Чтение онлайн

—Ты слишком остро реагируешь. Просто остановись на секунду и подумай об этом. Знаю, если ты подумаешь об этом, то поймешь, что я права.

Мартин сосредоточил внимание на часах, которые он снимал с запястья.

— Все, что я знаю, —это, что я без ума от девушки, которая не хочет переезжать ко мне, потому что переживает, что я буду неряхой.

—Ты слишком упростил проблему, Мартин Сандеки. Ты не можешь позволить страсти принимать решения за тебя.

—Нет, ты права. — Он замер, посмотрев на меня, его глаза сверкали словно кинжалы, голос стал жестким. — Гораздо лучше быть музыкальным вундеркиндом, страстно любить что-то, но сдаваться, изящно поклонившись. Не бороться. Чтобы взять на себя заботу о том, что для тебя важно, потому что тогда у тебя будут прекрасные поступки и разумные решения, и логика согреет тебя ночью. — Я двигала губами, но ничего не получалось. Он был сумасшедшим, совершенно нерациональным, и я понятия не имела, как взаимодействовать с кем-то, кто сейчас был настолько безумен и безрассуден.

Но потом, присмотревшись к нему повнимательнее, когда он положил часы на стол, я увидела печальный изгиб его рта. Я поняла, как ему было больно.

—Мартин.— Я положила руку на его бицепс, чтобы он остановился. Он вздрогнул от этого контакта, но мне придало смелости то, что он не оттолкнул меня. — Я не пытаюсь сделать тебе больно. Я просто хочу, чтобы мы были...

—Умнее, — закончил он за меня, его обиженный взгляд смягчился, когда он посмотрел на меня. — Знаю. Ты всегда хочешь быть умнее и делать правильные вещи. Но проблема в том, Паркер... что я просто хочу тебя.

Мартин пошел поплавать. И он очень, очень долго плавал. Я уже немного ревновала к воде.

И отвлекала себя, заканчивая последнюю курсовую работу.

Он вернулся, и я старалась не таращиться на него или не пускать слюни, когда он выходил из воды. Он был мокрым, очень, очень мокрым. Казалось, весь кислород внезапно исчез из атмосферы. Он вытирался, а я делала вид, что не смотрела. В конце концов, почти сухой он исчез в капитанской каюте.

Я недовольно вздохнула, рассеянно готовясь к тесту по математике. Потом услышала жужжание и щелчки, которые исходили от адской ленивой удочки хитреца Мартина.

Он с легкостью поймал два желтоперых тунца, и мне предстояло принять непростое решение: я могла бы пойти за ним, рискуя, что рыба могла сорваться, или попытаться вытащить маленькую, более послушную из двух. Я успешно достала одну, но другая сорвалась, и три минуты у меня ушло на то, чтобы поймать первую сачком, отцепить и положить в огромный холодильник с морской водой, установленной на палубе.

— У тебя хорошо получается.

Я посмотрела через плечо и обнаружила его, прислонившегося к двери на верхней палубе, наблюдающего за тем, как я склонилась над холодильником, распутывая сеть. Он все еще был без футболки, и капельки воды прилипли к его волосам.

— Я упустила большую рыбу. —Я выпрямилась, сказав извиняющимся тоном: — Я не думала, что смогу сама их вытащить и не хотела потерять обеих.

Пожав плечами, он оторвался от двери, подходяко мне, пока не заполнил все пространство. Его руки скользнули под мою футболку, лаская гладкий живот.

— Привет, — сказал он, смотря на меня сверху вниз. Выглядя при этом потерянным и полным сожаления.

— Привет, — сказала я, поднимаясь на носочки, чтобы поцеловать его. Это было всего лишь мягкое давление моих губ на его, но я нуждалась в этом. И когда я обратно встала на ноги, то увидела, что он тоже нуждался в этом.

— Извини, — сказал он.

— Ты прощен, — сказала я.

Он улыбнулся, и эти противоречивые чувства в его глазах сменились облегчением.

— Я не сказал тебе, за что я извиняюсь.

— Ты все равно прощен.

Пальцами он зацепил пояс моих шорт, поглаживая линию бедер.

— Я перегнул палку. Все твои доводы — веские. Просто я не хочу вернуться в кампус и разойтись. Мне нужно видеть тебя, часто.

Обернув руки вокруг его спины, я прижала его к себе. На самом деле, я хотела почувствовать его кожу напротив моей, но сейчас решила довольствоваться только его теплом.

— Я никуда не денусь. Я больше не собираюсь скрываться в шкафу кабинета химии, когда мы вернемся. Кроме того, если бы я так сделала, ты бы знал, где меня найти. — Я поцеловала его ключицу. Черт, он был вкусным. Быть так близко к нему заставляло мои гормоны бушевать, будто на параде, сделав мои трусики влажными. Было бы неловко, если бы мне было до этого дело, но это было не так. Я полюбила то, как он заставлял меня себя чувствовать.

— Пообещай мне, что когда мы вернемся, может через месяц или после экзаменов, ты передумаешь на счет того, чтобы жить вместе.

Сама идея встречаться с Мартином, или вернее продолжать встречаться с Мартином, до окончания экзаменов, создавала ощущение, что все, что мы делали здесь, было по-настоящему, и внезапно становилось тяжело. Это был словно установленный пункт в будущем. Я думала о наших с ним встречах во время учебных сессий в библиотеке и в кофейне. Как это было бы. Как он провел бы ночь со мной в один из выходных, когда Сэм уехала бы домой.

Я осознала или, вернее, лучше поняла, почему он хотел жить вместе. Если бы мы делили квартиру, мы были бы обязаны быть вместе, как здесь, и он не хотел от этого отказываться. Как и я.

— Где ты будешь жить все это лето? — спросила я, поглаживая руками его спину вверх вниз, просто чтобы чувствовать его.

— Я уже запланировал съехать из дома в апреле. Я подумываю о квартире в центре.

— Так далеко?

— Ага, но так легче сесть на поезд до Нью-Йорка.

— А что в Нью-Йорке?

Он медлил, глядя на меня, его руки замерли.

— Проект, над которым я работаю.

— Что за проект? Внеклассное задание?

Он покачал головой, его пальцы переместились к задней части моих шорт.

— Нет. Это не для занятий. Это...касается венчурных капиталистов.

Мои брови подскочили вверх, я была и удивлена и поражена.

— Просто небольшой венчурный капитал [7] в Нью-Йорке?

Он фыркнул от смеха, его голос был низким, урчащим и восхитительным, когда он сказал:

— Ага. Типа того.

—Это как-то связано с твоими жульничающими удочками? Может, гольф-клуб, который играет в восемнадцать лунок сам по себе?

—Нет, это не связано с рыбалкой. Это, хм, спутники.

—Ох. —Я кивнула, уверена, что выглядела при этом так, словно спутники были столь же впечатляющими, как рисование пальцами. — Ох, спутники. У кого нет небольшого венчурного капитала для проекта спутников в Нью-Йорке? У меня ихкак минимум двадцать.

Теперь он посмеивался, словно я была веселой и милой.