Нападение акулы (Кубинский гаврош)
Шрифт:
– Где кубинцы?
– Координаты прежние, сэр!
– Сколько их?
– Четыре. Два - типа "Ламбда", два - типа "Карденас".
– В каком направлении движутся?
– Стоят на месте. Команды отдыхают.
– О'кэй! Продолжайте наблюдать.
– Есть, сэр!
... На море быстро рассветает. Особенно это кажется так, когда не хочется вставать, ломит бока от жестких досок и горят натруженные руки. Но встают на рыбачьем судне сразу. Стоит подняться одному, и все уже на ногах. Медлить нельзя. Каждая потерянная минута - упущенная возможность добыть хороший улов.
Кто-то из спящих поднимается первым. Это Хуанело. Он подходит к борту, вслушивается в далекий, нарастающий звук. Звук усиливается, и через несколько секунд над головой с ревом проносится реактивный самолет. Все вскакивают на ноги.
– Янки пролетел!
– кричит Армандо и, запрокинув голову, ждет, когда самолет сделает второй заход.
– Разведчик. Видел я таких немало близ Сантьяго, над Гуантанамо (Военно-морская база США на кубинской территории) летают.
– Что ему здесь надо?
– спрашивает Эмилио.
– Верно, Пататико разглядеть хочет, - шутит Армандо.
– А ты встань на бочку, скорее заметит.
На палубе собирается вся команда. Вышел и капитан. Нет только радиста.
Маноло, который смотрит не вверх, а на море, кричит:
– Сюда смотрите! Корабли!
– Это военные!
– Наверно, маневры, а, капитан?
– Да нет, не объявлялись никакие маневры, да и район рыбный. Непонятно, почему они здесь?
– Смотрите, окружают!
– А где же другие наши суда?
– Да вон здесь, рядом.
Появившийся на палубе радист знаками зовет капитана.
Выслушав радиста, капитан возвращается к команде.
– Прошу внимания. Слушайте!
– говорит он.
– С американских кораблей береговой охраны поступил приказ. Наши суда задержаны.
– Как? Почему?
– Для выяснения к нам прибудет офицер. Всем держаться спокойно и достойно. Думаю, что это недоразумение.
На многих лицах растерянность и замешательство. Кто-то говорит: "Вот это да!".
Пататико больше всех испуган таким оборотом дела. Он даже побледнел. Отойдя в сторонку, Пататико незаметно для всех крестится. Затем присоединяется к товарищам и смотрит, как от корабля с большими белыми цифрами 1071 на борту отваливает катер с солдатами.
Капитан обращается ко всем:
– Кто говорит по-английски?
Армандо:
– Я.
– Значит, двое, ты и я. Не вмешивайся в разговоры, но прислушивайся внимательно к тому, что они говорят!
Томительно тянутся минуты ожидания. Ребята возбуждены, обступают капитана:
– Да, верно, они идут к нам.
– А сколько оружия у них!
– А если мы их не пустим?
– Можем не пустить, наше право, - спокойно разъясняет капитан.
– Но сила на их стороне. Это, конечно, беззаконие: в открытом море посылать на рыболовецкие суда вооруженную команду.
Быстро приближается катер. Бегущие от него волны шлепаются о борт: одна, вторая, третья...
Пататико вздрагивает и становится за спину капитана. В своем поселке, там, в монте (в горах), он слышал рассказы о насилии со стороны американских солдат.
Последнюю волну, отброшенную от себя, катер давит о борт рыболовецкого судна. С него направлены на рыбаков пулемет и автоматы морских пехотинцев. В момент сближения солдаты шумно прыгают на борт кубинского судна, не спуская прицелов и настороженных глаз с рыбаков. Последним прыгает офицер. Он молод. На нем каска, шорты, свободно болтается кобура, пистолет лейтенант держит в руке. Наверное, это его первое "боевое дело" против внешнего "врага". Он осматривает всех по очереди, не задерживаясь взглядом на ребятах, и выбирает того, кто из рыбаков старший; видимо, лейтенанту трудно это определить. Все рыбаки одеты в выцветшие рубахи, старые штаны, побуревшие, потерявшие форму ботинки.
– Капитан!
– Я!
– капитан подходит к офицеру.
– Вы и вся команда арестованы!
– Основание?
– Ваше судно находится в территориальных водах Соединенных Штатов.
– Нет, мы находимся в открытом море. Вот координаты. И по международному праву здесь можем ловить рыбу.
– Вы в территориальных водах США!
– Офицер чеканит каждое слово, давая понять, что ему мнение капитана и его координаты совсем не нужны.
– И международное право здесь ни при чем! Приготовьте документы. Судно будет обыскано.
– Это произвол!
– Капитан пытается сопротивляться, но солдаты уводят его в каюту.
– Сержант! Расставить команду, обыскать судно.
Офицер направляется на катере на другие суда. Остаются сержант и несколько американских солдат. Они профессионально быстро ведут обыск: переворачивают все вверх дном, разбрасывая вещи.
К сержанту подходят солдаты с рапортами об обыске. Сержант выставляет часовых, остальные солдаты устраиваются кто где хочет. В эту минуту за бортом что-то гремит. Сержант свистит: "Тревога!", и солдаты направляют оружие на экипаж.
Первым в себя приходит Армандо. Он поднимает руку, как бы защищаясь от направленных на него автоматов, чтобы привлечь внимание сержанта. Делает это он медленно, боясь резкого движения, чтобы не вызвать у кого-либо из солдат реакцию на стрельбу.
– Эй, сержант, это якорь упал за бортом!
Сержант идет к носовой части, нагибается за борт и видит, что действительно упал незакрепленный якорь. Цепь ещё продолжает, извиваясь, уходить в воду, а круги от тяжелого якоря, как распускающийся большой бутон, расходятся все дальше и дальше по морю. Успокоившись, сержант возвращается на свое место.
Ребят загоняют в трюм. Солдаты подводят капитана к сержанту.
– Капитан! Будете выполнять мою команду!
Сержант вынимает пистолет, демонстративно щелкает предохранителем и приставляет оружие к голове капитана.
– Слушать мою команду. Курс на Ки-Уэст, Соединенные Штаты Америки!
– Вы ответите за произвол!
– Наплевать! Не будете вести судно сами, вас возьмут на буксир. Идите и делайте, что вам говорят!
Капитан уходит. Армандо следит за всем происходящим на палубе, приоткрыв люк. Из камбуза солдаты вытаскивают ром, баккарди, воду в бутылках. Армандо им кричит:
– Эй, виски-сода, что делаешь?!
– Что тебе нужно, щенок?
– Это грабеж!
– Молчи!
– один из солдат подходит с бутылкой к сержанту.
– Смотри-ка, что я раздобыл у этих голодранцев. Вот уж не думал, что у них есть ром. Ведь говорили, что весь ром они должны отправлять в Россию.
Армандо не унимается. Его оттаскивают за ноги от люка ребята. Но он упирается руками и головой.
– Эй, украл!
Сержант пробует из бутылки баккарди, удивленно поднимает брови и говорит: