Чтение онлайн

повинность, потому что это велит мне мой мозг. И я продолжаю этот бег от самой себя.

Я переключаю телевизор с канала на канал. Приятно просто посидеть в кресле после

изнурительных полуторачасовых физических упражнений. Передо мной красивая плетеная

корзинка с оставшимися после праздников изящными печеньями в форме грибов. Я знаю, что они

безумно вкусные: их пекла мама, отдельно делала начинку, отдельно – шоколадную глазурь.

Сегодня неудачный день: родители снова поругались. Они кричали друг на друга, не стесняясь в

выражениях, хотя выражения уже давно перестали выбираться в нашем доме. Я чувствую себя не в

своей тарелке, я давно уже чувствую себя именно так. Это не мой дом, и я не хочу, чтоб он был

моим, а мечтаю уйти отсюда как можно быстрее. Я возвращаюсь сюда, как в тюрьму, потому что

даже стены здесь пропитаны злобой, недоверием, слезами отчаяния и унынием.

Мой параллельный мир – спасение от всего этого напряженного существования. Спорт, учеба,

книги. Я постоянно чем-то занята, мое тело получает разряды физической нагрузки, разум – поток

новой информации, а сознание – воображаемый мир из книг. Каждый вечер, точнее, ночь,

повторяется один и тот же разговор:

– Мила, ты постоянно что-то читаешь! Ты испортишь себе глаза. Ложись спать, - это отец

заглядывает ко мне в комнату посреди ночи, когда я только-только доделываю домашние задания и

собираюсь прочесть страничку-другую. – Что ты читаешь? Агату Кристи? Три дня назад под

подушкой лежал Тургенев. Представляю, что за сборная солянка сейчас у тебя в голове…

– Мне нравятся они оба. И многое другое. Я всеядное читающее существо. – Я смеюсь и целую

отца в щеку.
– Все, обещаю, я ложусь спать. Никакого чтения с фонариком.

Сейчас я тоже сижу вместе с книгой, но мое внимание захватил старый фильм. Один из тех,

которые можно смотреть много раз, выучить вплоть до деталей, и все равно каждый раз

радоваться, как ребенок, услышав знакомые ноты вступительной заставки к фильму.

Красивая плетеная корзинка все еще стоит рядом и зазывающе на меня поглядывает. Нет, нельзя,

все это такое жирное и калорийное. За всю свою тренировку я сжигаю около шестисот-семисот

калорий, а тут их в целой корзинке две или три тысячи. Да, с некоторых пор я стала специалистом

по калориям. Я могу с точностью до десяти определить калорийность любого блюда на взгляд, мне

этот процесс доставляет какое-то садистское удовольствие.

Сама не ем ничего жирного, сладкого, калорийного, острого, соленого – ничего радостного,

жизненного, волнующего, обещающего - только пресное, скучное и унылое. Иногда мне до слез

хочется вернуться в детство и вспомнить ощущение полноты жизни, стать непосредственным в

своем поведении ребенком, пить и есть по собственной интуиции, забыть о постоянных

ограничениях, рамках, предубеждениях, честолюбивых задумках и желаниях. Хочется научиться

снова – просто жить.

Я решительно иду в кухню и наливаю себе стакан молока. «Ничего страшного, иногда можно

позволить себе и сладкое», - говорю я сама себе. – «Ведь без углеводов нельзя совсем обойтись.

Они жизненно необходимы для поддержания серого вещества в тонусе и для выработки

эндорфинов и допаминов в нужном количестве». В процессе самоубеждения с параллельным

просмотром старого милого кинофильма я съедаю три с половиной печенья. Я наелась, мне

комфортно. Но в корзинке лежит недоеденная половинка. – «Доешь ее. Зачем ей здесь лежать?

Доешь, доешь, доешь. Для эндорфинов» - Я нехотя пережевываю остатки, хотя больше не хочу.

Молока больше тоже не осталось. Половинка печенья была явно лишней. Она тяжелым

предвестником беды падает в мой желудок.

И тут, впервые в жизни, появляется Она – шикарная, летящая, элегантная и чарующая:

«Ну что за бред ты несешь? Какие эндорфин? Какие углеводы для серого вещества?»

«Боже, что это? Что я делаю? Зачем я съела эту последнюю половинку, зачем я вообще их

съела??»

«Идиотка, столько заниматься спортом, следить за собой, контролировать всю свою жизнь,

каждый свой шаг, вздох, мысль, эмоцию и желание, и потом сорваться на каких-то печеньях. Да, ты

меня сильно расстроила. Ничего из тебя не выйдет».

«О, ведь это правда! Я ничего не стою, я столько стараюсь и слежу за собой, а тут такой шаг назад.

Что же мне теперь делать? Через полчаса я стану весить на два килограмма больше, и ни одна

юбка на меня больше не налезет. Я впервые не смогла проконтролировать свои действия! Это

ужасно».

«Да, это ужасно. Есть, конечно, одно решение, но оно может тебе не понравиться».

«Какое? Скажи, какое, мне нужно что-то сделать, чтобы вернуть контроль над своим телом».

«Ты должна быть построже со своим телом, а то оно совсем распоясается. Ну, что, говорить?»

«Да, говори».

Она что-то шепчет мне в уши, дурманит меня своими певучими словами и сладкими обещаниями.

Я встаю, отряхиваю крошки со спортивных штанов и направляюсь в туалет.

Не знаю, как чувствуют себя женщины, впервые торгующие своим телом, но в тот момент я

полагаю, что чувствовала себя не лучше. Я насилую свое горло – и это первый раз, когда я

позволяю себе насиловать собственную жизнь.

Часть II.

Глава 1.

Я проснулась, уже дрожа от негодования на себя и весь мир. Мысли метались, живот сводило

тревожной судорогой. Я захватила ртом воздух, как выброшенная на берег рыба, и резко села.

Руками стиснула голову, словно пытаясь поставить ее на место. Артур спал рядом: ноги

выглядывали из-под одеяла, подушка пряталась под гривой красивых черных локонов. В его голове

все явно было чисто, приятно и спокойно. Я с детской завистью наморщилась и вылезла из нашей