Чтение онлайн

— Я готова остаться с вами, — согласилась она, — но если останусь здесь, в трюм, в клетку не вернусь.

Бьорн оценил её взглядом.

— Хотите остаться со мной в каюте до конца плавания? — уточнил он.

— Через месяц мы расстанемся, возможно, навсегда, — ответила Алекса смущенным голоском. — Я никогда не была с другим мужчиной, поэтому мы можем просто воспользоваться ситуацией. У вас будет женщина, а у меня теплая каюта и уютная кровать.

Бьорн протянул волосатую руку.

— Не стоит стесняться своих чувств и намерений, — сказал он. — По крайней мере, это будет справедливо. Можете остаться у меня до конца плавания, Предвестница Алекса.

Она приняла руку и не успела опомниться, как оказалась в крепких мужских объятиях, лежа на пуховых подушках, а перед ней вырос широкоплечий, могучий воин. Рыжая грива и густая борода свисали над ней, едва касаясь волос и лица, этот суровый взгляд доводил до дрожи в коленках.

— Почему вы дрожите? — спросил Бьорн.

— Я ведь уже говорила… — Алекса была немного напугана, но тело дрожало само по себе. В каюте было не холодно, а даже очень тепло, однако все естество хотело вырваться и избежать. — Прожив пять лет с мужем, едва ли можно так просто переключиться на другого человека.

— Хотите уйти?

— Не хочу. Я немного боюсь, но уверена, страх скоро отпустит.

— Я не ваш муж, но постараюсь приблизиться к идеалу. — Бьорн не позволил ответить, а склонил голову еще ниже и попробовал на вкус губы бывшей герцогини Масур. Они были сладкими, нежными и очень чувствительными — такие мягкие и большие, что поцелуй получился намного нежнее, чем он представлял. Вскоре эти прекрасные лепестки раскрылись, и языки закружились в страстном танце.

Алекса открылась. Она шла на это осознано и позволила Бьорну то, что раньше позволяла только мужу. Самый обычный поцелуй затянул в ураган любви и нежности, о которой Алекса начала забывать. Она почти забыла, каким нежным может быть поцелуй, насколько сладка любовь и какого это быть во власти мужчины, желающего тебя всю без остатка.

Бьорн не собирался останавливаться на достигнутом. Ему несказанно повезло овладеть столь хрупким и прекрасным цветком, способным свести с ума многих мужчин. Он целовал пухлые губки, гладил руками нежные руки и невольно задумывался о побеге Предвестницы. Может быть, она и вправду сможет сбежать из дома своего господина, ведь такую женщину способен полюбить любой мужчина, даже евнух.

Он быстро понял, что поцелуй стыдливо затянулся, а короткое белое платье все еще мешало увидеть всю красоту прекрасной Предвестницы. Отстранившись только на миг, Бьорн смог стянуть лямки с хрупких плеч, и спустить платье до бедер. И ему захотелось посмотреть. Он приподнялся и оценил всю красоту женской груди, розовых сосков, приятной кожи и стройной фигуры.

Алекса устыдилась от любопытства капитана, но не стала прикрываться руками, а просто закрыла глаза. «Он все равно будет смотреть, — подумала она. — Все мужчины смотрят. Карл тоже смотрел, и будущий господин будет смотреть. Так почему религия считает, что женщина должна этого стыдиться? Почему я должна стыдиться того, какой родилась?»

— Вы прекрасны, — прошептал Бьорн, а Алекса открыла глаза. — Вы прячете взгляд, потому что я вам противен? Или стесняетесь моих чувств?

— Стесняюсь… — так же тихо призналась Алекса.

— Тогда позвольте.

Бьорн, проведя тяжелой рукой по плечу, завел её за спину и нежным движением положил Предвестницу на живот. Алекса и этого не ожидала, была удивлена, но уже через миг он преподнес еще один сюрприз. Белая хлопковая юбка не задержалась на талии, потому что одним решительным, но все таким же нежным движением Бьорн стянул её и бросил в сторону музыкального инструмента. Еще через пару мгновений Алекса ощутила, насколько тяжелым может быть мужчина, который ложится ей на спину.

Он был довольно тяжелым, теплым и явно волосатым, но его губы, играючи присосались сначала к спине, потом к плечам, а вскоре впились в шею, отчего Алекса вздрогнула и застонала. Бьорн прекрасно понимал, как нужно обращаться с женщиной в постели, чтобы они начали испытывать наслаждения до проникновения. Однако стоило ему сделать важный шаг, направить свое мужское достоинство меж влажных нижних губ, как Алекса закричала от боли.

Бьорн, разумеется, сам вздрогнул и решительно отстранился.

— Что? В чём дело? — быстро протараторил он.

Алекса обернулась, и он увидел на её щеках слезы, которые плавно опускались к подбородку.

— Мне было больно… — заплакав еще сильнее, сказала она. — Король…. Он, он приказал одному доктору вытащить моего ребенка и это…

Бьорн мог только посочувствовать и промолчать. Только сейчас капитан Забытой мелодии начал понимать, какие испытания пережила Предвестница. Он повидал в жизни достаточно, но даже для него стало шоком, что кто-то может забрать жизнь ребенка таким жестоким способом. Это уже не просто жестокость, ибо жестоких королей хватало всегда, а настоящее безумие и желание творить ужасные вещи.

— Я лишилась всего, — всхлипнула Алекса. — Король забрал у меня титул, убил мою семью, посадил в темницу мужа, а теперь я лишилась возможности вновь полюбить кого-то.

— Понимаю, что это…

— Как вы можете понимать?! — оскорбилась Алекса. — Что может понимать мужчина? Вы ведь рождаетесь, чтобы нести смерть и разрушение тем, кто встает у вас на пути. А я женщина, рожденная, чтобы дарить жизнь. Вы не можете знать, как мне тяжело, потому что не понимаете, что значит для меня ребенок.

— Расскажите, — попросил Бьорн сочувствующим тоном.

Алекса хотела вытереть слезы, но не нашла подходящего платка. Бьорн поправил ситуацию, дав шелковый платок, лежащий рядом с кальяном. На платке была вышита гравировка АА и похоже, эта вещь была очень важна капитану.

— Вы хотите узнать об этом? — Алекса аккуратно вытерла слезы и вернула платок капитану.

— Я уже много лет не могу спать по ночам, — признался Бьорн. — Наш договор в силе, Алекса. Вы можете остаться у меня в каюте до конца плавания. А раз мы теперь соседи, было бы неплохо немного поговорить. Расскажите о своей жизни, я охотно послушаю.

Алекса всхлипнула и сказала:

— Все началось с проклятого дара королевы. Мой отец заключил сделку со старым королем, но долго должен был вернуть ни он, ни я, а ребенок, которого я должна была родить королеве. Узнав об этом, я искренне вознамерилась стать матерью, чтобы защитить своё дитя. До сих пор хочу познать это чувство, но, похоже, этот злобный бастард Ивар лишил меня этой возможности.

— Еще не все потеряно, Алекса, — поспешил поддержать Бьорн. — В империи медицина находится на довольно высоком уровне. Оказавшись на невольничьим рынке, будьте уверены, организаторы сделают все, чтобы предложить покупателям лучший товар. Простите за мои слова, но если вы расскажете о том, что с вами приключилось, они обязательно помогут.