Чтение онлайн

Волосы у него были черные, глаза светлые, голубые или серые, и в свете все тех же грибов (или все же лишайников?) выглядел он почти импозантно. Женя старательно искала в нем приятность, и даже находила.

– Иди сюда, – равнодушно проговорил он. Женя послушно подошла. Он разглядывал ее с непроницаемым выражением лица. Ну ничего, хоть бы мускул дрогнул, хоть бы в глазах что-то появилось, ведь не на козу смотрел, а на женщину, причем далеко не самую страшную в Комрайне. Приподнял ей подбородок, будто в ней полтора метра росту было, а сам-то всего на полголовы выше. А потом очень деловито начал расстегивать на ней кофточку, но даже до конца не расстегнул, раздвинул полы, высвободил грудь из бюстгальтера местного производства, не шибко красивого, зато удобного (Риэль красивый предлагал, но Женя цену услышала и сразу предпочла удобный), и так же внимательно и равнодушно, как и лицо, начал изучать. И через пару минут так же спокойно поправил бюстгальтер и застегнул блузку. А потом встал на колени, склонил голову, взял Женю за руки, словно собираясь поцеловать, и прижал их ко лбу.

– Ты пришла.

Еще и псих.

– Ты пришла, Джен Сандиния. Приказывай. Я, Стан Горонт Квир, командор ордена надежды, готов повиноваться тебе.

Женя растерялась так, что не нашла ничего лучшего, кроме как промямлить:

– Я не Джен Сандиния, я просто по приметам похожа, и потому Тарвик притащил меня из другого мира.

– Я знаю, – удивился он. – Орден обращался в «Стрелу» и просил, чтобы именно Ган отправился на поиск.

– Но я же из другого мира!

– Конечно. Джен Сандиния не могла родиться на Гатае.

– Но я же просто обыкновенная женщина!

– Разумеется, – снова удивился он. – Кем же ты должна быть? Главное ты здесь. Я вижу осеннюю смерть, древний мед и звезду на твоей груди. Я слышу мелодичный голос, вижу тонкую фигуру… Никакой Ган не может обмануть командора ордена. Ты – Джен Сандиния. Приказывай.

– Мой спутник! – немедленно приказала Женя, абсолютно не веря, что Риэля можно спасти. Сейчас этот командор от души расхохочется и… Он легко встал с колен, отодвинул полог палатки и потребовал, чтобы Риэля привели к нему, что было сделано почти немедленно. Менестрель был несколько расхристан, подавлен, но разбойники явно еще только приступили, то ли сами раздевать взялись, то ли ему приказали стриптиз устроить. Женя кинулась ему на грудь.

– Его не тронут, – сообщил Стан. Авторитет у него, однако. – Скажи мне…

– Он знает, – буркнула Женя. – А зовут меня Женя Кови… то есть Ковальская.

– Кови, – согласился он, разглядывая Риэля, – звучит как местное имя. Прости, что так получилось. Вы проведете ночь в моей палатке, а утром отправитесь своим путем.

Женя осмелела:

– А твои люди не станут роптать?

– Роптать? Нет, не осмелятся. У них есть коза… в конце концов разрешу пробежаться до ближайшей деревни, найдут какую-нибудь пастушку.

Женя молча пожалела пастушку, но вслух возражать не стала – себя жальче. Риэль тоже джентльменством не заблистал. Следуя приглашающему жесту, она села на покрытую одеялом кровать и удивилась: сравнительно мягко, травы, наверное, для дорогого атамана накосили прямо мечами. Риэль растерянно смотрел на нее. Женя похлопала рукой рядом с собой, и Риэль вопросительно глянул на атамана и опустился рядом с ней. А Робин Гуд комрайнского розлива даже на стул садиться не стал, примостился на чурбачке, не сводя с Жени все того же невыразительного взгляда.

