Чтение онлайн

У самого входа справа и слева от Филиппа показалась его армия. Те, кого так боялись встретить законники. Пробуждение которых Филипп поставил на конвейер. Сбежавшие из тюрьмы дефектные преступники, потерявшие вкус к жизни, ненавидящие власть, ненавидящие мир. Мечтающие о силе и о мести. Те, которых так любезно пробудил Филипп.

Пятеро дефектных с красными призраками на плечах оскалились в нашу сторону.

Командир Гард не растерялся.

– Пленников в угол, всем рассредоточиться, занять боевые позиции!

Повстанцы безропотно подчинились приказу.

– Гард, они дефектные! – крикнула я в надежде остановить схватку. – Красные сущности, подозреваю что-то нехорошее. Гард, у правого руки светятся, какое-то усиление. А у левого – глаза.

Я не переставала тараторить обо всем, что вижу, пока армия Филиппа надвигалась на нас.

В то же время повстанцы перестроились так, чтобы узники и мы с Лу оказались позади.

– Командир, – в панике крикнула я, – нам всем надо бежать!

Повстанцы хохотнули, а Гард обернулся и посмотрел мне в глаза.

– Спасибо за сведения, Ника, – подмигнул он, – теперь мы готовы.

– Г-готовы к чему?

Мимо меня пронесся разъяренный Оскар. Блеснул мечом, уворачиваясь от красной руки противника. Я вскрикнула. Сердце забилось в груди.

– Забирай Лу и бегите! – крикнул Рик, вступая в бой.

Бок о бок с повстанцами.

– Лу? Лу! – я заозиралась по сторонам в поисках Луизы.

Та сидела на полу рядом с сияющими пленниками. Всхлипывала и судорожно подносила ко рту каждого воду.

– Луиза! – крикнула я, но та не слышала никого и ничего, занятая бесценным делом.

Смешок, раздавшийся у входа, привел в чувство. Рука потянулась к потайным ножнам.

Филипп.

Мерзавцу не уйти!

В углу, бесшумно шевеля губами, начали подниматься монахи. Я не знала, молились они ослабевшими голосами или просили пощады. Хотелось верить, что первое. Последний раз мазнув взглядом по бьющимся на смерть войнам, я рванула наружу.

Волосы взметнулись от ветра, в руке блеснула холодная сталь.

Уверенный в силах своей армии, Филипп торопился уйти. Спустился по узкой тропке от пещеры, вышел к поляне и, поддавшись чутью, обернулся.

Я налетела на него с прыжка и повалила на землю. Филипп вцепился в мои плечи, пытаясь выставить дистанцию, но неповоротливому крокодилу не справиться с ловкостью дикой кошки.

– Убийца! – в сердцах крикнула я, заламывая ему большой палец.

Мужчина упал на колени, у него оставалась еще одна рука и недюжинная сила.

Мы катались по грязной траве, пока я не оседлала противника, заломив ему вторую руку.

Слезы брызнули из глаз, когда я поняла, что просто не могу воткнуть нож в человека. Дрожащая рука не слушалась хозяйку.

Почувствовав мою замешку, Филипп расхохотался. Локтем рванула ему по затылку, чтобы хохочущая физиономия уткнулась в грязь. Связала руки ремнем и плюхнулась на помятую траву.

– И что дальше, дорогая Ника? Моя армия перебьет твоих друзей, а потом возьмется за тебя. О да, я разрешу им прежде над тобой поиздеваться!

Слабая… Слабая Ника… Его армия сейчас убивает, а я не могу расправиться с Филиппом. Он убийца, он заслужил! А руки все не переставали дрожать.

Лысая морда снова расхохоталась, а я с надеждой посмотрела в сторону пещеры.

Звуки боя стихли, из тьмы пещеры повалили они. Мои защитники, войны, повстанцы, мой друг Жан, командир Гард, мой Рик…

Они живы. Они победили.

В обнимку с сияющими монахами они осторожно ступали по тропке, ведущей к поляне. Не было понятно, кто кого тащил. Войны прихрамывали, на ходу заматывали кисти обрывками собственных рубах.

Рик вышел одним из последних, одной рукой помогая Луизе, второй – ее новоиспеченному суженому.

Наши взгляды встретились, всё внутри перевернулось.

Мы.

Живы.

Перед носом мелькнуло солнце, и путь к Рику перегородил один из спасенных узников. Молча он протянул руку, и я поняла, что всё это время сидела в грязной траве.

– С-спасибо… – пробормотала я, глядя на удивительное существо. Человек, мужчина, судя по анатомии. Не-человек – по цвету кожи.

– Леди Николетта Феррано?

Я обомлела.

– Мы знакомы?

– Лично нет, – смутился сияющий старец, – конечно же, нет. Я видел вас во сне. К сожалению, уже после того, как оказался в заточении, иначе всё могло быть по-другому.

Он задумчиво посмотрел на связанного Филиппа под моими ногами, коснулся лысого лба – и Филипп погрузился в сон.

Я захлопала глазами, не понимая, что происходит. Другие монахи начали подходить ближе, образуя круг. Я попыталась отойти, чтобы не мешать, но мой собеседник покачал головой.

– Меня зовут Ноэль, – продолжил сияющий, – когда-то я был главным монахом в этом монастыре. Это я виноват в деяниях Филиппа.

Монахи вокруг что-то зашептали, молодые затянули грустную песню.

– Они что, молятся? – неподалеку крякнул Оскар, но командир Гард шикнул на него, мол, не мешай. Сейчас что-то будет!

Остальные наблюдали за монахами издалека. Поглядывая то на меня, то на удивительных существ, поющих молитву.

Взяв за руку, главный монах вывел меня в центр их круга.

– Видишь ли… – заговорил он, и монахи начали петь тише. – Есть пророчество о дефектном, который пробудится сам, когда никто не ждет, а затем изменит мир к лучшему. Я всегда думал, что речь о Филиппе.

Я посмотрела на спящего убийцу под ногами. Вряд ли он способен сделать что-то хорошее.

Монах продолжал:

– Филипп сам пришел к ним в поисках ответов, и получил их. Он узнал от нас все тайны: как пробудить сущность, какие есть условия и временные рамки. А еще получил зачарованный талисман, который помогал ему пробуждать силу в других. Очень много факторов должны совпасть, талисман помогал повысить шанс на удачное пробуждение. Но дело не только в талисмане. Человек должен умереть, а затем снова ожить. То же самое должно случиться со зверем, ментально подходящим этому человеку. Что самое важное – человек должен искренне хотеть жить, в эту самую минуту, в этот самый миг он должен всей душой желать жить. В этом Филиппу помогал талисман, он наполнял всех вокруг трепетом, оптимизмом, счастьем, дарил эйфорию. Даже лежа на пыточном столе Филиппа, жертвы думали о хорошем, были счастливы. Это мы дали ему талисман. Если бы не мы, у него бы не вышло создать армию.