Чтение онлайн

Артур Николаевич, боясь пошевелиться, выдавил:

– Да.

Пореза он не чувствовал, но шее было тепло и липко от крови.

– Отзвонишься! – подвел итог переговорам на высшем уровне Ноздря. Он уже несколько минут с опаской поглядывал на захваченную девушку, на ее бледневшее на глазах лицо. Подхватил под руку и буквально выволок за дверь.

Вниз по лестнице Хлою уже тащили бронзоволицые бойцы: пуля калибра 5.45, выпущенная Артуром Николаевичем, тихо, как-то очень обыденно и незаметно оборвала ее жизнь. По ступеням волочились тридцать четыре заплетенные косички. Тридцать пятую Крученый не успел доплести до конца, и ее растрепавшийся хвостик выполнял роль метелки…

Когда дверь спальни захлопнулась за бандитами, Артур Николаевич долго не мог придти в себя. Прошлепал босыми ногами в кабинет, по дороге набирая номер мобильного телефона Ивана Гайворонского, упал в кресло у бара, не глядя плеснул из первой попавшейся бутылки.

Разговор с Иваном не заладился с первой же минуты. Оно и понятно: провернув такую операцию, Гайворонский нервничал.

– Я и предлагаю тебе расслабиться, – миролюбиво говорил Артур Николаевич. – Попаримся, водочки попьем, девчонки массажик заделают классный. Только обязательно прихвати своего дружка из Питера. У меня для него особый подарок будет, да и тебе кое-что присоветую.

Совет Гайворонскому был нужен больше водки, массажа и всех девочек, вместе взятых. Хороший совет, практический – как тихо-мирно вернуть героин хозяевам, не поссорившись в хлам с Госнаркоконтролем.

– Я-то буду обязательно, но как с Вадимом – не скажу. Самостоятельный мужик, уважаю.

– Намекни, что я подарю ему «Попрыгунью», – сказал Крученый, отыскав взглядом шпагу на стене.

– Ни фига себе! – удивился Гайворонский даже в своем непростом положении. – За что подкумку [100] такой слам [101] ?

– По фене в крытке [102] станешь ботать [103] ! – заорал, вдруг сорвавшись, Крученый, и замолотил кулаком по столу…

Обнаруженная спустя несколько минут пропажа золотых часов с репетиром не улучшила настроения Артура Николаевича. В его ушах звучала щемящая мелодия «Ах, мой милый Августин, все прошло, все!», странным образом перекликавшаяся с последними событиями. Поэтому неудивительно, что он не заметил пятнышек крови на лестничных ступенях, по которым сбегал с настроением настучать охранникам по их безмозглым кочанам.

Но и такого маленького удовольствия его лишили меднолицые бойцы Ноздри, выполнившие эту операцию немного раньше. И намного качественнее.

2. Путешествие на луну

Закоченевший труп Хлои – девушки с тридцатью пятью косичками – утопили в Байстрюковском озере. Не заметенный снегом лед казался черным, но был на самом деле прозрачным, и сквозь него было видно, как погружается в заснувшую воду обнаженное белое тело.

И после смерти Хлое не было покоя. Чтобы труп никогда не всплыл, «шестерки» бандитов проделали с телом несколько варварских операций.

– Жалко, богатый товар пропал! – стукнул в лед каблуком Чуй, гонявший льдинку по краю проруби. – Спортсменка, комсомолка, артистка!

– Просто центровая блядь, – хмуро заметил Ноздря, пребывавший в отходняке, и способный в этом состоянии вспомнить прошлое и ударом бритвы рассечь человеку горло за один косой взгляд. – Сейчас двигаем ко второй такой же. Только ты на нее не западай.

– Почему это? – удивился Чуй.

– Пусть сначала прометет за нас хвостом [104] .

– Ну а после?

– Как карта ляжет. Может, после она на луне [105] окажется.

Луна – полная, словно перезрелая красотка, еще бледная в свете дня, – как раз поднималась над курчавым от инея лесом.

Чуй посмотрел на луну и сказал:

– Не понял.

На льду пригородного озера Чуй давал дуба в своем пижонском пальто, не предназначенном для боевых действий в составе организованной бандитской группы. Но мысль о потерянных деньгах придавала злобы, от которой холодело под ложечкой. Таким образом, температура внешняя и внутренняя выравнивались, способствуя кислотно-щелочному балансу.

Ноздря был упакован более подходяще. Ему не сквозило. В отличие от Чуя, он знал, что надо делать, и еще надеялся вернуть конфискованную цветными дурь.

– Чего ты не сечешь? – переспросил он компаньона, чей цвет лица явственно напоминал сливу, перекликаясь с его же сизо-лиловым галстуком. Такую двухмастную гаврилку могли сочинить только пидоры. Не зря и назывался такой стиль, по словам Чуя, «пи-колор».

– Да про эту, мать ее, луну.

– И мы туда когда-нибудь да вспрыгнем, – философски заметил Ноздря, вдруг подумавший, что пора ему ремонтироваться по 5-му номеру [106] , как советует Ноздря – старинный его подельник, сам прошедший через это. – Я к тому, что телку мы пошлем не передком подмахивать, а на мокрый грант [107] . Схлопочет муху, и прощай навеки.

При этом оба невольно посмотрели вниз. Подо льдом, последний раз мелькнув, в непроглядную стынь и вечность кануло тело стриптизерши, «вспрыгнувшей на Луну».

Джип «Монтерей» встретил бандитов теплом хорошо прогретого салона. На переднем сиденье деловой Скотч, надев нитяные перчатки, крепил глушитель к стволу ТТ. Это был «тип 88», дешевая китайская модель, которую не жалко скинуть после дела. Данный конкретный экземпляр уже окупил себя, отработав вчера по начальнику службы безопасности Стена-банка. Сегодня «китаец» имеет все шансы установить рекорд рентабельности…

Скотч действовал осторожно, чтобы не стереть отпечатки пальцев Людмилы Стерлиговой. Он уже все знал об этой женщине: адрес, место работы, элитный детский сад, именуемый пансионом, где шестилетний Кирилл доламывал очередную дорогую игрушку. Бабенка не сорвется с крючка!

Скотч невольно обернулся к окну джипа, бросив взгляд на Байстрюковское озеро. Труп уже достиг дна. Летом здесь проходят фестивали туристической песни, на берегу горят костры и не протолкаться от таких же дурех, которые не дружат с головой.

– Двигаем отсюда, чего ждать! – нервно сказал Чуй.

Мощный «Монтерей» развернулся, ломая прибрежный кустарник. Ноздря, кивая на луну, косо плывущую в окне джипа, повторил запавшую в голову мысль:

– Все там будем.

– Где? – не понял на этот раз Скотч.

– На Луне. Все когда-нибудь мы там пересечемся.

Скотч ухмыльнулся:

– А, ты в этом смысле… Ну, конечно.

– Хорош железом хвастаться [108] , – перебил Ноздря. – Погнали! Мы должны забрать скорпиона [109] раньше, чем телка щекотнется [110] .