говори.
— Мэл, я… — собеседник попытался придумать хоть что-то ободряющее, но ничего подходящего в голову не лезло: — Давай потом поговорим. Когда… На ясную голову. И дай сюда бутылку!
— Эй! Это шикарный местный вискарь!
— Я этим шикарным вискарем как-то так траванулся, что три дня потом откачивали. Давай, возвращайся на корабль. Трак увидит, возьмется тебя выводить из запоя.
Механик печально покачал головой:
— Робот… Что он понимает в запоях? Эх… О, Тэсса идет. Сдирай нашивки Рэй, она тебя живо сместит с поста капитана.
— И хорошо. — честно ответил мужчина. — У нее лучше получится. Всегда получалось.
— А ты куда денешься? — полюбопытствовал Мэл.
Пока еще капитан задумался:
— В стюарды пойду. На круизный лайнер для пенсионеров. Там и форму выдают. А я в форме нравлюсь старушкам. И мне работа, и им приятно…
К ним подошла взбудораженная Тэсса:
— Мальчики, у нас есть работа!
— Как ты это делаешь? — искренне восхитился Рэй.
Она отмахнулась:
— Экстренные обстоятельства. Возвращаемся на Хнум за новой порцией моих бывших коллег.
— И куда их?
— Дай угадаю! — механик наставительно поднял палец. — На солнце. Там открывают новую колонию солнечных зайчиков. И отвести их туда могут только единственные свидетели происшествия на Сехмет…
— На Нейт. — не обращая на него внимания, ответила женщина. — Там срочно набирают работников.
Однако брату эта радостная новость не понравилась:
— В прошлый раз на Нейт набирали новых работников, когда предыдущих скосило лихорадкой.
Тэсса только руками развела:
— Извини, дорогой, колонистам выбирать не приходится. А Хнум нерезиновый, и даже у его обитателей терпение не бесконечное… — тут женщина бросила взгляд в сторону и прошептала: — Шухер, Трак идет! Мэл, живо прячься! Бегом, сейчас промывание желудка устроит!
— А чего сразу промывание?! — возмутился механик. — Капельницу нельзя поставить?
Рэй пояснил:
— Это папа его так запрограммировал, чтобы меня от вредных привычек отучить. Очень действенный метод.
— Черт, вы раньше предупредить не могли?! — заорал Мэл и, пригнувшись, ломанулся к кораблю практически по прямой линии, так, заносило иногда немного…
А Тэсса посмотрела на брата:
— Значит, папа запрограммировал?
— Ну, надо же было как-то отвадить его от бутылки! Целую неделю не просыхает!
— Есть причина?
— Да… Много причин. Но мы справимся. По ходу…
— Так что насчет Нейт?
Капитан покусал нижнюю губу: идея ему не нравилась, но нравилось оживление Тэссы. Ведь сестра вовсе не от скуки так загорелась энтузиазмом, а чтобы заполнить пустоту…
— Ладно. Полетим на Нейт. В конце концов, и там живут люди.
— Прекрасно. Пойду, сообщу Траку. Кстати, у вас, говорят, штурмана нет? Возьмешь в штат?
— А почему не первым помощником?
— У нас в штате нет такой должности, умник. — усмехнулась женщина. — Ладно, пойдем готовить маршрут.
Рэй же огляделся по сторонам в поисках Тая, но наткнулся взглядом на другого человека.
Старый Вильгельм сидел на ограде и гладил теленка, который потихоньку пытался зажевать полы его рубашки.
Капитан осторожно подошел ближе:
— Кажется, вы ему нравитесь.
— Да телятам все нравятся. Они такие, ласковые…
Мужчина присел рядом:
— Вы раньше бывали на Нут?
— Бывал. В молодости… Нанимался в рабочие на ферму. Потом по квоте пошел на учебу. Потом улетел на Хатор инженером. Там и с Хильдой познакомились… — он умолк.
А Рэй заговорил:
— Я видел это существо, которое явилось к Тэссе. Он выглядел как Дэнни, ее сын. Вы знаете, Тэсса и наша мать любили его до беспамятства, а для нашего отца внук и вовсе был светом в окошке. Когда он погиб, то с отцом случился удар, потом второй. Теперь он стал инвалидом. Но если бы Дэнни действительно можно было вернуть, я бы ни минуты не сомневался, отдал бы свою жизнь, лишь бы у родителей и сестры снова появился смысл жизни. Только вот это существо не было нашим мальчиком. Это была просто копия. Подделка.
Вильгельм сглотнул и тихо проговорил:
— Я видел, что это не совсем моя Хильда… Но она говорила, что все наладится. Когда чужаки улетят, она вернется насовсем, и все будет как прежде.
— Не будет.
— Не будет. — печально подтвердил старичок. — Прошлого не вернешь.
Вдалеке раздался голос Тэссы:
— Рэй!
— Я здесь! — помахал ей рукой капитан, поднимаясь.
— Куда летите? — спросил Вильгельм.
— Сначала на Хнум за колонистами, а потом отвезем часть на Нейт.
— Ого! — заволновался собеседник. — Осторожнее там! Говорят, эти джунгли — настоящее болото! Поглощают все, что в них попадает!
— Да, наслышан. Ну, мне пора. Счастливо вам.
— Береги себя, Рэй.
— И вы.
— Да что я? — печально вздохнул старичок.
— Эээ… Сейчас останетесь без рубашки. — предупредил капитан, видя, что теленок совсем распоясался и уже вовсю жует ткань.
— Ах ты, маленький негодник! — начал добродушно ругать его Вильгельм: — Между прочим, в мое время были популярны бифштексы! Знаешь, что такое бифштексы? Да ваше поколение ничего, кроме синтетического мяса не видело! А в наше время коровы себе такого не позволяли, ясно? Эй, да тебя не кормят совсем, что ли?!