Чтение онлайн

Ударом было узнать, что Исида и Наренгу были вместе. Ударом было оплакать их, а затем видеть восставшими из пепла. Ударом страшной силы было то, что Людорг, такой близкий и надежный, был человеком Наренгу. Нет, это не предательство. Предателем бы он стал, перейдя на сторону сестры. Но как он мог повиноваться внешней власти?

Верифай прислал весточку, что уезжает с семьей на юг, к морю, где будет вести скромную и богатую жизнь. Его желание занять трон Михеллы весьма притупилось после того, как Наренгу вернулся. Вот кто по-настоящему правил здесь. Без дракона решения не принимались раньше, и теперь он не собирался убирать руку с пульса.

Пинатири сделал еще несколько крупных глотков. Людорг вошел в кабинет, молчаливым кивком приветствуя своего бывшего повелителя.

— Я все подписал, — указал он на стол, где на гербовой бумаге сияла поставленная магическими чернилами сложная родовая роспись.

— Верное решение, — склонил голову начальник охраны. — Другого не было.

Пинатири промолчал, наливая новую порцию.

— Вас ждет его великолепие Наренгу. Приказал немедленно явиться.

Пинатири вздрогнул. Последний раз ему приказывали явиться, лишь когда был жив граф-отец. Сложно было принять то, что теперь это мог сделать новый правитель.

— Я не желаю, — бывший граф отпил еще глоток, чувствуя, как расслабляется тело и кружится голова.

— Пинатири, — мягко сказал Людорг. — Ты много лет был моим господином. Я знаю тебя с детства. Положение изменилось, но это не катастрофа. Ты все еще богат, имеешь статус, можешь устроить свою жизнь и сделать хорошую карьеру. Твоя родословная не получила пятна, потому что всякие следы бесчинств Бьёкки уничтожены. О ее природе, благодаря Наренгу, не узнает никто и никогда. Но если тебе кажется, что этого недостаточно, если на твой взгляд, ты должен бороться за то, что никогда не вернется, то я не смогу тебя защитить. Более того, я не попытаюсь сделать этого. Головы еще будут лететь. И еще много событий, страшных и катастрофических могут произойти. Хочешь стать изгнанником? Хочешь, чтобы правда о Бьёкке всплыла?

Пинатири медленно как во сне покачал головой.

— Тогда возьми себя в руки и исполни приказ его великолепия.

Резким движением кисти алкоголь влился в горло. Пинатири протер лицо и встал.

— Ты прав, наставник. Ты как всегда прав. Веди меня к новому правителю. Бьёкка любила повторять, что драконы правят миром. Время преклонить перед ним колено.

— Не дерзи, — хмуро заметил Людорг.

Бывший граф потянулся к бутылке, но та была вырвана из его рук.

— Достаточно. Не хочу, чтобы Наренгу тебя убил, если ты вдруг начнешь истерику. Иди за мной или я потащу тебя силой.

— Где он?

— В своем доме, конечно, — ответил Людорг.

Дом из темных камней

Пинатири вышел из машины, оглядывая двор Наренгу. Здесь буйно росли цветы, сновали слуги. Жизнь кипела и бурлила, но не для того, кто все утратил.

— Сюда, прошу вас, — высокий маг с прямыми волосами указывал дорогу.

Пинатири вошел в кабинет и увидел дракона, рядом с которым сидела Исида. Они что-то бурно обсуждали. Девушка подняла руку, и он увидел, что жуткие следы ожогов почти исчезли, а глубокие шрамы на каждом предплечье превратились в тонкие, едва заметные линии. Исида была прекраснее, чем когда-либо. Она сияла, лучась силой и светом. Пинатири вспомнил, какой она была в его особняке и поразился контрасту.

Девушка изменилась и то, как она смотрела на Наренгу бросалось в глаза. Нехорошее чувство шевельнулось в душе. Они подходили друг другу, как две части одного целого. Будто бы одна душа жила в двух телах сразу. Исида поднялась, чтобы покинуть кабинет, но их рукам было никак не разъединиться. Все выглядело так, будто бы даже минута проведенная врозь стоит им усилий.