– А можешь ты объяснить мне хоть что-нибудь? – осторожно поинтересовалась она. – Я оказалась здесь только для того, чтобы узнать, что меня заказал какой-то орден, о котором и Тарвик ничего не знает, а через несколько дней узнать, что я и ордену не нужна…

Стан вдруг улыбнулся, и выяснилось, что он очень даже симпатичный.

– Разве?

– Но орден уничтожили и меня девать некуда, потому что… потому что никому я не нужна.

Стан перевел взгляд на Риэля и улыбнулся еще раз.

– Так уж и никому? Так не бывает, Женя. Всякий обязательно кому-то нужен, просто не знает, кому. А ты нужна не ордену… То есть нет, не пугайся, ордену ты тоже, разумеется, нужна, но главное, что ты нужна Гатае.

Из-за полога сообщили, что мясо готово. Стан забрал деревянную тарелку с огромной горой обалденно пахнущей оленины, велел не беспокоить, тарелку поставил на стол, а стол легко, будто он был фанерный, переставил так, чтобы Жене не пришлось вставать.

– Столовых приборов нет, – извинился он. Женя проворчала:

– Ничего, я не гордая. Скажи, ты умный человек?

– Иначе не стал бы тем, кем стал.

– Тогда как ты расцениваешь этакую глупость – выдернуть черт знает откуда женщину и сказать, что она нужна аж целой планете, только потому, что у нее волосы рыжие и глаза карие?

Риэль вздрогнул. Он был местный житель, правила знал, а по правилам, наверное, за такие высказывания полагалось в морду. Или еще что похуже. Но Стан только улыбнулся и выбрал Жене кусочек поаппетитнее. Граммов этак на семьсот. Мясо было сочное и мягкое. Женя, закатав рукава, чтоб не закапать их жиром, вцепилась в этот кусок, будто сто лет не ела. Риэль, недоверчиво поглядывая на Стана, тоже приступил к еде, да и атаман дисциплинированных разбойников не особенно стеснялся из-за отсутствия сервиза мейсенского фарфора. К мясу полагалась горячая вода с травами, заменяющая чай. Или сухой закон, или просто взять негде.

– Я не уверен, что смогу объяснить тебе, как расцениваю эту глупость, – продолжил застольную беседу Стан Горонт Квир (имечко явно не комрайнское, не попадалось ей тут этого «кв», четкого, со странно удлиненным «в» и долгим «и»). – Чтобы постичь учение ордена, я потратил двенадцать лет, а я был еще из наиболее способных адептов. Просто прими, Женя. Никогда не произноси своего истинного имени вслух – время сейчас смутное, никто не знает, чем это обернется. Ты Женя, так и зовись.

– И что я должна делать?

Он опять удивился, причем безмерно.

– Ты? Должна? Ты ничего и никому не должна. Радуйся жизни. Странствуй или живи оседло. Люби. Выйди замуж и роди ребенка. Живи так, как тебе хочется.

– Ничего не понимаю. Зачем тогда вы так мечтали меня сюда притащить?

– Твое место на Гатае. Мы проверяли всех рыжих женщин планеты, но, конечно, осенней смерти не встретили. Они все рыжие, как огонь.

– Но ведь и «Стрела» проверяла…

Он усмехнулся.

– Ты же не думаешь, что мы все сказали в этой «Стреле»? Этим прохиндеям? Но искатели у них лучшие, потому мы к ним и обратились. Мы знали, что они пользуются порталами и не брезгуют контрабандой.

– Вы дали им основные приметы… То есть нужна была…

– Ты. Удивительно, но Гану удалось тебя найти так быстро. Мы рассчитывали не менее чем на десять лет, а он справился всего за полтора.

– Я?

– Ты видел ее лицо? – подал голос Риэль. Стан кивнул. Ну вот, она являлась ему в видениях. Псих. – Ей грозит опасность?

– Не знаю. Я не знаю, чем вызвана атака на орден. Но лучше, конечно, быть осторожной. Ты присмотришь за ней, менестрель?

– Как могу.

– Орден уничтожили, но…