Чтение онлайн

— Вы мне нравитесь, Даша.

— Супер, — сказала я с улыбкой, — испытываемые вами эмоции полезны для организма. — А сколько живут прийны?

Перевод темы получился корявым, но меня выручил вошедший в помещение военный, который доложил, что прибыл некий Риэл Дилайс.

Регнан улыбнулся и сказал:

— Ну что ж, Даша, вот вы и понадобились мне как эмпат. Готовы поработать?

— Раз надо – поработаю, — деловито ответила я.

Неррианцы бывают разные. Некоторые из них типичные подводные жители с чешуей, жабрами, плавниками и прочими «девайсами» для жизни в океане – такие особым интеллектом не обладают и не входят в перечень разумных рас; другие, обладающие как чертами низших неррианцев, так и чертами людей – самая многочисленная подраса, которую в Союзе людей называют «рыбоидами». Рыбоиды развиты, умны, сильны и приспособлены к жизни как под водой, так и на суше; именно они и населяют в основном подводные города близ Неррианских островов Аэл Дрида. Еще одна подраса неррианцев – это прийны, о которых мне рассказал Регнан. Но есть и неррианцы, почти не отличающиеся внешне от людей – их так и называют «людьми-неррианцами».

Когда Регнан представил мне Риэла Дилайса, представителя элиты людей-неррианцев, я совершила обычную ошибку для тех, кто первый раз видит представителя не совсем человеческой расы – уставилась на него во все глаза.

Невысок, тонок, сложен пропорционально, красив – но эта красота экзотическая для меня, землянки. Кожа слишком бледная, с голубоватым подтоном; большие голубые глаза слишком широко расставлены; волосы хоть и столь ценимого здесь золотого цвета, но тоже бледны, словно выцветшее полотно, и очень уж длинны – достигают колен. Помимо этого у царевича морского – да-да, тоже царевича – оказались жабры, перепонки между пальцами и хвост – настоящий такой длинный хвост…

Собственно, именно хвост меня и поразил.

Ровно с тем же вниманием, с каким я разглядывала неррианца, он разглядывал меня.

— Вживую она симпатичнее, — прокомментировал он.

Наложницам нельзя подавать голос при царственных особах, поэтому я сохранила молчание.

— Да, хороша, — продолжил Риэл, разглядывая меня.

Все дело в стараниях служанок: меня нарядили так, словно от того, как я выгляжу, зависит судьба вселенной. Платье, к примеру, на меня натянули такое, что моя подруга Лекси, большая модница, за него бы душу отдала; волосы завили и собрали мудреным образом для эффектного свисания, так сказать; глаза тщательно подвели и капнули в них чем-то для пущего блеска, так что немудрено, что царевич к ним сегодня присмотрелся. Помимо этого на мою шею повесили ожерелье из прозрачных камешков – какая-то местная драгоценность.

В общем, выглядела я весьма эффектной теткой.

Регнан посмотрел на меня укоризненно и произнес, обратившись к неррианцу:

— Вижу, тебе по нраву моя новая наложница, Риэл.

— Еще бы, — кивнул тот и улыбнулся мне, но это была не дружеская улыбка. Да и эмоции от неррианца поползли темные, завистливые. — Признаться, после того раздевания на пляже я присмотрел ее для себя. Фигурка очень уж ладная, и волосы темные, как глубины Утт-ши.

Что?! И неррианец наблюдал за нами на острове Красоты?

— Царевич Риэл тоже присматривает невесту на Отборе, — пояснил Регнан.

— Отец требует завести детей, — пожаловался Риэл, — но я давно решил, что не женюсь. Я не наследный царевич, трон не унаследую, так к чему привязывать себя к жене? Это такая обуза. Ты и сам от женушки избавился, не вытерпел.

Я навострила эмпатические радары – от Регнана уловила ровно ноль эмоций, а от Риэла злорадство.

«Ваше Высочество, он вам завидует и злорадствует» — мысленно сообщила я.

— Мы с Риэлом давние друзья, Дэрия, — произнес Регнан. — И между нами нет секретов.

— Росли вместе, — кивнул Риэл.

— С чем прибыл? — спросил Регнан.

— Поздравить тебя с приобретением, — ухмыльнулся неррианец, стрельнув в меня похотливым взглядом, — и заодно обсудить течения. Контур защиты на десятом участке нужно менять; мы уже сделали запрос, но комплектующие прибудут позже, и охраны бы добавить.

Мужчины углубились в обсуждение дел, а я присела в уголок и внимательно их слушала – как обычным образом, так и эмпатически. Риэл то и дело на меня поглядывал – ему интересно и волнующе, а еще досадно, что я досталась не ему. А вот Регнан… что чувствует рыжий, мне не уловить.

— И еще, — под конец добавил неррианец, — у меня проблемы с наложницей. Я сделал выбор, договорился со Знающими, отправил юнице дары – все сделал по правилам. И тут приплывает ее папаша и устраивает представление – не отдам свою девочку!

— Отец имеет право отказать, — невозмутимо ответил Регнан.

— Он? Мне? — зол рассмеялся Риэл. — Не шути так. Я сделал честь этой девчонке, выбрав в наложницы. Они с папашей должны мне руки за это целовать.

— Кого именно ты выбрал?

— Мэрит Айдж.

Что? Скромняшку Мэрит этой похотливой рыбине? Красотку под воду, детей хвостатых рожать? Она любит сушу, цветы и мечтает о тихом царевиче Нисе, чтобы вместе читать книги и гулять по пляжу под руки… какой, к чертям собачьим, Риэл Дилайс? Пусть с другой икру мечет!

Регнан покосился на меня и ответил другу:

— Я не вмешиваюсь в дела Отбора, но заставлять – дурной тон.

Да-а-а-а? А меня, между прочим, заставили остаться на Аэле…

— Оставь юницу в покое, если она тебя не хочет.

— Мне нет дела до того, чего она хочет – мне нужны дети, а она на острове из оставшихся самая красивая. К тому же тихая, покорная и хозяйственная. Что еще нужно?

Что нужно? Согласие нужно, рыба! Нельзя просто так взять женщину и заставить ее рожать тебе детей! Я настолько разозлилась, что потеряла концентрацию и перестала считывать эмоции Риэла, и собственное будущее вдруг показалось мне в опасности. Регнан сказал, что я нравлюсь ему. Что, если и он захочет оставить меня себе навсегда?

Кто заступится за меня? Рубби? Нет. Тетушка? О, она постарается, но вряд ли по ее тревоге на Аэл отправят союзные войска только потому, что царевич решил заделать мне детей… И что, если у Регнана вообще нет никакой необходимости в эмпате, и он просто обдурил меня? Что, если Отбор для меня и в самом деле был настоящим и уже завершился?

Тогда мои дела дрянь.

Царевич Регнан не мог не заметить, что мое настроение изменилось, но заговорил об этом, только когда мы оказались в Малом дворце.

— Пройдемся, — предложил он, и мы направились к крытым живописным переходам; слуги, попадавшиеся нам по пути, усердно кланялись и жались к стенам. Дело шло к вечеру, и ни одна наложница нам не встретилась: они, скорее всего, либо еще дрыхнут после обеда, либо уже готовятся к вечерним посиделкам с подружками, на которые принято наряжаться. — Риэл Дилайс вам не понравился, — сказал Регнан.

— Совершенно не понравился, — кивнула я. — Самовлюбленный червяк.

— Червяк? Разве не рыба? — усмехнулся царевич и глянул на меня лукаво.