Пинатири понял, что готов заплакать. Вот с чем он хотел сразиться. Вот что он хотел купить за власть и положение в обществе, но Наренгу всегда мог предложить больше.

— Рад приветствовать ваше великолепие, — Пинатири чуть склонил голову. Ему становилось все хуже.

— Здравствуй, Пинатири, — произнес дракон. — Ты явился быстрее, чем я ждал.

— Здравствуй, Исида, — сказал Пинатири. — Ты прекрасна в роли дамы его сердца. Надеюсь, тебе нравится место в его судьбе.

Исида хотела ответить, но рука мужа сжалась на ее тонком запястье. Знак молчать.

— Моя жена заслуживает иного приветствия, — сказал Наренгу, поднимаясь.

Жена! Пинатири не знал. Он ничего теперь не знал. Его доступ к делам магической охраны закрыли, зеркала молчали, магия ловушек не работала. Люди в резиденции говорили лишь то, что им было велено.

— Ваше великолепие, Исида, — он склонил голову. — Удивительно, что я не слышал ни единого слова о свадьбе.

— Свадьба лишь предстоит, — сказал Наренгу. — Мы женаты по закону моего рода.

Пинатири пробрала дрожь. Такие браки не заключались множество лет. Исида прошла через драконий ритуал и все, что он об этом знал было жутко. Когда Бьекка умоляла отца соединить их с Наренгу судьбы, тот просто смаковал самые дикие домыслы об этом действии. Смеялся над дочерью, говоря, что она каждой клеткой тела пожалеет. Расписывал, какие ужасы и пытки ждут ее и что не любая невеста способна пережить этот кошмар.

Он представил распластанное тело королевы грез на темном алтаре. Обнаженная белизна на черном камне. Говорили, что дракон бросает избранницу на него с высоты, чтобы та не могла и шевельнуться, пока чудовище берет ее. Рассказывали, что сломанные кости хрустят, крики слышны на километры. Сводящая с ума боль — вот что достается невесте, а затем пламя охватывает тело и жжет его. И если дракон любит по-настоящему, то потом приходит исцеление, а если любовь — лишь мираж, то девушка погибает, а чудовище ищет новую жертву.

— Пинатири, перестань! — взорвалась Исида, глядя на его лицо. — Я не знаю, что за мысли сейчас роятся у тебя в голове, но не смей! На твоем лице такой ужас, будто бы Наренгу сказал, что сожрал меня. Собачья чушь и суеверия.

— Он не бросал тебя на камни с высоты? — спросил Пинатири, чувствуя, что алкоголь раскрывается в крови все сильнее.

— В Михелле популярна эта версия? — усмехнулся Наренгу. — Сестрица не делилась своими исследованиями, раз ты веришь в такую ересь?

— Не делилась, — буркнул Пинатири. — Я был уверен, что чувства к тебе она оставила в прошлом. Впрочем, я ничего не понимаю в женщинах, как все уже убедились.

— Власть над Михеллой меня волнует мало, — объявил Наренгу. — Ты доставил мне проблем неразумным правлением и тем, как распустил сестру. Мне придется временно управлять вашей страной, но не отсюда.

— Крето, — вздохнул Пинатири. — Ты будешь держать нас через Крето, где правитель тоже сидит, до тех пор, пока у тебя нет желания занимать трон собственной задницей.

— Я бы и там не желал править, — сказал Наренгу. — Но из-за Бьёкки мне нужно было ловить Исиду по всему миру — лучшего мага иллюзий, королеву грез высшего уровня. Мне нужны были ресурсы и содействие, поэтому я получил больше власти, чем когда-либо хотел. Власть — это обязанности, а их мне хватало и в Михелле. Я бы оставил тебе трон, но никто во всем мире не примет от меня такой мягкости. Меня здесь оскорбили, обвинили в преступлениях, которых я не совершал. Лишили женщины, которая мне дороже всего. Мою собственную жизнь поставили под угрозу. Совет Драконов выдвинул мне жесткие условия. Людоргу удалось доказать, что все эти действия вина твоей сестры. Поэтому ты жив.