Наизнанку
Шрифт:
– Почему ты не сказала, что Хендрих такая козлина?!
В ответ раздался сдавленный смешок Эльги, и Ива устало подняла на Хельгу взгляд и произнесла, едва сдерживая раздражение:
– А что это не ясно по его самодовольной морде? За пончики отчитал?
В ответ Хельга вспыхнула, а Элис улыбнулась и произнесла:
– Кто бы мог подумать, что явится кто-то, кто мало напоминает своим видом высокое начальство – должна сказать этот Вольфхарт обладатель настолько слащавой внешности, что даже не верится что он кто-то важный… Хельга в нем не признала старшего по званию и в этот момент изволила пончики откушать, а он решил по привычке вероломно ринуться к шефу в кабинет, не показывая удостоверение и не представляясь, на что Хельга, естественно, возмутилась и тут же получила довольно жесткий нагоняй. Сначала от него, а потом от шефа.
Ива прикрыла лицо ладонями: уж слишком сильны были эмоции коллеги, отчего картинки волчком крутились перед глазами, а Ива могла буквально ощутить, как заалели ее собственные уши. Она могла бы поспорить, что горят они так же ярко, как уши Хельги в тот момент.
– Козлина он или нет, а господин Вольфхарт теперь вроде как работает с нами по делу Арисси ван Дель, – тяжело выдохнула Ива и добавила: – Пончики – только начало. Он и вправду становится всё невыносимее. Как у вас дела, Эльги? Ничего нового?
Эльги покачал головой и ответ:
– Тихо. Подозрительно тихо. Разгребаю старые дела.
– Мне тут Эльги шепнул, что ты, Ива, будто бы считаешь, что труп Ариссии нам ждать на следующей неделе… – произнес Эрих, в упор глядя на Иву, на что та вздохнула и собиралась было ответить, как он прервал ее и сам произнес: – Не надо, не рассказывай. Я, честно говоря, согласен с твоей версией, но вот беда: на меня насели безутешные родственнички и требуют, чтобы все было тихо. Если обнаружим Ариссию живой, то тихонько приволочь домой, а если труп, то также тихонько отвезти в морг и сообщить.
– Откуда такое желание, чтобы было все шито-крыто? – осведомилась Элис. – Да и весь город давно в курсе, что пропала дочка Герхарда ван Дель.
– Он влиятельный предприниматель, очень богатый. Большие связи. Торгует со всем миром, – ответила Хельга и, натолкнувшись на вопросительные взгляды, пожала плечами и ответила: – Вы что, дальше работы нос не суете? Таверна «Золотая нимфа», бар «Грешница» и бордель «Винный поцелуй» в самом центре столицы Империи принадлежат ему и приносят немереный доход помимо официальной деятельности. Ну что вы так смотрите? Да, согласна, называть бар «Грешница», а бордель так романтично – странно, но о вкусах не спорят, да и к тому же будет вам уважаемый предприниматель, входящий в коллегию Шелкового торгового пути, рассказывать про то, что владеет далеко не богоугодными заведениями. Тем более о тех, которые снискали славу во всех криминальных хрониках и являются любимым местом для сбыта веселящих порошков с Юга.
С минуту они молчали, а затем переглянувшись, первым ответил Эрих:
– Хельга, солнышко мое лучезарное, а откуда у тебя такая информация? Ни в одном реестре этого нет, а если…
– Что, если? – гордо вздернув носик, спросила Хельга. – В реестре нет! Ну вы смешные, господа оперуполномоченные! Да кто ж будет вам в реестр владельцев этих злачных заведений вносить имя Герхард ван Дель? За такое, простите, и в канале утопить могут. Герхард очень боится засветиться во владельцах подобных мест. Почему – не знаю, но боится.
– Еще раз спрошу: откуда ты знаешь? – не унимался Эрих, на что Хельга фыркнула и ответила.
– Ну так иногда стоит ради научного интереса заглядывать в такие места, а когда заглянешь, то не надо рожу кирпичом делать, чтобы никто в тебе не почуял оперуполномоченного, а не то сразу выкинут.
– А ты-то как справилась? – удивленно спросил Эльги, присматриваясь к эльфийке: она хоть и была всегда при параде, но ничего необычного в ее макияже и одежде не было.
– Это повседневный образ. Естественно, в той же «Золотой кошке» я буду выглядеть иначе.
– Другой вопрос: почему ты нам об этом не сказала раньше? – спросила Элис, опираясь спиной на стену и складывая руки на груди.
– Как я могла об этом знать? Да вы и не спрашивали, и мало того, я думала, что вы-то уж точно в курсе, – пожала плечами Хельга, а затем Эрих протянул:
– Ах вот так! Ну тогда это многое меняет. Начиная от нежелания общаться с нами и рассказывать о дочери чуть больше положенного, заканчивая этой просьбой.
– Вот вам и благополучная, – хмыкнул Эльги и добавил: – А ты, Хельга, случаем, ничего про Ариссию не слышала? Может, девица на чем-то плотно сидела, схватила передоз, а друзья прикопали ее до весны в каком-нибудь овраге.
Эльфийка покачала головой и ответила, откусывая от печенья кусочек:
– Нет. Кто-то, а вот Ариссия вряд ли была наркоманкой. Она в прошлом профессиональная гимнастка. Таким лишнюю каплю воды запрещено пить, а ты про наркотики.
– Ты так говоришь, будто бы профессиональный спорт мешает потом сторчаться на каком-нибудь порошочке с Юга, он ему чаще всего способствует – фыркнула Элис: – Ушла из спорта, цели в жизни как-то нет, вот и решила расслабиться.
Только Хельга открыла рот, чтобы поспорить, как Ива негромко произнесла:
– Нет, Элис, не сидела. Версия с наркотиками отметается, также как с алкоголем. Даже если спортивный опыт наложил свой печальный отпечаток на ее психику, то Ариссия была не из тех, кто стал бы мешать антидепрессанты с алкоголем.
– С чего ты взяла?
– Наркотики меняют структуру мозга. Мышление тоже становится другим. Пахнут они иначе. Все порошки с юга оставляют такой след – мама не горюй. Я была в комнате Ариссии и в ее квартире, и ничто не выдало в ней наркоманку или алкоголичку. Обычная девушка, только из очень богатой семьи. Подруги не врали, когда говорили, что Ариссия уж очень непохожа на всех остальных членов семьи: почти не избалованная.
– Еще скажи, что подкармливала голодных котят и организовывала приюты, – усмехнулась Элис, на что Ива лишь коротко кивнула, ничего не поясняя. В ответ эльфийка лишь закатила глаза и фыркнула.
– Обычно таким положительным есть, что скрывать.
– Мы это не узнаем, пока не найдем либо ее саму, либо тело.
Ива собиралась было вернуться к делам, как дверь распахнулась и на пороге появился взъерошенный и нервный шеф. Вальтер обвел глазами всех присутствующих и, закрыв за собой дверь, произнес:
– Сидите, да? Чаи гоняете? А известно ли вам, господа, что сейчас рыбаки из ущелья вывезли тело еще одной девицы?
– Нет, уже бежим, – отозвался Эльги, накидывая куртку и на ходу спрашивая:
– Криминалисты там?
– Там, – кивнул Вальтер и добавил: – Иву с собой бери. Туда уже безутешная семья прибыла.
– Тоже богатеи?
– Что? – Шеф внимательно посмотрел на него, на что Эльги независимо пожал плечами и ответил:
– Был бы из семьи богатеев, можно было бы серию связать.